1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Еуропа и Беларусь

Только чудо могло предотвратить забастовку немецких служащих. И оно свершилось

13.01.2003

Четыре дня и четыре ночи бились в поиске компромисса бывшие бургомистры Бремена и Лейпцига – Ганс Кошник и Хинрих Леман-Грубе. Тщетно. Примирить стороны им не удалось. После этого только чудо могло предотвратить общефедеральную забастовку государственных и общественных служащих ФРГ, первую за десять лет. А это значило, что жизнь в на удивление заснеженной и замерзшей Германии замерла бы. Не вышли бы на трассы снегоуборочные машины, во дворах - горы мусора у переполненных мусорных баков, в больницах принимали бы только срочных пациентов и пожарные выезжали бы только на срочные вызовы, закрылись бы детские сады и школы, паспортные столы и мэрии, в депо остались бы трамваи и автобусы. Верди - объединенный профсоюз государственных и общественных служащих – собирался бастовать как минимум две недели. Никто не брался точно подсчитать, какими были бы убытки. Скорее всего – многомиллиардными. И уж наверняка большими, чем та сумма, которую пришлось бы изыскать работодателям, то есть коммунальным и земельным властям, чтобы удовлетворить требования профсоюзов.

Служащие поначалу настаивали на повышении зарплат не менее чем на три процента. Первые прямые переговоры с местными властями закончились ничем и довольно быстро. Власти заявили, что ни в земельных, ни в коммунальных бюджетах лишних денег нет, одни долги, так что о повышении зарплат в таком объеме не может быть и речи. По действующему в Германии законодательству после срыва прямых переговоров между профсоюзом и работодателями сразу объявлять забастовку нельзя. Сперва полагается создать арбитражную комиссию и подключить третейского судью на общественных началах. Подключили даже двух – бывших бургомистров. Один из них – Ганс Кошник – в своё время отлично себя зарекомендовал в качестве посредника в Боснии. Но балканский опыт ему впрок не пошел. Оказалось, что примирить немецких профсоюзных деятелей с немецкими же земельными министрами труднее, чем мусульман с христианами. Бургомистры рассудили так: повышение зарплат служащим всё-таки дешевле, чем убытки от их забастовки, а потому хотя бы частично надо их требования удовлетворить. Ганс Кошник:

- Вопрос в том, во что обойдется хотя бы двухнедельная забастовка? Мы считаем, что ущерб будет куда большим, как минимум раза в четыре, чем один и два десятых миллиарда марок, которые потребуются, чтобы её предотвратить. Такова логика экономической целесообразности.

Третейские судьи предложили в качестве компромисса повышение зарплат трём миллионам немецких служащих на два и четыре десятых процента с первого января и еще на ноль целых шесть десятых – с будущего года. Итого в сумме – те самые три процента. Кроме того постепенно, к две тысячи седьмому году, предлагалось подтянуть зарплаты на востоке Германии к западному уровню. В ответ служащие отказываются от одного своего выходного в году. Это чуть меньше, чем требовали профсоюзы, но, поколебавшись, они всё же согласились. А вот работодатели единодушно ответили отказом. Госсекретарь в министерстве внутренних дел Клаус Хеннинг Шаппер:

- Забастовка всегда стоит больших денег. Однако, нельзя предотвратить забастовку, выдвинув в качестве компромиссного предложения явно завышенные требования профсоюзов.

Позиции сторон – профсоюзов и работодателей – были, похоже, непримиримы. И что самое парадоксальное, аргументы и тех, и других вполне убедительны. Служащие ссылаются на свои весьма скромные запросы в прошлом и приводят в пример строителей, работников торговли и сферы обслуживания, зарплаты которым, несмотря на кризисные явления в этих отраслях, все же были повышены. Почему же должна мириться с прежней зарплатой больничная медсестра? Требования профсоюзов представляются оправданными. Но правы и представители властей. Они выворачивают карманы и говорят, а кто будет за это платить? У них и в самом деле лишних бюджетных денег нет. Очевидно, что решение проблемы – вне сферы компетенции профсоюзных активистов и земельных казначеев. Это – дело центрального правительства. Оно должно проводить такую экономическую политику, которая оживила бы деловую активность в Германии и привела к увеличению налоговых поступлений в центральный и местные бюджеты. А вместо этого правительство само помогло выкопать финансовую яму, из которой не могут выбраться ни служащие, ни их работодатели.

Ах да. Чудо всё-таки свершилось. После неудачи третейских судей, стороны снова сели за стол переговоров и договорились довольно быстро – всего-то за две ночи. Профсоюзный шантаж всё-таки подействовал. В итоге местные власти согласились повысить немецким служащим зарплаты – с этого года на два и четыре десятых процента, а в следующем году – еще два раза по одному проценту. Плюс всем единоразово будет выплачено по сто восемьдесят пять евро. Зарплаты на востоке поднимутся до западного уровня к две тысячи девятому году, срок действия тарифного соглашения – до конца две тысячи пятого. Итого, за три года немецкие служащие получат прибавку в четыре и четыре десятых процента. Не густо. Вот раньше были времена! В семьдесят четвертом году, например, профсоюзы служащих требовали повышения зарплат на пятнадцать процентов и получили девять с половиной. В девяносто втором хотели снова девять с половиной, поимели же всё равно респектабельные пять и четыре десятых. Теперь профсоюзам пришлось изрядно умерить свои запросы, сытые времена прошли. И по большому счету выигравших от нынешнего компромисса нет. Зарплаты у служащих, правда, реально вырастут – инфляция ожидается меньшая, значит повысится их покупательная способность. Но без последствий для местных бюджетов это не останется. Властям придется изыскивать средства – сокращать вакансии, свертывать коммунальные инвестиционные программы и сервис для населения. Так что радикально проблема не решена, она только отложена.

Две трети жителей Германии не ожидают от наступившего года ничего хорошего

Начало года – время прогнозов. В Германии они – безрадостные. Ведущие экономические институты страны предсказывают дальнейший рост безработицы в наступившем году. В среднем, по прогнозу, она составит четыре миллиона и двести тысяч человек. А её пик придется уже на февраль – четыре с половиной миллиона. Данные экономических институтов идут вразрез с куда более оптимистичными ожиданиями правительства. Супер-министр труда и экономики Вольфганг Клемент, например, уверяет, что его программа повышения занятости уже очень скоро даст позитивный эффект, безработица начнет сокращаться и в среднем за год будет ниже четырех миллионов. Промышленный же рост составит в наступившем году целых полтора процента. Клемент – обаятельный, убедительный и харизматичный политик. Некоторые сравнивают его даже с другим большим социал-демократом Гельмутом Шмидтом. И всё-таки публика верит, скорее, не ему, а сухарям из экономических институтов. Хотя и они изрядно ошибаются. Но об этом – позже.

Безрадостные прогнозы как нельзя отвечают настроениям в немецком обществе. Они упаднические, как почти никогда. С оптимизмом встретили год козы - или козла – менее трети жителей Германии. Две же трети опрошенных настроены либо скептически, либо даже с опаской вскрывали шампанское в новогоднюю ночь. Они от нового года не ожидают ничего хорошего, скорее, наоборот. Опрос, подобный нынешнему, традиционный. Он проводится с момента образования ФРГ – с сорок девятого года. Так вот, хуже настроения были только в пятидесятом году, во время корейской войны, и в семьдесят третьем, когда Германию сковал нефтяной кризис и по автострадам можно было пешком ходить, не рискуя попасть под машину. Машины тогда стояли на приколе.

Еще чернее, чем у публики, настроения в немецких деловых кругах. Из сорока четырех отраслей экономики ФРГ только две – сталелитейная и химическая – ожидают, что две тысячи третий год будет для них лучше, чем две тысячи второй. Все остальные – будь-то автомобилестроение, издательское дело или туризм – ожидают в лучшем случае стагнации, большая же часть готовится к падению спроса, свертыванию производств, новым увольнениям. Им вторят экономические мудрецы. Еще пару месяцев назад они рассчитывали на рост ВВП в этом году в два с лишним процента. Теперь говорят, что он составит всего-то ноль целых шесть десятых процента. Но вполне возможно, что даже это – изрядно завышенный прогноз. Дело в том, что немецкие экономические институты за всё время своего существования еще ни разу не попадали в точку. Экономические исследования – фактически гадания на кофейной гуще. Это подтверждает исследование, объектом которого стали сами исследовательские институты.

Каждый год федеральное правительство даёт ведущим институтам Германии, своим пяти экономическим мудрецам задание: а скажите-ка нам, что нас ожидает в будущем. Пять мудрецов долго думают, а потом выносят вердикт. Ну, например. Весной две тысячи первого года они практически единогласно предсказали, что промышленный рост в две тысячи втором году составит два и два десятых процента. Осенью снова посмотрели на звезды, поколдовали над цифрами и скорректировали прогноз до одного и трёх десятых процента. Полгода спустя – еще раз, до нуля целых девяти десятых, а потом до четырех десятых процента. На самом же деле в истекшем году рост ВВП был и того вполовину меньше – всего-то ноль и две десятых. Но, быть может, именно этот год был такой, непредсказуемый? Ничего подобного. Два немецких исследователя отследили прогнозы экономических мудрецов аж с тысяча девятьсот шестьдесят четвертого года, когда правительство стало давать им такое задание. И ни разу экономические институты не могли угадать будущее. Причем, размер ошибки постоянно увеличивался. И это несмотря на научный прогресс, всё большее количество всевозможных индикаторов – потребительского спроса, настроений, инвестиционной активности, оборота и так далее. В шестидесятые годы прогноз экономических институтов мазал мимо цели в среднем на восемь процентов. В последнее десятилетие ошибка составляет сорок шесть процентов – то есть фактически предсказания они делают наобум. Хотя, впрочем, нет. Одна закономерность всё же есть. Какой бы прогноз ни предлагали экономические мудрецы, реальное экономическое развитие всегда оказывается хуже. Но это – слабое утешение.

Не хотел бы заканчивать эту тему на такой ноте. Тем более что всё познается в сравнении, а ситуация в Германии еще далеко не такова, что сюда пора слать продовольственные пакеты. Немцы традиционно видят всё в чересчур мрачном свете. Им присущи упаднические настроения, поэтому все стенания надо делить как минимум на два. Вообще-то не склонный к цветистым выражениям директор берлинского института экономических исследований Клаус Циммерман охарактеризовал ситуацию в Германии так:

- Экономические перспективы – мрачные. Но грозовые тучи над нашими головами не сгущаются. Скорее, страну затягивает холодный, сковывающий туман.

Скепсис и опасения жителей Германии продиктованы отнюдь не страхом обнищания. Люди боятся даже незначительного снижения достигнутого уровня жизни и связанной с этим потери лица перед соседями, друзьями, коллегами по работе. На эту особенность немецкого менталитета обратил внимание в своём новогоднем поздравлении немецкому народу то ли президент, то ли канцлер. Он сказал, что во многих других странах, слушая стенания немцев, могут только развести руками – нам бы ваши проблемы.

Новости «Русского Берлина»

В городе Ной-Руппин, к северу от Берлина, начался процесс по делу об убийстве 24-летнего немца-переселенца из Казахстана. В совершении этого преступления обвиняют пятерых молодых людей в возрасте от 20 до 22 лет. По данным следствия, в мае прошлого года они поссорились с переселенцем на дискотеке. На улице они жестоко избили его, а потом бросили на свою лежащую жертву камень весом в 17 килограмм. От полученных увечий переселенец скончался. Обвиняемые отрицают, что совершили свое преступление из ненависти к иностранцам. По их словам, переселенец сам спровоцировал их на драку...

В Доме науки и культуры Российской федерации в центре Берлина, на Фридрихштрассе, открылась выставка «История немцев в Санкт- Петербурге». Она рассказывает о жизни немецкой колонии в городе на Неве с начала его основания и до наших дней. В экспозицию включены многочисленные фотоматериалы и архивные документы. Выставка посвящена трехсотлетию Петербурга и проводится в рамках Дней российской культуры в Германии...

В столичном Доме демократии и прав человека прошел вечер под названием «Белоруссия – 89 миллиметров от Европы». 89 миллиметров составляют разницу между шириной железнодорожной колеи в Белоруссии и Германии. Вечер был проведен инициативной группой при берлинском филиале «Эмнести интернешнл». Эта группа резко критикует нынешнее руководство Белоруссии и выступает за соблюдение прав человека в республике. В ходе вечера был показан документальный фильм о поездке в Минск, прозвучали стихи белорусских поэтов, открыта фотовыставка, прочитаны доклады о положении в Белоруссии...

45- летний турист из России стал жертвой разбойного нападения в одном из пансионов восточно-берлинского района Фридрихсхайн. Двое бандитов в масках ворвались в его комнату, ударили россиянина тяжелым предметом по голове и ограбили. Пострадавший скончался на месте. Спутник покойного находился в этот момент в соседнем помещении и не пострадал. По его словам, он приехал в Берлин вместе со своим другом, чтобы купить автомобиль. Они имели при себе значительную сумму денег. Эти деньги были похищены неизвестными преступниками...