1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Еуропа и Беларусь

Транспортные темы

03.05.2008

Правящая в Германии «большая коалиция» консерваторов и социал-демократов приняла решение о частичной приватизации пока целиком государственного концерна «Дойче бан» – немецкие железные дороги.

default

Выход на биржу планируется в конце этого или в начале будущего года.

А в Берлине к этому времени будет закрыт один из трёх аэропортов – старинный Темпельхоф в центре города. Его судьба была окончательно решена на городском референдуме в прошлое воскресенье.

«Дойче бан» – последний из крупных концернов, который немецкое государство передает в частные руки, хотя бы частично. Раньше оно то же самое сделало с телефонной связью и почтой, причем, куда более решительно. Председатель парламентской фракции консерваторов Фолькер Каудер:

«Сегодня мы определили будущее железной дороги, а главное – открыли перед нашей железной дорогой надежную перспективу. «Дойче бан» остается в ведении государства, но в то же время почерпнет денег на финансовый рынках, чтобы решить свои инфраструктурные задачи. Железная дорога станет привлекательнее и сможет оказать нашим гражданам больше услуг, чем раньше.»

Просто фантастика какая-то, если верить Фолькеру Каудеру. И привычных опозданий в движении поездов больше не будет, и денег «Дойче бан» загребет, и государство сохранит контроль над стратегически и общественно важной железной дорогой... Пока, однако, очевидно только последнее. Дело в том, что немецкие социал-демократы с их неусыпной верой в благотворную патерналистскую роль государства с большой неохотой согласились на приватизацию «Дойче бан», выдвинув при этом целый ряд условий. Во-первых, сама инфраструктура, то есть железнодорожное полотно, сортировочные станции, вокзалы и полустанки целиком остаются в государственной собственности. Во-вторых, то что выделяется в отдельный холдинг, а именно сами грузопассажирские перевозки и транспортная компания Шенкер, может быть продано на бирже только частично. В руки частных инвесторов попадут только четверть акций, а если быть точным – двадцать четыре и девять десятых процента. Министр транспорта Вольфганг Тифензее:

«Красная черта для красных, то есть социал-демократов, - это двадцать четыре и девять десятых процента грузопассажирских перевозок, которые мы хотим передать в частные руки.»

Почему именно столько? Очень просто. Чтобы не допустить вмешательства извне в политику концерна. Поясняет вице-председатель фракции СДПГ в Бундестаге Клаус Хюбнер:

«Тем самым гарантируется, что будет исключена возможность для частного инвестора занять пост в наблюдательном совете концерна. Имея менее четверти акций, он, по закону, не сможет претендовать на это, и тем самым мы обеспечиваем полное влияние государства на предпринимательскую политику акционерного общества «Дойче бан».

Тем не менее для некоторых левых социал-демократов даже такая куцая приватизация показалась изменой принципам. Правящий бургомистр Берлина Клаус Воверайт в их числе:

«Не будем обманываться. Это частичная приватизация. И лично я против даже такой формы частичной приватизации.»

У консерваторов на этот счет другое мнение. Они ратуют за куда более решительную передачу железной дороги в частные руки и надеются, что после следующих выборов, если им удастся сформировать правительство без социал-демократов, предел в двадцать четыре и девять десятых процента удастся отменить. Специалисты же считают, что такое ограничения вообще ставит под вопрос вывод акций «Дойче бан» на биржу, который планируется к концу этого или в начале следующего года. По рассчетам правительственных финансистов, продажа акций сулит от пяти до восьми миллиардов евро. Треть этой суммы пойдет на латание дыр в бюджете, треть – самому концерну на развитие, треть – на модернизацию инфраструктуры: ремонт полотна и вокзалов. Не факт, однако, что акции пойдут нарасхват, как в свое время бумаги Телекома или почты. Специалист по акциям Франц-Йозеф Левен из Франкфурта-на-Майне:

«Тот, кто рискует своим капиталом, хочет иметь и право голоса. А если его нет, то тогда хотя бы дивиденты должны быть высокими. Но «Дойче бан» не может их обеспечить, ведь железная дорога служит обществу, содержит убыточные участки из политических, а не рыночных соображений. Предприятию же, которое не готово предоставить ни право голоса, ни солидные дивиденты, будет трудно найти на рынке вкладчиков, готовых рискнуть своими капиталами.»

Частичная приватизация «Дойче бан» – классический пример полумеры, ни вашим, ни нашим.

«Мы каждому даже среднему предпринимателю, выходящему на биржу, говорим, что в этом случае у его предприятия оказываются и другие собственники в лице акционеров. Эти собственники также хотят иметь право голоса в принятии решений и получать определенную прибыль. У «Дойче бан» же посторонние частные ивесторы ни в коем случае не должны иметь влияния, но в то же время – предоставлять в распоряжение концерна свой капитал, идти ни риск. Это несоответствие.»

А причину Франц-Йозеф Левен видит в том, что правящая в Германии «большая коалиция» торопиться с принятием финансово-политических решений, не выполнив домашних заданий по транспортной политике:

«Мы должны решить – и это политическое решение – какую железную дорогу мы хотим иметь. Чтобы рельсы были проложены до самого последнего захолустья и по ним ходили поезда? Такую железную дорогу должно содержать государство и субсидировать её из налоговых средств. Или же нам нужна железная дорога, работающая по рыночным принципам, то есть предлагающая свои услуги там, где на них есть платежеспособный спрос. Государство может, в свою очередь, такой спрос поддерживать из бюджета, но он должен на рынке присутствовать. В таком случае железная дорога может быть организована как частно-предпринимательская компания.»

На федеральном уровне в Берлине на этой неделе решали судьбу железной дороги, на городском – столичных авиаперевозок. В прошлое воскресенье здесь по инициативе противников закрытия старинного аэропорта Темпельхов прошел референдум. Первый в истории Берлина референдум провалился. Хотя большинство его участников высказались «за», явка подкачала. С подробностями Ольга Карина:

Более полумиллиона берлинцев поставили крестик в защиту легендарного аэропорта, это более 60 процентов голосовавших. К сожалению, их оказалось недостаточно. Поскольку до необходимого уровня явки на референдум – а это по закону четверть всех имеющих право голоса, не хватило двух процентов. У многих такое безответственное отношение к судьбе родного города вызывает разочарование:

Женщина:

Не важно, идет ли речь о Темпельхофе или о чем-то еще. Горожанам очень важно принимать участие в подобных мероприятиях. Я надеялась, что берлинцы окажутся не такими безразличными.

Женщина:

Люди не хотят исльзовать права, данные им демократией. Это очень обидно! Темпельхоф – часть моей жизни. И вот она уходит... . Я не хочу, чтобы здесь начиналось строительство, не нужно здесь никакого суперсовременного жилья для богачей. У берлинцев была возможность повлиять на судьбу города И вот они упустили свой шанс!

Больше всего разочарованы результатами референдума жители близлижащих к аэропорту кварталов. Как ни станно, но большинство из них выступает за сохранение Темпельхофа:

Женщина:

Когда я слышу, как кто-то говорит – там жить опасно, может упасть самолет... Ерунда всё это! Я живу здесь с 1941-го года. За всё это время произошел только один подобный случай. По-моему в других местах самолеты падают гораздо чаще.

Мужчина:

Не могу сказать, что я восхищен результатами голосования. Я надеялся, что мы победим.

Я родился в 1952-м году и вырос по соседству с Темпельхофом . Я не представляю, что власти могут закрыть этот аэропорт. Мы все за сохранение Темпельхофа!

Женщина:

Я местная жительница. В течении тридцати лет я наблюдаю за дебатами- закрывать Темпельхоф или нет. Меня радует, что наконец-то принято хоть какое-то решение.

Темпельхоф давно был бельмом на глазу у берлинских властей. Их главных аргумент: предприятие работает в убыток и экономически нежизнеспособно. Кроме того, по решению лейпцигского административного суда пока открыт Темпельхоф, нельзя запустить в эксплуатацию строящийся Берлин-Бранденбург-Интернациональ – суперсовременный аэропорт в Шенефельде. Поэтому-то правящий бургомистр Берлина Клаус Воверайт поздравил всех с результатами референдума и настоятельно попросил недовольных прислушаться к цифрам счетной комиссии и больше ничего не предпринимать. А позицию инициаторов референдума Воверайт подверг резкой критике:

Вы совершенно не заботитесь о деле. Вы только одурачиваете людей. Вы же точно знаете, что любое движение на взлетной полосе Темпельхофа ставит под вопрос существование аэропорта Берлин-Бранденбург-Интернациональ в Шенефельде. А это значит, вы подвергаете опасности будущее Берлина!

Если только чудо не случится, Темпельхоф будет закрыт. По планам сената, в качестве аэропорта он перестанет существовать уже в октябре этого года. Тем временем местные жители предвкушают новую дисскуссию. Без сомнений, дебаты о том, как распорядиться территорией Темпельхофа и как использовать взлетное поле обещают быть не менее жаркими.

А теперь – еще одна страничка радиожурнала «Столичная студия»

Новости «Русского Берлина»

Русскоязычный миллиардер Блаватник, занимающий 113 место в списке самых богатых людей мира, приобрел 18 с половиной процента акций авиакомпании Эйр Берлин. Блаватник эмигрировал из СССР в Америку в 1978 году и занимается коммерческими инвестициями. Вместе со своим партнером Вексельбергом он владеет акциями российско-британской нефтяной компании ТНК/БП и производителя алюминия Русал. Пока неясно, как распорядится Блаватник акциями Эйр Берлин, третьей по величине авиакомпании Германии. Ее офис расположен в немецкой столице. Эйр Берлин ежедневно совершает рейсы из Берлина в республики бывшего СССР, в том числе в аэропорт Домодедово...

Известный продавец легендарных берлинских сосисок с соусом карри Грегор Бир хочет открыть филиал в Москве, в гостинице «Риц Карлтон». По словам Бира, это произойдет в мае. Ларек разместится на террасе «РицКарлтона», откуда открывается красивый вид на Кремль и Красную площадь. Сосиски Бир намерен изготавливать в России, но по собственному секретному рецепту. В Берлине в простую на вид закусочную Бира уже заходили такие знаменитости, как актер Том Круз и рок-музыкант Удо Линденберг...

Все меньше школьников земли Бранденбург изучают русский язык. Если в 1998 году таких была 31 тысяча, то в прошлом учебном году язык Толстого и Достоевского выбрали в качестве второго или третьего иностранного только 21 тысяча 600 учеников. Тем не менее Бранденбург по-прежнему лидирует в Германии по количеству изучающих русский. После английского и французского он остается третьим по популярности в этой восточногерманской земле...