1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

По Германии

Фируз Бахор - таджикский композитор в Берлине

"Удачная профессиональная карьера здесь практически невозможна. Если говорить по большому счету, то немцы очень закрытый в этом смысле народ..."

default

Центральная Азия без границ...

Сейчас Фируз Бахор живет и работает в Берлине.

- Ранее в Душанбе существовала очень интересная музыкальная жизнь, были талантливые преподаватели, ставились интересные спектакли. В музыкальных школах и консерваториях готовились великолепные специалисты. А балет душанбинский был вообще один из лучших в СССР. Я преподавал долгое время, а потом вдруг, после развала Союза, стало ясно, что никаких творческих перспектив не осталось. Всё разваливалось, особенно исполнительские коллективы. После наступления темноты в Душанбе стало небезопасно ходить по улицам и поэтому даже концерты и спектакли перенесли на дневное время.

- А какое воспоминание оставили в Вашей памяти бурные события, сопутствовавшие становлению государственной независимости Таджикистана?

- Я всё это время находился в Таджикистане и всё пережил лично. У меня есть одно качество, может быть не самое лучшее: всегда идти в направлении противоположном тому, куда идет толпа. Поэтому в начале 90-х годов я не был ни на одном митинге. И когда меня спрашивали, где же таджикские демократы и что они делают, я не знал что ответить, поскольку все видели, что на этих митингах собираются люди совершенно не напоминающие ту же русскую интеллигенцию.

После периода демонстраций и митингов Таджикистан вступил в 1992 году в эпоху открытого террора...

- Война нас настигла совершенно неожиданно. Мы жили на улице Айни в Душанбе, это одна из главных улиц города и на ней много всего происходило. По-настоящему страшно стало, когда внезапно всё закрылось, перестали работать базары, невозможно стало хлеб купить. Рядом с нашим домом находится гостиница «Душанбе». И в этом месте расстреливали людей. Оппозиция этим занималась. Они останавливали машины, вытаскивали водителей и расстреливали людей просто так, чтобы забрать себе автомобили. И никто не задавал потом вопросов. Это было ужасно. Я с семьёй покинул Таджикистан практически после всех главных событий, в 1996 году. До этого я не представлял себе жизнь вне Душанбе, но со временем националистические тенденции в политике должны были привести к тому, что у моей профессии в Таджикистане не останется будущего.

- Удачной ли оказалась в таком случае Ваша профессиональная карьера в Германии, куда Вы переехали с женой - этнической немкой?

- Удачная профессиональная карьера здесь практически невозможна. Если говорить по большому счету, то немцы очень закрытый в этом смысле народ. Что касается культуры и искусства, то здесь допускается практически любая форма дискриминации. Но я приехал сюда не для того, чтобы продолжать творческую деятельность, я убежал от войны и нашел в Германии приют. Конечно, Германия – демократическая страна и здесь у меня появились совершенно неожиданные новые возможности. У меня дома есть теперь собственное нотное издательство. Мешает, однако, жесткая структурная организация, которая существует в Германии на культурной сцене. И если приезжаешь в эту страны без известного в Европе громкого имени, то пробиться здесь очень сложно, практически невозможно. Но тем не менее, достаточно людей с широким и разнообразным кругом интересов, а многие интересуются и моей музыкой.

Контекст