1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Экономика

Фора для Газпрома

Германо-франко-российский консорциум фактически стал владельцем словацкого монополиста SPP. Однако руководство Газпрома предпочло не афишировать своё участие в этом многомиллиардном инвестиционном проекте.

default

SPP играет ключевую роль в транзите сибирского газа на Запад

"Это – первый пример паневропейского сотрудничества на газовом рынке", - заявил председатель правления немецкого концерна Ruhrgas Буркхард Бергманн (Burckhard Bergmann) в минувший понедельник в Братиславе на церемонии подписания соглашения между правительством Словакии и международным консорциумом. По словам Бергманна, для газовой отрасли Словакия наряду с Украиной – важнейшая в Европе транзитная страна.

Сделка года на газовом рынке Европы

Gaz de France, Logo

И вот теперь словацкими транспортными магистралями, по которым газ идёт с востока на запад, будут фактически владеть и реально управлять производитель этого топлива и его основные покупатели: российский концерн Газпром, немецкий Ruhrgas и французский Gaz de France. Именно они и образовали консорциум, который заплатил за пакет акций компании SPP 3 миллиарда 100 миллионов евро – или 2,7 миллиарда долларов. Таким образом стратегически важная отрасль национальной экономики Словакии, главный источник бюджетных средств переходит в руки иностранцев.

В братиславской прессе появилась информация о том, что германо-франко-российский консорциум вскоре получит возможность выкупить еще три процента акций SPP и станет его главным собственником. Правительство страны это обстоятельство не смущает: премьер-министр Микулаш Дзуринда заявил, что Словакия отныне становится неотъемлемой частью европейской системы транспортировки газа – ведь участки газопровода к востоку и западу от Словакии уже являются собственностью Ruhrgas, Gaz de France и Газпрома. И прежде наибольшую прибыль SPP приносила не продажа российского природного газа домашним потребителям, а транзитная пошлина – из 90 миллиардов кубометров природного газа, поставляющихся ежегодно в Словакию, сама республика потребляет только 7 миллиардов.

Международный консорциум, участниками которого являются три компании - немецкая Ruhrgas, французская Gaz de France и российский Газпром, был единственным участником тендера, который правительство Словакии проводило без излишней рекламы. В частности, по этой причине вопрос о приватизации Словацкого газового производства (SPP) вызвал бурные общественные дебаты. Так уже не раз случалось в прошлом, когда заходила речь о судьбе этого предприятия - главного поставщика средств в государственный бюджет, и, следовательно, мощного рычага принятия политических решений.

Борьба за контроль над словацкой энергетикой

SPP, Logo

В 90-е годы многочисленные попытки приватизации SPP оканчивались неудачами. С этой компанией связано и самое громкое политическое убийство в Словакии – в январе 1998 года украинский киллер застрелил бизнесмена Яна Дуцки, доверенное лицо прежнего авторитарного лидера страны Владимира Мечиара, бывшего генерального директора предприятия. Устранение Дуцки журналисты связывали с борьбой международных полукриминальных кланов за контроль над словацкой энергетикой.

Демократическая Партия Левых (ДПЛ), один из членов правительственной коалиции, долго отказывалась поддержать новый проект продажи национального газового предприятия, мотивируя свою позицию тем, что государство не должно терять контроля над одной из ключевых отраслей экономики. Премьер-министру страны Микулашу Дзуринде и его союзникам с большим трудом удалось добиться принятия решения о продаже. Крупнейшая в истории приватизации словацких предприятий сделка, стоимостью в 2,7 миллиарда долларов, в итоге состоялась: в собственность консорциума перешло 49% акций SPP. Левая оппозиция этот договор считает ущемляющим интересы республики, а президент страны Рудольф Шустер высказался еще яснее: "Я бы за такую сумму не продал".

Но президента никто не спрашивал, и в результате иностранные партнеры получили, в частности, доступ к стратегически важному газопроводу, проходящему через территорию Словакии, и к национальной сети газораспределительных станций. После объявления сделки, когда политические страсти несколько улеглись, не только правительство, но и независимые аналитики в Братиславе находят в договоре все больше плюсов, а в соседних странах с беспокойством отмечают, что позиции Словакии как важнейшего пункта транзита природного газа заметно укрепились.

Еще до того, как акции SPP были проданы, правительство уже решило, куда направить вырученные от сделки средства. Почти полтора миллиарда долларов отпущено на пенсионную реформу, около миллиарда будет потрачено на погашение процентов по государственному долгу Словакии, оставшуюся сумму получат системы здравоохранения и образования, а также местные общины, по территории которых проходит ветка газопровода.

Беспокойство конкурентов

RWE AG

Частичная приватизация SPP вызвала заметное беспокойство в соседней Чехии, национальное газовое предприятие которой, Трансгаз, принадлежит главному европейскому конкуренту международного консорциума, немецкой компании RWE.

"Очень вероятно, что новые газопроводы отныне не будут строиться на территории Чехии", - заметила в этой связи влиятельная пражская экономическая газета "Господаржске новине".

Комментатор братиславского бизнес-журнала "Тренд" отмечает: "Прежде Gaz de France выступал за транзит природного газа через Австрию. После того, как международный концерн стал совладельцем словацкой компании, вопрос о главном газовом маршруте Европы можно считать решенным: он пройдет через Словакию и Австрию".

И хотя большинство обозревателей указывают, что "игра с транзитом газа" в Центральной Европе еще не закончилась, почти все едины во мнении: исходя из своих интересов, словацкое правительство поставило на "правильного игрока".

За Газпром заплатили партнеры

Ruhrgas Firmensitz

Для немецкого концерна Ruhrgas нынешняя сделка – крупнейшая в его истории портфельная инвестиция после покупки в 1998 году пятипроцентного пакета акций российского Газпрома.

Подписанное в Братиславе соглашение – большое событие и для самого Газпрома, который является одной из немногих российских компаний, способных выступать в роли крупного инвестора на европейском рынке. Почему же тогда руководство российского концерна предпочло не афишировать заключение столь выгодного контракта? Почему в Москве не было проведено хотя бы пресс-конференции, на которой журналистам рассказали бы об этом успехе российского бизнеса?

Gazprom Hauptsitz in Moskau

Оказывается, Газпром хоть и является членом консорциума, но денег за акции словацкой компании не платил – это сделали за него западные партнёры. Чем объяснить именно такую схему участия Газпрома в международном консорциуме?

По мнению руководителя пресс-службы Газпрома Игоря Плотникова, ничего удивительного в условиях заключенной сделки нет:

"Газпром подтверждает свое участие в консорциуме в составе Gaz de France-Газпром- Ruhrgas. Порядок оплаты Газпромом своей доли в этом 49-процентном пакете акций, был согласован с нашими стратегическими партнерами – компаниями Ruhrgas и Gaz de France. В соответствии с нашими договоренностями, Газпром может реализовать свое право на опцион в течение двух лет. Переход к Газпрому прав собственности на акции SPP будет производиться пропорционально выполненным нами обязательствам. При этом Газпром, являясь равноправным участником консорциума, имеет право принимать участие и в управленческих решениях консорциума на условиях консенсуса. Соответственно здесь никаких противоречий нет. Данная ситуация обсуждалась с нашими стратегическими партнерами и, повторю еще раз, порядок оплаты Газпромом своей доли был согласован с нашими партнерами по консорциуму. Соответственно никакой неожиданности здесь нет, это наша договоренность внутри консорциума. Я еще раз уточню формулировку. Она заключается в следующем: в течение двух лет Газпром может реализовать свое право на опцион. Если попроще, то мы в течение двух лет будем принимать решение – мы выкупаем эти акции или не выкупаем."

Между тем один из газпромовских аппаратчиков, который не пожелал афишировать свое имя в прессе, в беседе с московским корреспондентом "Немецкой волны" так пояснил стремление руководства своей компании к двухлетним раздумьям на пути к принятию окончательного решения. По его словам, нужно отдавать себе отчет в том, что Газпром является компанией, контрольный пакет акций которой принадлежит государству. Инвестиционная программа Газпрома рассматривается российским правительством. Программа на 2002 год была не так давно утверждена.

"Мы, - продолжил собеседник, - не можем вносить в уже утвержденный документ цифры неких расходов, тем более таких значительных, которые не понятно – будут или нет. Более того, даже если бы все это происходило до утверждения нашей инвестиционной программы на этот год, то и в этом случае мы не могли бы вносить в нее статью, которая требует еще одобрения словацкого руководства".

Почему же результаты сделки не преподносятся как большой успех Газпрома на внешнем рынке? Глава пресс-службы компании Игорь Плотников:

"До последнего момента было неясно, состоится или не состоится решение правительства Словакии. Поэтому мы не спешили трубить в трубы и бить в барабаны. Во-вторых, эта сделка действительно является большим успехом для Газпрома. В своих комментариях предпочитаем такой сдержанный оптимизм, чтобы не создалось впечатления, что успех Газпрома - за счёт словацкой стороны или других участников консорциума."

Оба собеседника подчеркнули, что в своей рыночной стратегии Газпром руководствуется соображениями экономической целесообразности, а не временной политической конъюнктуры. И все же один вопрос после бесед с двумя газпромовскими представителями так и остался без четкого ответа, а именно: что оказало определяющее воздействие на принятие Газпромом решения о такой себе двухлетней форе: отсутствие нужной суммы под рукой или вовремя не сделанная государственная отмашка?

Немецкие средства массовой информации со ссылкой на Ruhrgas утверждают, что причина – всё-таки в отсутствии у Газпрома необходимых финансовых средств. Если это действительно так, то западные партнёры российского монополиста сделали весьма благородный и щедрый жест: они из собственного кармана внесли его долю в один миллиард евро, но при этом продолжают рассматривать Газпром как равноправного совладельца приобретённого пакета акций. Таким образом, российский концерн фактически получил беспроцентный кредит – и передышку в два года, чтобы поправить своё финансовое положение.

Корреспонденты:

Татьяна Шарая, Прага
Анатолий Даценко, Москва

Новости

Контекст