1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Экономика

ФРГ и ГДР: "незаконченная трансформация"

"Почти никто на востоке страны после объединения не стал жить хуже" / Восточная Германия по-прежнему живёт за счет денежных вливаний с Запада...

default

ГДР оказалась менее конкурентоспособной, чем ожидали многие.

С её автором, профессором Борисом Зарицким, беседовал экономический обозреватель Андрей Гурков.

Часть V

- "Незаконченная трансформация". Именно так Вы, профессор Зарицкий, назвали главу, посвящённую экономическим аспектам объединения Германии. В этой главе Вы отмечаете, что, цитирую, "почти никто на востоке страны после объединения не стал жить хуже". То есть можно сделать вывод, что трансформация хоть и не завершена, но промежуточные её итоги весьма положительные...

- Конечно, ситуация, по крайней мере, внешне изменилась к лучшему. Ухоженные фасады домов, витрины магазинов, кафе, ресторанов, например, Дрездена или Лейпцига, выглядят не хуже, чем во многих городах западной Германии. И не только это. Построены новые железные дороги, новые автобаны, проложены телефонные сети.

- Однако какой ценой всё это далось? В своей книге Вы отмечаете, что резкое замедление темпов роста немецкой экономики, о котором мы подробно говорили в первой передаче две недели назад, пришлось как раз на 90-е годы, на период после объединения Германии. Получается, что основная причина замедления - это трудности с присоединением бывшей ГДР, то есть расширение территории страны дало не положительный, а отрицательный эффект?

- Если рассуждать в рамках арифметических категорий, то, конечно, приращение территорий, экономического потенциала должно было бы формально увеличить и экономический потенциал всей Германии. На самом деле, ситуация сложнее. ГДР, которая считалась среди бывших социалистических стран самой развитой, оказалась менее конкурентоспособной, чем ожидали многие. Сегодня уже ясно, что уровень производительности труда в ГДР составлял в лучшем случае 1/3 от западного уровня. Я имею в виду Западную Германию. Присоединение ГДР действительно легло тяжёлым бременем на немецкую экономику, поскольку туда были "закачены" астрономические суммы. В результате эти деньги сыграли свою роль. По крайней мере, никто там не стал жить хуже, все стали жить лучше. И это факт. Однако "восточный филиал" пока не только не даёт прибыли, но даже не вышел на уровень самоокупаемости. Восточная Германия по-прежнему живёт за счет трансфертов, т.е. денежных вливаний с Запада. Причём по - прежнему 2/3 средств поступают из государственного бюджета. И только 1/3 - это частный капитал. Немецкое государство тратит сегодня на поддержку восточных земель больше, чем получает. О международной конкурентоспособности восточных земель можно судить по такой цифре: сегодня экспортная квота, то есть часть продуктов, вывезенных на экспорт, в восточной Германии, по оценкам, составляет 7-8%. В то время как экспортная квота в западной Германии - это 32-34%.

- Профессор Зарицкий, но почему такая образцовая, передовая социалистическая страна, как ГДР, превратилась в отстающую часть объединённой капиталистической Германии?

- Восточная Германия нуждается в массированной финансовой поддержке Запада, причём в государственной поддержке, поскольку для частного капитала этот регион по - прежнему является недостаточно привлекательным. В чём причина? Объединение Германии началось с резкого повышения зарплаты. В 1990-м году, то есть сразу после объединения, в ГДР уровень оплаты труда был ниже чем в Турции. А в 1994 году выше чем в ГДР зарплаты были только в Японии, Скандинавских странах и Западной Германии. Но ведь вопрос не в том, высокие или низкие зарплаты, а в том, насколько оправданы эти зарплаты. Производительность труда в восточной Германии составляет сегодня только 60% от западного уровня. При том, что совокупные доходы составляют примерно 80%. То есть восточные немцы живут не по средствам. Вот в чём проблема. Вторая причина заключалась в том, что неэффективная социальная система Запада была "перенесена" на Восток без всякой адаптации. Всё это сопровождалось разговорами о социальной справедливости, о том, что нельзя нам иметь две Германии: одну с высокими зарплатами, другую - с низкими. Нельзя получать 80% зарплаты, а производить на 60%...

- Но неужели политики не понимали, что возникают серьёзные диспропорции?

- Дело в том, что политики руководствовались совсем другими соображениями. Они руководствовались тем, что нужно победить на очередных выборах. Политики обещали, что через несколько лет в Германии будут "цветущие ландшафты" и немецкому налогоплательщику объединение Германии ничего не будет стоить. Это была сознательно искажённая перспектива. Но не только политики здесь виноваты. В не меньшей степени виноваты и немецкие профсоюзы, которые тоже больше говорили о социальной справедливости. На самом деле они пробивали эти "равные" зарплаты на Востоке и на Западе с совершенно иной целью: западногерманские профсоюзы крайне боялись за рабочие места своих собственных членов на Западе, притока дешёвой рабочей силы с Востока и обострения на рынке труда Западной Германии.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.

Контекст

Новости

Контекст