Спецслужбы Восточной Европы | Европа и европейцы | DW | 25.08.2005
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа и европейцы

Спецслужбы Восточной Европы

16.08.2005

Сегодня выпуск нашего журнала посвящен спецслужбам восточной Европы. Точнее сказать наследию политического сыска и шпионских организаций, доставшемуся восточноевропейским странам от эры социализма. Для большинства из этих стран путь к демократии и подлинному суверенитету открылся только после развала бывшей советской империи. С тех пор минуло уже полтора десятка лет. Однако прошлое до сих пор отбрасывает свою тень на новую современность. Это становится особенно очевидным, когда в Польше, Словакии, Румынии или Венгрии то и дело с новой силой вспыхивают дебаты о том, как следует обращаться с архивами бывших социалистических спецслужб. Подобные споры продолжаются практически во всех бывших социалистических государствах, так как архивы шпионских ведомств почти повсюду остаются под замком, недоступные широкой общественности. Осторожность, которую проявляют в этих вопросах власти, кажется многим чрезмерной, и голоса критиков звучат все настойчивее. Так в Польше журналист Бронислав Вильдштайн опубликовал в Интернете имена жертв польской социалистической охранки и бывших тайных агентов ведомства государственной безопасности, в Словакии также звучат громкие требования открыть архивы бывших спецслужб. В румынском парламенте оппозиционные депутаты пытаются добиться рассмотрения законопроекта, который бы запрещал бывшим агентам «Секуритате» занимать государственные и политические должности. Открыть архивы социалистической спецслужбы требуют и многие граждане Венгрии. Послушайте репортаж Яна Палоката из Будапешта:

Сара Трушанье работает ассистентом уполномоченного Венгерского парламента по вопросам защиты личных данных граждан и свободе информации. Даже ей, дипломированному специалиста в области коммуникации трудно объяснить, как можно объединить под одной крышей эти два понятия, которые, казалось бы, противоречат друг другу. Тем более и защита личных данных, и свобода информации являются в Венгрии гражданскими правами, закрепленными в конституции страны. Взять хотя бы вопрос об архивах бывшей государственной безопасности социалистической Венгрии: где здесь проходит граница между правом бывших агентов спецслужбы на защиту личных данных и правом бывших жертв этого ведомства на получение информации о своих доносчиках и преследователях. По мнению Сары Трушанье, каждый гражданин Венгрии имеет право узнать, кто доносил на него. Но в то же время…

«Я не могу и не имею права знать, кто шпионил, например, за Вами. Вы можете получить в нашем ведомстве копии документов из архива, но Вы не имеете права публиковать их».

Такое правило, возможно, помогло бы решить щекотливый вопрос о том, как обращаться с архивами спецслужб, если бы закон не предусматривал возможность доступа к ним в исследовательских целях. Именно этой возможностью и воспользовались многие венгры, причем, явно не с целью научных изысканий. Одним из таких любопытствующих является Кристиан Сабарош. По его собственному признанию, он собрал в архивах данные о более чем одной тысяче бывших тайных агентов социалистической охранки. Теперь он угрожает опубликовать эти списки в Интернете, если парламент сам, не примет решение об открытии архивов бывшего венгерского ведомства государственной безопасности. Свою позицию господин Сабарош объясняет так:

«Мы считаем, что каждый имеет право на получение информации из этих архивов. Только так можно полностью осознать всю жестокость прежней системы. Это особенно важно для молодых поколений, которые склоны к тому, чтобы забывать о прошлом. Вторая причина, побуждающая нас требовать открытия архивов, чисто моральная. Ведь эти архивы станут доступными общественности лет через 50. Представьте себе теперь, что кого-то сейчас несправедливо обвиняют в сотрудничестве с бывшими спецслужбами. Через 50 лет этот человек умрет, так и не получив возможности защитить свою честь и достоинство. А если архивы открыть, тогда каждый получит возможность рассказать свою историю и объяснить, почему он это делал или почему он отказывался это делать».

Сабарош, который руководит будапештским консалтинговым пиар-агентством «Политикал Кэпитал», сам был подростком, когда в Будапеште рухнул коммунистический режим. Сегодня 32-летний политолог стремится довести начатую тогда революцию до конца с помощью современных методов. Когда в начале текущего года на Интернет-странице агентства «Политикал Кэпитал» были опубликованы имена 19 бывших агентов ведомства государственной безопасности, это вызвало в стране большой резонанс. Этот список в одночасье превратился в самую часто посещаемую страницу венгерского Интернета. И хотя все эти 19 фамилий были взяты из уже ставших достоянием гласности и несколько раз перепроверенных досье бывшей спецслужбы, их опубликование в Интернете спровоцировало целую цепную реакцию. Чуть позже один из будапештских еженедельников поместил собственный список бывших тайных агентов, в котором также содержались в основном уже известные общественности имена. Но затем на одной из американских страниц в Интернете всплыл еще один список, содержавший новые, еще непроверенные имена предполагаемых доносчиков бывшего ведомства государственной безопасности. Господин Сабарош, который по сути дела и стал инициатором этой лавины разоблачений, тем не менее, возмущается тем, что достоянием гласности становятся непроверенные сведения:

«Это абсолютно не соответствует нашей точке зрения и сводит на нет наши собственные усилия. Мы не хотели скандала, и мы не являемся охотниками за головами».

Сабарош и его единомышленники стремятся заставить парламент внести соответствующие поправки в законы, которые бы легализировали разоблачение бывших коллаборационистов.

«За последние 15 лет вся эта история вокруг бывших агентов заметно отравила наше общество и политическую жизнь в стране. В 1990 году влиятельные сотрудники бывшего ведомства госбезопасности растащили по домам папки с делами тайных осведомителей. Поэтому сейчас есть довольно много людей, которых можно шантажировать. А официальное открытие архивов спецслужбы сделает такой шантаж невозможным».

Пока же эксперты спорят о том, не являлось ли опубликование уже известных имен осведомителей нарушением действующих законов. Нет единого мнения по данному вопросу и в бюро уполномоченного венгерского парламента по вопросам защиты личных данных граждан и свободе информации. Защита личных данных граждан относится к основным правам венгерского общества, и его соблюдения могут теперь требовать для себя и те люди, которые в социалистической Венгрии доносили офицерам госбезопасности самые интимные подробности из жизни своих друзей и знакомых, признает сотрудница бюро Сара Трушанье.

«Сейчас мы получаем все больше заявлений с просьбой о закрытии доступа к архивам спецслужбы. Я не могу с полной уверенностью это утверждать, но мне кажется, что в большинстве случаев такие заявления поступают от бывших неофициальных агентов или кадровых сотрудников службы государственной безопасности. Эти люди приводят самые различные аргумента: они заявляют, что тогда в стране правил совсем иной режим, что тогда были совсем другие времена, что они выполняли свой долг и не могли поступать иначе и так далее и тому подобное».

Впрочем, у таких людей не смотря на сохранившиеся связи, судя по всему, уже не хватает влияния и сил на то, чтобы оказать организованное сопротивление сторонникам открытия архивов бывшей службы госбезопасности или начать ответную широкую пропагандистскую кампанию против них.

Венгрия и дебаты о необходимости открыть архивы бывшей социалистической службы государственной безопасности. Вы слушали репортаж Яна Палоката из Будапешта.

А теперь нам хотелось бы предложить вашему вниманию еще один репортаж, который связан со спецслужбами бывших социалистических стран. То, что нынешний президент России Владимир Путин был кадровым сотрудником КГБ и оставил активную службу в чине подполковника, известно всем. Как, впрочем, известно и то, что по линии КГБ он в 1985-1990 годах находился в командировке в бывшей ГДР в Дрездене. Не будем вдаваться в подробности о том, чем офицер КГБ Путин конкретно занимался в нынешней столице федеральной земли Саксония. Об этом знают его бывшие начальники, и этого достаточно. Нам же более интересным показался вопрос о том, помнят ли Путина жители Дрездена, его бывшие соседи, среди которых он прожил несколько лет. Послушайте репортаж из саксонской столицы, который подготовил корреспондент радиостанции «Дойчландфунк» Бернхард Хольфельд:

Пять лет своей жизни Владимир Путин провел в Дрездене как чекист, офицер КГБ. Он жил в пятиэтажном панельном доме по адресу «Радебергер штрассе», дом 101, в небольшом комплексе для сотрудников министерства государственной безопасности ГДР и их семей. На табличке рядом со звонком в квартиру Путина ничья фамилия не значилась. Да и сегодня бывшие соседи российского президента неохотно говорят о Путине, если попытаться расспросить их о нем через динамик домофона.

Другая жительница дома по «Радебергер-штрассе 101» отвечает.

- Я ничего об этом не знаю, хотя все об этом говорят.

- Но вы достаточно долго живете здесь, чтобы знать об этом наверняка?

- Да.

- Но, может быть, он жил где-нибудь по соседству?

- «Этого я не знаю. Правда, понятия не имею».

- То есть вы ничего не знаете?

- Нет…

В то же время в соседнем здании одна из женщин подтвердила, что в доме номер 101 в свое время жил Путин. Но и она не захотела сообщить никаких подробностей. Для немцев Путин официально носил фамилию «Шмидт», которая распространена в Германии так же, как «Иванов» или «Петров» в России. Он вел себя так, что не привлекал к себе внимания, всегда оставался в тени. Хозяин пивной на главной улице в пешеходной зоне, куда любил захаживать Путин, так же до сих пор тактично отмалчивается, когда его расспрашивают о Путине. «Ам тор» /»У ворот»/ - так до сих пор называется пивная, в которой подают пиво сорта «Радебергер». Это пиво Путин любил, хотя в остальном он почти не потреблял алкоголь. Завсегдатаи пивной только задним числом узнали, кто раньше до 1990 года посиживал здесь с ними бок о бок. Вот что говорят посетители:

«Нет, этого я не знала. Я знала только, что он жил где-то здесь по соседству».

«Это в принципе пивная для тех, кто здесь, в округе живет. Сюда приходят выпить пивка и поиграть в карты. Я не думаю, что кто-то при этом вспоминает Путина».

Судя по всему, Путин очень удачно работал на КГБ в Дрездене. Может быть, он завербовал здесь немало агентов и неофициальных информаторов. Его деятельность здесь продолжалась вплоть до января 1990 года. К концу своей командировки в Дрездене он получил звание подполковника, хотя этот саксонский город тогда не принадлежал к числу крупных центров КГБ в Германской Демократической Республике. Бывший майор министерства госбезопасности ГДР Йоахим Бахман так оценивает деятельность Путина:

«Это воинское звание, учитывая его тогдашний возраст, достойно уважения, так как оно указывает на крутую карьеру, подкрепленную соответствующими успехами. При обычном прохождении службы, это звание так быстро получить невозможно».

Хорошо запомнился Путин и жителю Дрездена Зигфриду Бенарцу. Он живет на улице «Ангелика-штрассе» в фешенебельном районе «Вайсер хирш», наискосок от солидной виллы, в которой раньше располагалась местная штаб-квартира КГБ. Когда 5 декабря 1989 года демонстранты штурмом взяли дрезденское управление министерства государственной безопасности ГДР, нескольким десяткам из них пришло в голову заодно захватить и опорный пункт КГБ, располагавшийся на одной из соседних улиц. Но там они быстро поняли, в чем заключается разница между советским КГБ и гэдээровской «Штази». Зигфрид Бенарц вспоминает:

«Из здания вышел советский офицер и обратился к толпе с такими словами: Эта территория хорошо охраняется. У моих товарищей есть приказ стрелять, если посторонние проникнут на эту территорию. Я призываю вас не делать этого, потому что я твердо намерен выполнить приказ».

По словам Бенарца, этим офицером, выстроившим перед виллой нескольких солдат с автоматами, был Владимир Путин. Но гораздо большее впечатление на демонстрантов произвели не автоматчики, а сам Путин, рассказывает Бенарц:

«Во-первых, на меня произвело большое впечатление, то, что он совершенно свободно говорил по-немецки. А во-вторых, его умение добиваться цели. Ведь его словам, с которыми он обратился к группе демонстрантов, были однозначны, к тому же очень они прозвучали по-деловому и очень убедительно. Так что не приходилось сомневаться в том, что он выполнит свое обещание и добьется своего».

В 1990 году Путин покинул Дрезден. Точный маршрут его следования и то, как он выехал из бывшей ГДР, нам не известен. И в этом отношении подполковник КГБ показал себя профессионалом.

Напомню, что это был репортаж Бернхарда Хольфельда из Дрездена, который попытался найти жителей города, которые еще помнят о Владимире Путине, когда тот работал в ГДР по линии КГБ.