1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура сегодня

«Федеральный фонд культуры»

29.01.2002

Германия делает шаг в сторону культурного централизма

Итак, это свершилось: в конце прошлой недели в Германии произошла маленькая революция – появился центральный орган, координирующий культурную политику на общенациональном уровне. «Что же тут такого?» - пожмёт плечами непосвещённый. А потом, быть может, удивлённо переспросит: «А что, до сих пор в Германии такого органа не было?».
Нет, в том-то и дело, что не было: Германия, как вы знаете, - страна, устроенная по федеративному принципу. И культура, в соответствии с конституцией, относится исключительно к компетенции субъектов федерации – то есть, земель. Герхард Шрёдер стал первым канцлером, который ввёл в своём кабинете должность министра культуры – впрочем, и его первый избранник Михаэль Науман, и Юлиан Нида-Рюмелин, которому Науман уже через два года уступил своё место, официально называются не «министрами культуры Германии», а «федеральными уполномоченными по вопросам культуры» и СМИ, и, собственно, не имеют ни специального министерства, ни бюджета, а лишь что-то вроде канцелярии для отправления координационных и представительских функций.

Впервые идея создания федерального фонда или министерства по вопросам культуры появилась ещё при канцлере Вилли Брандте. Но тогда, как и сегодня основным препятствием для создания такого фонда стало упорное сопротивление земельных правительств. Надо заметить, что для них сама идея создания федерального фонда культуры стало в буквальном смысле слова «красной тряпкой» - окрашенной в цвет находящейся у власти партии, СДПГ. В идее создания такого министерства им виделось ущемление их собственных полномочий. Виделось не вполне беспочвенно: конечно, орган, координирующий культурную полититику на общенациональном уровне, вроде бы стоит на ступеньку выше, чем земельные министерства.
На уговоры и убеждения ушло без малого три с половиной года. Лишь в прошедшем декабре конференция земельных министров культуры дала «зелёный свет» федеральному фонду и лишь на том условии, что будет произведено чёткое разграничение полномочий.
Юлиан Нида-Рюмелин о целях и задачах организации:

  • Не следует ограничивать сферу деятельности нашего фонда слишком узкими рамками. Наши задачи разнообразны: прежде всего, фонд будет целенаправленно поддерживать развитие современного искусства. При этом мы в первую очередь будем делать упор на интернациональный аспект, на международные проекты.

    Не в последнюю очередь для того, чтобы лишить критиков хотя бы части их аргументов, резиденция новорожденного фонда будет расположена не в столице, а в городе Галле (Halle) в земле Саксония-Ангальт. Одновременно это и декларация одной из главных задач организации – способствовать дальнейшему сближению Запада и Востока – как в границах Германии, так и в более широком географическом смысле.
    Юлиан Нида-Рюмелин:

    • Существует один центральный конфликтный момент, суть которого можно сформулировать так: Существует ли в Германии на общенациональном уровне ответственность за культурное развитие страны, да или нет? Для меня ответ ясен: Конечно, существует. По крайней мере, начиная с 1989 года Германия является национальным государством, и культура этого государства должна иметь определённое лицо. С этой задачей отдельным землям не справиться: Бавария может отвечать за баварскую культуру, Гессен – за гессенскую, Саксония – за саксонскую. Но лишь федеральный центр может нести ответственность за культурную презентацию страны в целом на внутри- и внешнеполитическом уровне...

      Всем было ясно, что решение о создании центральной общенациональной культурной институции – суть решение политическое и идеологическое, пусть бюджет фонда пока и ограничивается более чем скромными тринадцатью миллионами евро в год (для сравнения – в одном лишь Берлине на культуру выделяется более 380 миллионов евро).
      Хочется надеяться, что в ближайшем будущем федеральный фонд заставит о себе говорить при помощи радикальных, ярких проектов, которые внесут новые штрихи в образ Германии и на международном уровне. А отдельные федеральные земли по-прежнему будут радовать «лица необщим выраженьем».

      Профессиональный неудачник или всё ещё нераскрывшийся гений?

      Портрет кинорежиссёра Оскара Рёлера

      Сегодня в нашей «портретной галерее нового немецкого кино» Оскар Рёлер, режиссер и сценарист, прославившийся в Германии и на европейских фестивалях фильмом «Die Unberührbare» (в русском переводе: «Недотрога» или «Дальше некуда»). Кстати, это один из ярких примеров совершенно неадекватного перевода: называние следовало перевести как «Неприкасаемая» - вся картина как будто диктует это название.

      Оскар Рёлер родился в 1959 году, что называется, в «литературной» семье. Его отец был редактором в издательстве, и сам написал два сборника рассказов, мать – популярная в 60-е годы писательница Гизела Эльснер, чья история, заслуживает отдельного рассказа. (Мы еще вернемся к ней в связи с фильмом Die Unberührbare.)

      С начала 80-х годов Оскар Рёлер живет в Берлине, работая журналистом, сценаристом и режиссером. Его первый фильм «Джентльмен» был показан на Мюнхенском кинофестивале в 95-м году. 60-минутная картина, главный герой которой складирует у себя в квартире трупы, напоминает знаменитый фильм Брета Истона American Psycho. Идиллической истории в стиле «награда нашла героя», «молодой талант был замечен» не получилось: кино- и телепродюсеры покинули просмотровый зал вскоре после начала показа, а Оскар Рёлер надолго оказался в роли «персона нон грата».

      • Киноиндустрия буквально аллергически реагирует на не вполне коммерческую продукцию. Если о новичке не начинают восторженно писать критики – он обречён.

        Но два года спустя на том же Мюнхенском фестивале была показана вторая картина Рёлера - Silvester Countdown («Обратный отсчёт, или перед Новым годом») – своего рода история Ромео и Джульеты в эпоху техно. Фильм получил премию кинофестиваля в Мюнхене, был показан на престижных фестивалях в Сан Себастьяне и Торонто.

        О Рёлере снова заговорили. Журнал «Шпигель» даже назвал его «надеждой и спасителем авторского кино», уготовав Рёлеру вполне комфортабельное место в европейской киноструктуре.

        Год спустя вышел фильм «Gierig» («Жадный») – еще одна история взаимоотношений мужчины и женщины , на этот раз – в недрах берлинской полубогемной клубной тусовки.

        Но широкая известность пришла к Рёлеру с фильмом «Die Unberührbare» - «Неприкасаемая».
        И здесь уместно вспомнить историю матери режиссера – писательницы Гизелы Эльснер. Пик её популярности пришелся на 60-е годы. Опубликованный в 64-м году социо-критический сатирический роман «Ризенцверге» («Гигантские карлики») стал одним из манифестов поколения бунтарей – он стоял на книжных полках многих из участников студенческой революции 68-го года. Дочь богатых родителей, выросшая в буржуазном Мюнхене, Гизела Эльснер стала активным членом немецкой компартии, что, впрочем, не мешало ей иметь массу буржуазных привычек - жить на широкую ногу, одеваться в самых дорогих бутиках или ездить за покупками в ближайший магазин за 200 метров на такси.

        Будучи яркой женщиной, красивой несколько хищной красотой, она всегда одевалась крайне экстравагантно - носила черные плащи до пяток, платья а-ля Мария Стюарт, широкополые шляпы и парики. Впечатление инфернальной «королевы ночи» дополнял неизменный макияж «под Клеопатру».

        В своих высказываниях писательница также бывала крайне резка.

        После того, как в Западной Германии в 70-х мода на левые коммунистические идеи прошла, книги Гизела Эльснер пользовались большей популярностью на Востоке Германии. Верность марксистско-ленинским убеждениям и богемному стилю жизни плохо согласовались с семейной жизнью, поэтому сын Оскар с трехлетнего возраста рос под присмотром дедушки и бабушки. У родителей он бывал редко, но о деталях их жизни, в качестве наблюдательного ребёнка, был осведомлён неплохо: так, ему было известно, что у мамы под кроватью лежит набитый деньгами чемодан с «кассой» террористической организации «Фракция красной армии», - тем более скромной казалась ему сумма в двадцать пфеннигов, выдававшаяся ему на карманные расходы.
        Свои воспоминания о матери и новейшей немецкой истории режиссер Оскар Рёлер воспроизвел в «Неприкасаемой».

        • Как и большинство представителей моего поколения, я совершенно не интересуюсь политикой. Но с детства в памяти запечатлелись картины демонстраций, и как взрослые сидят на кухне обсуждают политику – с этим мы выросли. История жизни моей матери очень помогла мне при написании сценария, однако мой фильм не следует рассматривать как чисто биографический. Я не взялся бы снимать фильм о маме, моё отношение к ней слишком предвзятое. Я снимал историю творческой судьбы, историю одиночества, личную трагедию на фоне политического перелома.

          Сюжет фильма составляют последние дни жизни Гизелы Эльснер.

          89-год. Берлинская стена рушится, «железный занавес» падает. Пятидесятилетняя Ханна Фландерс, совершив на последние деньги набег в роскошный бутик, отправляется в Берлин – туда, где, вроде бы, бурлит жизнь и бьёт ключом история. Она встречается с много лет не виденным сыном, с родителями, бывшим любовником, встречает своих читателей и просто незнакомых людей, каждый раз убеждаясь в том, что она – чужая в этой жизни.

          Многолетние проблемы с наркотиками, отсутствие денег и несовместимость с окружающим миром – все это приводит Ханну Фландерс к самоубийству. Фильм воссоздает целый мир творческого человека, и, вероятно, стал для Оскара Рёлера попыткой осмыслить самоубийство его собственной матери. Как и главная героиня его фильма, она выбросилась из окна наркологической клиники.
          Главную роль в захватывающей строгой черно-белой картине сыграла Ханнелора Эльснер, носящая титул «лучшей актрисы Германии». Удивительным образом актриса, и внешне очень похожая на мать писателя Гизелу Эльснер, оказалась и однофамилицей своего прототипа.

          Фильм «Неприкасаемая» представлял Германию на Каннском фестивале 2000 года.

          Следующая работа Рёлера - фильм с порнографически звучащим названием Suck my dick. Сюжет с раздвоением личности напоминает знаменитую историю про «Доктора Джекилла и мистера Хайда». Можно углядеть параллель и с повестью Н.В.Гоголя «Нос», однако, в эпоху постмодерна утерянным органом стал непосредственно член: главному герою кажется что кто-то, его второе «я», похитил его мужское достоинство. Фильм полон криков и истерических сцен.

          Кстати, в роли доктора-психиатра снялся известный кутюрье Вольфганг Йопп:

          • Рёлер обратился ко мне в подходящий момент – мне как раз хотелось чего-то нового после того, как я 30-лет был только дизайнером одежды.

            Несмотря на приманку (светская знаменитость в одной из центральных ролей) и забавный в принципе сюжет, фильм стал полным провалом как в коммерческом, так и в творческом смысле. Рёлер полностью растратил кредит, заработанный «Неприкасаемой», разозлил критиков, разорил прокатчиков. В прессе замелькали заголовки типа «Оскар Рёлер - муха-однодневка.

            Но что же хотел сказать нам этой картиной сам режиссёр?

            • Главная идея фильма такова: человек, потеряв то, что долго боялся потерять, в конце концов, становится духовно и интеллектуально свободнее, чем прежде.

              Если это действительно так, то, может быть, и для Рёлера фильм стал своего рода освобождением, – например, от пресловутого страха перед провалом, от болезненной необходимости понравится и угодить, которая толкает на путь коммерческой посредственности многих талантливых людей? Подождём следующего большого фильма Рёлера – третьего по счёту. Не случайно именно третий фильм, как правило, становится решающим в режиссёрской карьере.

              Пеппи Длинный Чулок осталась сиротой

              В понедельник умерла писательница Астрид Линдгрен.

              «Пеппи Длинный Чулок осталась сиротой» - так озаглавила одна из шведских газет сообщение о смерти Астрид Линдгрен. Если на то пошло, то сиротой осталась не только смешная веснушчатая девчонка из виллы «Курица», но и целая семья знаменитых героев книг Линдгрен – весёлые ребята из деревни Бюлербю, Роня, дочь разбойника, сыщик Калле Блоквист, Расмус, Михель и, конечно, малыш и Карлсон, который живёт на крыше. А в каком-то смысле осиротели мы все.

              Астрид Линдгрен умерла утром в понедельник 28-го января в возрасте 94 лет. Жизнь родившейся в 1907 году в малюсенькой шведской деревеньке Несальс Астрид Анны Эмилии Эриксен не обещала сперва ничего особенного: с детства она не отличалась никакими выдающимися талантами. Она выросла в городке Виммерби, там же выучилась на секретаршу и в двадцать лет вышла замуж за председателя местного автомобильного клуба. Как и многие – думаю, что не ошибусь, если скажу, что, как и почти все женщины-писательницы детских книжек, она обнаружила свой талант рассказчицы, сидя возле изголовья собственного ребёнка.

              Имя первой и до сих пор самой знаменитой героини Линдгрен, Пеппи Длинный Чулок, придумала маленькая дочка писательницы – Карин. Это было зимой 1941 года. Карин болела, и маме вменялось в обязанность рассказывать ей на ночь длинные истории. И вот в один прекрасный вечер Карин заявила, что хочет услышать историю о «Пеппи Длинный Чулок». Откуда она взяла это странное имя – не могла объяснить ни она сама, ни тем более её озадаченная мама. Так на свет появилась Пеппи...

              Книги Астрид Линдгрен разошлись общим тиражом более 120 миллионов экземпляров – в одной лишь Германии было продано почти 25 миллионов её книг. Окончив писательскую карьеру в 82-ом году книжкой «Роня, дочь разбойника», Линдгрен активно занималась общественной деятельностью. Несмотря на многочисленные призы, включая и альтернативную Нобелевскую премию, Астрид Линдгрен продолжала жить той же простой и сердечной жизнью, к которой она привыкла в своём деревенском детстве. «У меня нет никакого особенного таланта, - говорила она, - единственное, что у меня есть – это фантазия. И слава Богу, что на свете ещё есть люди, обладающие фантазией»...

              Анастасия Рахманова