1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

С кем боремся: с безработицей или с безработными?

27.03.2003

Слушайте, давайте-ка мы с Вами вот на ближайшие 15 минут отвлечёмся от войны в Ираке. Есть же всё-таки на свете и другие проблемы и другие темы Вот, например, Вы социализм заказывали? Нет? И я тоже нет. Но у него, у социализма, такая особенность: его гонишь в дверь, а он в форточку назад лезет. Вы думаете, я про Россию говорю? Нет, передача-то называется «Германия из первых рук», и говорю я про Германию. Это у нас здесь социализма во все щели набилось столько, что не продохнуть. Поэтому единственная возможность - бежать из страны сломя голову. Это не только говорят, но и делают предприниматели в Германии. «Мы не допустим разрушения наших социальных завоеваний!», грохочут в ответ представители профсоюзов. И вообще, социальная справедливость - фундамент нашего государства. Вот так они и спорят уже последние 10 или 15 лет. И пускай бы они дальше спорили, если бы, да, если бы в Германии не насчитывалось 4 миллиона 700 безработных. А ещё более миллиона вполне здоровых и работоспособных людей живут на социальное пособие. Получается порочный круг: чем больше людей не имеют работы, тем меньше налогов собирает государство. То есть, доходы стремительно сокращаются, а расходы растут, как на дрожжах. Как ни крути, социалистическая система государственного перераспределения в её нынешнем виде обанкротилась. Выход первый: повышать налоги, социальные отчисления и государственную задолженность. Но это неминуемо ведёт к дальнейшему росту безработицы. Выход второй: сокращать расходы на социальные нужды и снижать стоимость труда с целью создания новых рабочих мест. Очень всё это болезненно и непопулярно, что один курс, что другой. Вопрос только в том, какой путь ведёт ещё дальше в тупик, а какой обещает свет в конце туннеля. Но делать что-то надо. Вот перед этим неприятным выбором и стояло правительство Германии. Какой путь оно выбрало - об этом в сообщении Йенса Турау. А петь для нас голосом федерального канцлера в этой передаче будет сатирик Эльмар Брандт.

В середине марта правительство Германии представило, наконец, свою программу действий. Ждали её давно. Интерес подогревали сами члены правительства и ведомства федерального канцлера. Речь шла об «эпохальных реформах», о водоразделе, о «радикальной смене курса». Правительственное заявление представил в Бундестаге сам Герхард Шрёдер:

«Наша страна должна снова стать центром уверенности в будущем в Европе. Не все проблемы, с которыми мы столкнулись сегодня, возникли только вчера. Не все меры, которые мы предлагаем, дадут положительный эффект уже завтра. Но я полон решимости больше не допустить, чтобы проблемы откладывались в долгий ящик только потому, что они представляются неразрешимыми.»

Какие же социальные проблемы представлялись неразрешимыми? Давайте начнём по мере возрастания конкретности предложенных решений. Реформа системы пенсионного страхования пока находится в стадии обсуждения. Между тем, реформа совершенно необходима, потому что пенсионеров становится всё больше и живут они всё дольше. А вот число работающих сокращается и, соответственно, взносов в пенсионные фонды поступает всё меньше. Удержать пенсии на нынешнем уровне просто невозможно. Самое конкретное предложение до сих пор - облагать пенсии подоходным налогом. Реформа системы медицинского страхования: взносы в больничные кассы предлагается незначительно снизить. Но застрахованным впредь придётся доплачивать из собственного кармана за визиты к врачам и заключать частные страховки на выплаты по бюллетеню. Страхование на случай безработицы: Сейчас пособие по безработице начисляется в размере 67 процентов чистого заработка в последний год до увольнения для безработных с детьми и 60 процентов для бездетных. Срок выплаты пособий зависит от трудового стажа и максимально достигает 32 месяцев. После этого выплачивается так называемая «помощь по безработице». Это на 10 процентов меньше пособия. Теперь федеральное правительство предлагает сократить сроки выплаты пособий до 12 месяцев и только для безработных старше 55 лет - до 18 месяцев. А вот «помощь по безработице» предлагается вообще отменить, то есть, объединить с социальным пособием. Практически это приведёт к сокращению выплат, ведь социальное пособие обеспечивает лишь прожиточный минимум. Вот основные предложения правительства по спасению госбюджета. Пока всё это лишь проекты, которые ещё должны пройти обсуждение и утверждение в парламенте. Но вот одно, самое конкретное предложение правительственной программы может вступить в силу хоть завтра: заморозить зарплаты министров и статс-секретарей на нынешнем уровне.

Вот так, в общих чертах, выглядят планы правительства Германии. А что думают об этих планах, те, кого они напрямую затрагивают, сами безработные? Послушайте репортаж Софьи Габдрахмановой:

Кёльнская биржа труда - огромное здание. А в коридорах всё равно тесно. Только я достаю микрофон, тут же меня вежливо, но настойчиво выпроваживают: на интервью в самом здании надо специальное разрешение. Хорошо, устраиваюсь прямо на улице перед главным входом. Благо, погода тёплая. А вот и первый собеседник: молодой человек, специалист по пиару. Успешно проработал 3 года, а потом экономический рост сошёл на нет. Где стали фирмы экономить - конечно же, на рекламе. Он разослал до тысячи своих резюме по всей Германии, но работы так и не нашёл:

«Поэтому я на собственном опыте могу сказать, что положение давно уже такое плохое, что эти скромные реформы ничего не дадут. Ну, сократим безработным выплаты. В конце концов, меня вынудят с университетским дипломом работать водителем автопогрузчика на складе. Кто от этого выиграет?»

Куда хуже положение у моей следующей собеседницы. Она сама ищет работу, но ещё больше её тревожит судьба её детей:

«Я даже не себя имею в виду, у меня всё-таки возраст, уже за 50, но мои девочки, обе без работы. Одной 26, другой 30. Что им делать, если им пособие сократят? У них свои квартиры. Ну, на еде ещё можно съэкономить, а за квартиру каждый месяц, хочешь не хочешь, плати. Младшая у меня чертёжница. А строительные фирмы все разоряются. Полгода она пороги обивает, и всё в пустую. Теперь вот все говорят, надо становиться самостоятельным. Ну как чертёжница откроет собственную фирму, если заказов всё равно нет. Откуда у неё такие деньги? Что они там, наверху, себе думают? Ой, я лучше промолчу, а то я Вам такого наговорю!»

А вот мужчина лет 50, который так и рвётся к микрофону, в выражениях не стесняется. Паузы он делает, только чтобы затянуться очередной сигаретой. Особенно его раздражает высказывание канцлера о том, что общество не может больше кормить людей, которые не очень-то рвутся работать:

«Я могу только сказать, у этого Шрёдера крыша поехала. Если бы у нас было 4 миллиона незанятых рабочих мест, тогда бы и я сказал, что все безработные - лодыри. Дайте мне работу, за мной не заржавеет. У меня ещё положение ничего. Я в своё время хорошо зарабатывал, поэтому и помощь по безработице мне платят приличную. Я специалист по тыловому обеспечению, работал на Бундесвер. Но потом началась эта перестройка, русские из бывшей ГДР ушли, в Бундесвере - сокращения, гарнизоны позакрывали, я остался без работы. Смешно, да? Я жертва разрядки, жертва перестройки. Вот уже 6 лет мыкаюсь. Я сейчас получаю 938 евро в месяц от биржи труда. Но у меня сын - студент. Я ему подбрасываю 200 евро. 300 евро уходит за квартиру, 50 евро за электричество. Вот и подсчитайте, сколько мне на жизнь остаётся. Я, правда, ещё официантом в пивной подрабатываю, но всё равно уже 6 лет в отпуске не был. На бирже труда мне прямо говорят: Вам ничего не светит. Какая у меня перспектива? Ещё 9 лет безработицы, потом на досрочную пенсию. Теперь вот правительство собирается мне помощь урезать. Они что, сдурели, что ли?»

Если раньше безработица в Германии была структурной, то есть, труднее всего было устроиться работникам низкой квалификации, то сейчас безработица затронула практически все профессии.

«С этими реформами, которые сейчас предлагают, я Вам могу привести самый актуальный пример. Я - дипломированный психолог. Кроме того, я медсестра. Но я хочу работать менеджером в здравоохранении. Поэтому мне нужно пройти курсы переподготовки. Потому что в Германии на всё нужна справка, нужна бумажка. Я написала своему консультанту на бирже два письма, я его завалила заявлениями по электронной почте. Я боролась как тигр за эти курсы,, но даже ответа не получила. Это же трамвайное хамство! А в то же время в газете пишут, что если безработные отказываются повышать свою квалификацию, им будут сокращать пособия. Это же замкнутый круг!»

Тут я, наконец, решаюсь вставить вопрос: медсёстры ведь повсюду требуются. В больницах, в домах престарелых, в частных врачебных практиках...

«Слушайте, скоро справку начнут требовать, чтобы дышать разрешили или справку от врача, что у Вас зубы не вставные. Или, может быть потребуют, чтобы им на видео представили, что ты спортом занимаешься. Что это всё за чушь! Была бы возможность, я бы против этого Шрёдера проголосовала... Я пыталась устроиться хоть секретаршей, временно. Мне говорят: да, вы отлично выглядите, гораздо моложе своих лет. Но, понимаете, Вы - красивая женщина, все остальные секретарши Вам начнут завидовать. Эти боссы меня просто боятся, потому что я-то знаю трудовое законодательство, я-то знаю свои права. Поэтому мне говорят: у Вас слишком высокая квалификация... Вот, скажите, что мне делать. Вот передайте это своему господину Шрёдеру.»

Слушает ли канцлер Шрёдер программу «Немецкой волны» на русском языке», я не знаю. Думаю, что нет. Потому что русского не знает. А вот почему моя собеседница не хочет или не может работать медсестрой, где свободных мест хоть отбавляй, мне выяснить так и не удалось. И в заключение, ещё одно мнение. Молодой человек, лет 30 - 35, хорошо одет и ухожен:

«Понимаете, я, как целевая группа этих реформ, если можно так выразиться, не совсем понимаю, я не понимаю, какие механизмы должны сработать, чтобы безработица реально сократилась. Я не вижу рычагов, я не вижу стимулов к созданию новых рабочих мест. Безработным сокращают пособия, их вынуждают ещё активней взяться за поиски работы. Но есть ли смысл наказывать безработных за то, что в стране работы нет? Впечатление такое, что кабинет просто не до конца продумал эти планы. Я не знаю, может быть, это просто я сам что-то недопонял...»

Вот такие у меня получились невесёлые разговоры у главного подъезда кёльнской биржи труда. Но тема безработицы вот уже добрых десять дней как исчезла с экранов телевизоров и страниц немецких газет. Говорят все только о войне в Ираке. Кому уж тут до безработных?