1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мосты

Успешная интеграция переселенцев зависит от продуманной политики государства

10.04.2003

В столице Германии – Берлине, в штаб-квартире фонда имени Фридриха Эберта, состоялось рабочее совещание представителей различных организаций, занимающихся интеграцией переселенцев в Германии. В сегодняшнем выпуске передачи «Мосты» мы познакомим вас с некоторыми аспектами разгоревшейся на этом совещании дискуссии. Итак, перед собравшимися выступил уполномоченный правительства по делам переселенцев Йохен Вельт. В своей речи Йохен Вельт, в частности, подчеркнул следующее:

- Статистика говорит сама за себя: 21 процент приезжающих к нам переселенцев владеют немецким языком, и остальные 79 процентов переселенцев, которые приезжают, как члены семей, не говорят по-немецки. Особенно это характерно для молодых людей. Именно для них не знание немецкого языка порождает массу других проблем. И мы в законе о приеме переселенцев исходим из того, что у этих людей, членов семей переселенцев, должно быть стремление изучать немецкий язык еще в стране проживания, и они должны доказать это на экзаменах по немецкому языку. Пусть даже этот экзамен именно для членов семей переселенцев можно пересдать в случае провала в первый раз. Мы не требуем неосуществимых вещей. Тем самым мы хотим подчеркнуть, что за более чем десять лет, прошедших с тех пор, как в России и странах СНГ можно свободно изучать немецкий язык, не подвергаясь дискриминации, надо использовать эти возможности и осваивать этот язык, готовиться к жизни в новых условиях заблаговременно, не создавая для себя проблем в Германии. -

Подчеркнул Йохен Вельт.

Следует отметить, что, несмотря на жесткий курс экономии средств, правительство, тем не менее, не жалеет средств на интеграцию переселенцев в Германии. И это понятно, достаточно вспомнить народную мудрость: скупой платит дважды.

-В общей сложности на интеграционные программы и проекты для переселенцев в самой Германии ежегодно тратится 640 миллионов евро. Разумеется, можно мечтать о гораздо больших затратах на эти цели, но реальность показывает, что если разумно тратить эти средства, то их вполне достаточно, чтобы помочь вновь прибывшим достойно интегрироваться в наше общество.

После выступления уполномоченного правительства Германии по делам переселенцев Йохена Вельта состоялся обмен мнениями.

Ведущую совещания Ренате Фербер-Хуземан интересовала проблема создания так называемых гетто во многих регионах страны.

«Есть небольшие города, в которых двадцать процентов населения – переселенцы. Они живут достаточно замкнуто, говорят между собой по-русски, стараются не идти на контакт с местными жителями. Неужели у правительства и ответственных чиновников нет никаких способов каким-то образом воспрепятствовать образованию таких гетто, разумеется, при этом, не нанося ни материального, ни морального ущерба самим переселенцам?»

Уполномоченный правительства Йохен Вельт напомнил о существовании федерального закона, который принят именно с целью, предотвратить формирования гетто из переселенцев:

-Возможности успешно решать эту проблему у нас есть. Еще в 1996 году мы приняли закон о планомерном расселении переселенцев по федеральным землям. Согласно этому закону переселенцев прямо из второго лагеря по их приему направляют в ту или иную федеральную землю, учитывая установленную квоту. Так что в городок, где уже проживает 20 процентов переселенцев, не направляются вновь прибывшие, чтобы не усугублять и без того существующие проблемы интеграции. Действие этого законы мы продлили до 2009 года. В соответствии с этим законом семья переселенца должна три года прожить в указанном населенном пункте. Здесь ей будет оказана всяческая поддержка, начиная от курсов по немецкому языку, выплатами подъемных пособий и заканчивая профессиональной переподготовкой. В случае если семья покидает место распределения, то она добровольно лишает себя такой интеграционной поддержки. Переселенцы решаются на это только в случае, если глава семьи или её члены находят работу в другой федеральной земле или в другом городе и эта работа становится источником финансирования их жизни. Но большинство переселенцев течение первых трех лет зависят от государственной поддержки и остаются в местах их распределения. Таким образом, мы можем противостоять созданию новых гетто.

Вольфганг Герте, сотрудник одного из консультационных центров для переселенцев в Ганновере поднял проблему профессиональной интеграции новых граждан Германии:

«Биржи труда в целях экономии средств впредь будут концентрировать свои усилия на трудоустройство так называемых дорогостоящих безработных, тех, кто получает высокие пособия. Переселенцы, как известно, не получают высоких пособий и живут за счет биржи труда только первые шесть месяцев, затем они переходят в разряд получателей социальной помощи. В связи с этим было бы логично разработать концепцию, с помощью которой можно было заниматься планированием трудоустройства потенциальных переселенцев еще период их проживания в России или других странах СНГ. Я имею в виду, что нам нужна такая система обработки документов кандидатов в переселенцы, которая делала бы акцент не только на знания немецкого языка, но и профессиональной ориентации. Чтобы, например, семья токаря или шахтера попала в такой населенный пункт, где биржа труда может более эффективно позаботиться об их трудоустройстве. Такой подход к делу может способствовать более успешной и менее болезненной интеграции переселенцев».

Здесь уместно назвать следующие цифры, которые, как водится, говорят сами за себя. Из 223 тысяч безработных, которые проходят курсы переквалификации, всего 9 тысяч переселенцев. Плохо это или хорошо – судить трудно. Безработных среди переселенцев довольно много, но огромное число переселенцев, по всей видимости, в силу плохих знаний немецкого языка, не могут воспользоваться возможностями переквалификации. Поэтому прав Вольфганг Герте, профессиональной интеграцией переселенцев надо заниматься уже с первых дней обработки их документов. Это так же важно, как степень владения кандидатами в переселенцы немецким языком.

Тему профессиональной интеграции сменил социальный работник из городка Биберах, что в федеральной земле Баден-Вюртемберг. В своем выступлении он буквально вступился за переселенцев, которых, по его мнению, плохо характеризует германская пресса:

«Когда в кругах местных жителей говорят о переселенцах, то чаще всего речь заходит о проблемах, которые они создают. Я же могу сказать, что сегодня у нас немало предприятий, которые существуют и даже процветают, благодаря переселенцам. Есть даже такие фирмы, руководители которых подчеркивают, что не будь переселенцев, предприятие пришлось бы закрыть. Такого рода примеров в нашей прессе не прочитаешь. Мне кажется, что роль политиков в этом смысле очень важна, они нередко из популистских соображений умышленно не говорят о положительной роли переселенцев, начиная с того, что они «поправляют» нашу и без того плохую демографическую ситуацию, заканчивая спортивными достижениями некоторых переселенцев не только в самой Германии, но в европейском масштабе».

Виктор Шмидт, сотрудник консультационного бюро для переселенцев при одном из берлинских католических приходов, считает, что экзамен по немецкому языку не всегда является показателем объективного подхода к оценке степени владения кандидатами в переселенцы немецким языком. Бывает, доходит и до казусов:

«Мне часто переселенцы рассказывают о родственниках, которым отказано в статусе «поздних переселенцев» из-за того, что те не владеют диалектом, а выучили язык в институтах ил на курсах по немецкому языку. Не владение диалектом для многих чиновников означает, что кандидаты в переселенцы не говорили в семье по-немецки. И в то же время у меня было несколько случаев, когда люди, получившие статус переселенцев говорили только на так называемом «плат-дойче» диалекте, нижненемецком наречии. На этом диалекте далеко в Германии не пойдешь, тебя просто-напросто никто не поймет. То есть люди начинали практически с нуля, получив вожделенный статус переселенцев, они были вынуждены изучать немецкий литературный язык на курсах, как и те, кто совсем не владеет немецким языком. В этом я вижу некоторое противоречие в системе оценки степени владения немецким языком у кандидатов в переселенцы. Да и вообще, я ставлю под сомнение необходимость языковых тестов для этнических немцев из стран СНГ, желающих переселиться в Германию. Я задаюсь вопросом, кто успешнее интегрируется в Германии: тот, кто овладел элементарными знаниями литературного немецкого на языковых курсах или носитель диалекта, на котором в Германии мало кто говорит?»

Не обошлось на совещании и без достаточно резких критических замечаний. Представитель лютеранской церкви, занимающийся интеграцией прихожан-переселенцев, призвал уполномоченного правительства по делам переселенцев быть осторожнее в обнародовании цифр, не объясняя скрывающихся за ними явлений и процессов:

«Я обращаюсь к Вам с настоятельной просьбой не использовать в своих выступлениях такие сомнительные цифры, как, например, всего 20 процентов из вновь прибывающих владеют немецким языком, но они привозят с собой 80 процентов родственников, не говорящих по-немецки. Это для меня почти как разжигание национальной розни. Я убежден в том, что подобная дифференцированная статистика, которую Вы используете, не совсем правильно воспринимается общественностью. Складывается впечатление, что переселенцам теперь разрешено привозить с собой в Германию казахских, русских соседей. В действительности же это супруги, дети, члены семей переселенцев, которые в нашей совершенно не гибкой, я бы сказал бетонной процедуре приема переселенцев, превратились в «не немцев», и это, на мой взгляд, сродни скандалу. Над этим следует, на мой взгляд, подумать. Нам надо сделать процедуру приема переселенцев гораздо гибче и лояльнее по отношению к людям, страдавшим из-за своего национального происхождения в бывшем СССР. А страдали не отдельные люди, а семьи, в том числе и смешанные».

Йохен Вельт считает, что и сами переселенцы, их общественные организации должны внести посильный вклад в создании правдивой картины истории и сегодняшней ситуации немцев в странах СНГ. Нельзя оставаться равнодушными к тому, что у общественности формируется искаженное представлении о том, кто такие переселенцы и почему они приезжают в Германию:

«Эта разъяснительная работа должна идти одновременно в двух направлениях. Одно из них должно исходить от самих переселенцев, возвращающихся на свою историческую родину. Кому как не им самим следует рассказывать местному населению о своем историческом прошлом, чтобы местное население понимало, почему эти люди приезжают в Германию, что стоит за историей российских немцев, каковы мотивы их выезда из республик бывшего СССР. Эта работа должна осуществляться не только общественными организациями немцев из России, но и каждым отдельно взятым переселенцем в рамках его возможностей».