1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Совместная передача с нашими партнёрами

Уроки истории для непуганой молодёжи

Несколько примеров преодоления прошлого в России и Германии. Уроки истории нужны для каждого молодого поколения.

default

Сыграем в фашистов?

Репортажи выпуска

  • Германия: как стать фашистом
  • Томск: тюрьма НКВД

    Аудиофайл и переход на главный сайт передачи в конце страницы!

    _______________________________________________________

    Через неделю после того, как весь мир отметил уже 63 годовщину победы над нацистской Германией, МВД сегодняшней Германии опубликовал ежегодный доклад, из которого следует, что число совершенных немецкими неофашистами преступлений с применением насилия в отчетный период слегка сократилось. Зато они сменили тактику и теперь усиленно стараются укорениться в обществе, предлагая на первый взгляд аполитичные программы проведения досуга, устраивая уличные гулянья и концерты, проводя дополнительные занятия с отстающими учениками. Этим занимается, в частности, неофашистская НДПГ.

    И это после того, как немцы и Германия под давлением и под руководством победителей прошли через чистилище денацификации. Это был комплекс политических, воспитательных и административных мер, запретивших нацистские организации, исключивших активных нацистов из госструктур ФРГ…Были изменены школьные программы, создано независимое от государства телерадиовещание, в общем, была изменена вся надстройка общества. Извлечение уроков из истории «третьего рейха» продолжалось полвека - жизнь трех поколений, и тем не менее нацизм жив, разве что видоизменился.

    Волны исторической памяти

    Тем, кого эта тема интересует, хочу посоветовать доклад Александра Борозняка “Германский опыт преодоления прошлого: волны исторической памяти”. Профессор хорошо показал, как неокончательна и неустойчива совершённая единожды работа по преодолению прошлого. Ведь в жизнь постоянно приходят поколения, непуганые этим прошлым. Поэтому без контакта между исторической наукой и массовым сознанием успехи по преодолению прошлого невозможны. Только в ходе дискуссий могут ставиться и решаться (но каждый раз на новом уровне) «проклятые вопросы» - о национальной вине и национальной ответственности. Однако дискуссии нынешней молодёжи скучны. И тем не менее процесс может идти не только успешно, но и захватывающе.

    « Die Welle » - «Волна»

    Алексей Имаев доказывает это на примере нового фильма немецкого режиссера Дениса Ганзеля «Die Welle» - «Волна», идущего в Германии. В основу киноистории положен реальный эксперимент. Его проводил в 60е годы в обычной калифорнийской школе учитель истории Рон Джонс. Молодой учитель вместе с учениками решил выяснить, каким же образом нацисты пришли к власти и почему рядовые немцы вместо того, чтобы остановить развивающуюся диктатуру, сами стали частью тоталитарной системы.

    Die Welle, Kino, Jürgen Vogel, Ron Jones, Dennis Gansel, Jennifer Ulrich, Max Riemelt

    Творческая группа фильма «Die Welle» - «Волна»

    Режиссер и продюсер фильма стремились показать, что подобное возможно и сегодня. Поэтому они решили перенести действие в настоящее время, в абстрактный немецкий город, каких в сегодняшней Германии множество.

    Учитель в фильме «Волна» в рамках школьного проекта намеревается рассказать ученикам, как устроена автократия.

    С самого детства детям в Германии рассказывают про диктатуру национал-социализма. И потому реакция учащихся оказалась весьма предсказуемой.

    (звучат голоса спорящих школьников):

    - Да, нацисты были ублюдками, я понял, сколько можно пережевывать одно и тоже. К тому же такое не повторится никогда.

    - Ах, да? А неонацисты?

    - Нельзя же вечно винить себя ха то, чего не совершал.

    - Вина тут не при чем. Ответственность. История – вот о чем речь.

    - Ответственность. Об этом и так все знают…

    - Что знают? Вы, значит, уверены, что сегодня в Германии диктатура невозможна?

    - Ясный перец, невозможна. В наш то просвещенный век…

    Играя на юношеском отрицании учителю, однако, удается заинтересовать своих подопечных. Рождается эксперимент. Результатом проекта становится новое полуполитическое движение внутри школы. Оно получает название «Волна», «Третья волна». В ход идут необычные приемы: от беспрекословного подчинения учителю, до введения единой формы для членов движения.

    Идея всеобщего равенства

    Участниками проекта разрабатываются логотип и веб-сайт, а также особый жест, которым приветствуют друг друга «волновцы». Быстро возникает чувство единого организма, команды, в которой все равны. Подростки с радостью втягиваются в невинную игру. Её рамки расширяются. Спустя всего несколько дней добрая половина школы носит униформу и салютует друг другу «по-волновски».

    В реальном калифорнийском эксперименте ситуация усложнилась, когда учитель поручил нескольким ребятам играть роль доносчиков. Они должны были сообщать учителю о тех, кто отрицательно относится к «Волне». Её противники вынуждены таиться, притворяться, оглядываться и шептаться. Возникает атмосфера страха.

    «Наши» и «враги»

    Проект быстро приобретает собственную динамику, выходит из-под контроля. Подростки, не согласившиеся вступать в ряды движения, становятся изгоями. В их адрес звучат угрозы, некоторых из отверженных «волновцы» избивают.

    Рон Джонс, калифорнийский учитель, автор эксперимента, завершил проект, собрав всех членов созданного им движения в актовом зале. Он выступил перед учениками с краткой речью и заявил, что настал момент, когда «волновцы» должны увидеть своего истинного лидера. Подростки с восторгом в глазах и замиранием в сердце обратили свои взоры на большой экран, где, спустя несколько мгновений появились.. документальные кадры с выступлением … Адольфа Гитлера.

    Рон Джонс объяснил своим подопечным, что ребята и сами не заметили, как стали частью диктатуры, создали миниатюрную копию нацистского режима.

    В фильме «Die Welle» развязка трагичнее. Один из учащихся, не может смириться с тем, что движение прекращает свое существование, потому как оно стало не просто частью жизни подростка, а ее смыслом. Игра в автократию, в тоталитарный режим заканчивается драмой. Проливается кровь.

    А как бы я повёл себя?

    Кинорежиссер Денис Ганзель, вспоминает, что, прочитав книгу, задался вопросом: «А как бы я повел себя в той истории? Стал бы я также участвовать в этом проекте?». И тут же отвечаешь: «Наверно, ведь это было в США, да еще и в 60х годах. Но сегодня в Германии – ни за что!». Это и послужило причиной, которая побудила нас перенести действия Германию, в наши дни. Мы старались понять, возможно ли подобное сегодня?

    Возможно ли это сегодня, даже в Германии, где ребят буквально пичкают историей диктатуры, историей третьего рейха? На этот вопрос актеры, играющие в фильме, отвечают, в основном, утвердительно.

    При любой ли системе, в любой ли стране и при каких обстоятельствах - свой ответ на этот вопрос российский зритель сможет дать, просмотрев поучительный и в тоже время захватывающий фильм «Die Welle», получивший признание как немецких, так и зарубежных кинокритиков. Премьера фильма в России намечена на начало сентября,

    Напоминает автор материала Алексей Имаев.

    -------------------

    Честно говоря, я сомневаюсь, что для сегодняшних россиян этот фильм будет и впрямь поучительным. На чужом опыте ничему нельзя научиться, а кроме того, не стоит забывать, немцев сумели критически оценивать своё прошлое, россияне – нет. За малыми исключениями. Один из примеров в сюжете томской журналистки Евгении Сайко.

    ---------------

    Чтобы понять прошлое, надо его узнать

    Массивная тюремная дверь и кирпичная кладка в полтора метра толщиной поглощает в зловещей тишине и полумраке всех, сюда входящих. В 30е годы этот подвал стал роковым для 11 тысячи томичей и ссыльных. Сегодня в бывшую следственную тюрьму НКВД, а ныне музей, попадают по собственному желанию за чисто символическую плату – всего 30 рублей//входной билет стоит меньше евро.

    Korridor im Gefängniss (1930-50 jj), Stadt Tomsk, Russland. Jetzt is das ein historisches Museum

    Коридор в тюрьме НКВД, Томск

    Из коридора пять дверей ведут в камеры. В каждой своя выставка. На стенах плакаты 30-х годов, фотографии расстрелянных, их семей. В стеклянных витринах вещи той поры, Библия, письма и рисунки из лагерей, вышивки заключенных в лагерях рукодельниц.

    Здесь всё как было

    Arbeitszimmer von Ermittler im Gefängniss (1930-50 jj), Stadt Tomsk, Russland. Jetzt is das ein historisches Museum

    Кабинет следователя в тюрьме НКВД в Томске

    А в кабинете следователя посетители могут сами побывать в роли следователя и подследственного, заняв тот или иной стул. Здесь всё как тогда: специальная ослепляющая лампа для допросов, портрет Дзержинского, а на столе папка с делом одного из заключенных. Однако заведующий музеем Василий Ханевич обращает внимание: это музей не о камерах. Здесь не преследуют цель до мельчайших подробностей воссоздать интерьеры прошлого. Здесь главное – на примере конкретных человеческих судеб рассказать о режиме, при котором репрессии были одним из инструментов власти.

    Заведующий музеем Василий Ханевич говорит, что его основная цель - показать, что за люди здесь сидели, за что они находились в этих камерах, за что они страдали, почему их сделали в одночасье политическими преступниками и потом отправляли в Гулаг или расстреливали.

    К тому же, как показывает Ханевич на конкретных человеческих судьбах, репрессии и страх быть репрессированным существовали с первых дней советской власти до её последних дней.

    Symbolbild - sowietische Menschen hinter dem Gitter. Historisches Museum - Gefängniss (1930-50 jj), Stadt Tomsk, Russland.

    Василий Ханевич стал музейным работником, когда начал заниматься историей своей семьи. Поначалу был волонтером в обществе «Мемориал», вместе с другими членами которого и создал этот музей в конце 80-х годов. Деньги изыскивали сами, привлекая спонсоров. Очень помог нынешний владелец здания, где расположен исторический подвал, он оплатил капитальный ремонт.

    Бывшая тюрьма относится к областному краеведческому музею, так что финансирование, как и у других учреждений культуры, минимальное, зарплаты до обидного низкие и нет возможности расширить штат. Сегодня в музее работают всего лишь два человека: заведующий и научный сотрудник. На особую поддержку государства здесь не надеются.

    История для поколения непуганных

    По мнению Василия Ханевича, «такая история и нынче не в почёте», «р уководство страны требует воспитывать молодежь на положительных фактах и представлять историю как череду наших подвигов, побед и свершений. Но тогда получается, что огромный пласт советской истории выбрасывается, вычеркивается».

    Сокрушается Василий Ханевич. Каждый день он проводит экскурсии для «поколения непуганых». Так заведующий музеем называет школьников и студентов, которых приводят преподаватели в рамках курса истории.

    Впечатлениями делится первокурсница медицинского университета Екатерина Солохина:

    «Я увлекалась историей и раньше, но когда начинаешь в нее углубляться, то понимаешь, чёрт побери, ничего на самом деле хорошего в этом не было, если рассматривать Советский союз. Это, по большому счету, страх, ужас. К тому же на самом деле были репрессированы в первую очередь люди с большой буквы.»

    Музей политических репрессий

    Всемирно известный философ Густав Шпет, поэт и друг Есенина Николай Клюев, министр Временного правительства Владимир Львов – все эти люди были расстреляны в Томске. Впрочем, многие томичи сегодня об этом даже не подозревают, как и о самом страшном подвале. Бывшей тюрьме НКВД куда больше внимания уделяют приезжие. Музей политических репрессий упоминается во многих путеводителях на английском и немецком языках. Сюда специально везут туристов из соседних городов. Среди почетных гостей – Александр Солженицын, сын опального писателя Юрия Даниэля. Сын американского прозаика Грэма Грина.

    В общей сложности этот подвал ежегодно посещают около четырех тысяч человек. Здесь надеются, что интересующихся станет больше, если раскопать и включить в экспозицию подземный ход, по которому из следственной тюрьмы арестантов водили на допрос в соседнее, основное здание ОГПУ. Теперь там музыкальная и художественная школы. Пока же подземный ход замурован а там, где он начинается, скульптура: на бронзовой плите спина человека, уходящего в небытие.

    -------------

    Символическая концовка. Прошлое уходящее в небытие. Страна с памятью подростков. По-моему так не бывает.

Аудио- и видеофайлы по теме