1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

СМИ и столкновение цивилизаций

26.06.2003

26 июня международный день поддержки жертв пыток. Но сначала - о форуме, состоявшемся на днях в Кёльне. Он был посвящен роли средств массовой информации в диалоге с исламом. На форуме побывал наш корреспондент Руперт Видервальд:

Когда американский историк Самуэль Хантингтон в 1993-ем году предсказал «столкновение цивилизаций» или «войну культур», либеральная общественность на Западе отказалась принимать тезис о неизбежном конфликте между исламом и западной цивилизацией всерьёз. Однако после терактов 11 сентября средства массовой информации всё чаще цитируют Хантингтона. Можно ли считать, что реальность подтверждает его мрачные пророчества? И разве не средства массовой информации призваны играть ключевую роль в налаживании диалога между культурами? Вот эти вопросы и обсуждались на форуме в Кёльне. Но диалог - это всегда вопрос, кто говорит, с кем говорит, и по какому каналу? Особенно, когда речь идёт о диалоге между двумя культурами. Каролин Фарей работает в онлайн-службе международной информационной телерадиокомпании СИ-ЭН-ЭН:

«Я считаю, что СМИ играют здесь важнейшую роль. Они могут служить платформой для диалога, они могут стать и ключевыми партнёрами этого диалога. Вопрос только, какие мотивы стоят за этой ролью? Потребность людей в информации или желание определённых правительств навязать своим гражданам определённую информацию? А может быть, сами СМИ ставят перед собой такую задачу? Вот ответ на эти вопросы и определяет роль средств массовой информации в диалоге между культурами...»

Но и сами средства массовой информации по-разному определяют свои задачи. Яркий тому пример - относительно новые арабские телекомпании «Абу-Дави-ТВ», «Арабиа» или «Аль-Джазира». Берлинский корреспондент «Аль Джазиры» Ахтам Сулинам считает, что основная задача этих новых компаний - отстаивать арабскую точку зрения и таким образом уменьшать зависимость от западных источников информации и западной массовой культуры:

«Всё, что мы делаем, сравнимо с СИ-ЭН-ЭН или с мировой службой БИ-БИ-СИ. Мы даже копируем их методы работы, их сетку вещания. Но понимаете, наши программы делают арабы для арабов. И если это арабская программа, то и звучит она по-арабски. Запад преследует совсем иные цели, он навязывает нам западную точку зрения, так что уже и сам начинаешь чувствовать себя белой вороной в арабском мире.»

Со времён последней войны в Афганистане «Аль Джазира» занимает важное место на международном рынке средств массовой информации. За телекомпанией прочно закрепилась репутация «арабского СИ-ЭН-ЭН». Однако в адрес телекомпании раздаётся и немало критики. Например, «Аль Джазира» предоставляет свой эфир Усаме Бен Ладену. Исполненные ненависти послания террориста номер 1 вряд ли можно расценивать как вклад в развитие диалога между культурами. Однако Ахтам Сулинам такие упрёки отвергает. Он считает, что широкая публика имеет право и на такую информацию, а значит, «Аль Джазира» только выполняет свой журналистский долг. Совсем иначе понимают свой журналистский долг такие телерадиокомпании как «Немецкая волна» или международная служба «БИ-БИ-СИ». Укрепление взаимопонимания между народами и культурами записаны в уставах этих иновещательных компаний. Например, генеральный директор «Немецкой волны» Эрик Бетерманн призывает осторожней относится к понятиям. Можно ли вообще говорить о едином «арабском мире» или «западном мире»? единой «арабской точке зрения» или «западной точке зрения»?

«В диалоге особенно важно представлять нашим слушателям и зрителям этот плюрализм мнений. Нет, мы не воспринимаем это как миссию, мы не пытаемся навязать кому-то свою систему взглядов. Мы просто пытаемся создать предпосылку для диалога. А это - информация и ещё раз информация.»

По мнению Эрика Беттерманна, глобализация несёт в себе опасность того, что определённые этнические или религиозные группы самоизолируются, прерывают контакты с остальным миром. Противостоять таким тенденциям основная задача таких иновещательных телерадиокомпаний, как «Немецкая волна»:

«...они просто по структуре своей призваны распознавать такие проблемы, потому что, например, «Немецкая волна» - уже сама по себе организация, где вместе работают представители самых различных культур и народов.»

Точно, «Немецкая волна» - донельзя многонациональная и «мультикультурная» организация. И ничего, как-то уживаются и христиане, и мусульмане, и иудеи, и буддисты, и вовсе неверующие. Даже сербы с албанцами между собой не дерутся, во всяком случае, на работе. Вот и музыку мы порой передаём такую, что попробуйте сами разобраться, какого влияния тут больше - арабского, африканского или западного, кто кому какую систему взглядов навязывает. Но, шутки в сторону. Следующая тема у нас слишком серьёзная.

Сколько пыток может вынести человек?

26 июня - международный день поддержки жертв пыток. Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания вступила в силу 26 июня 1987 года. Но до сих пор, по данным ООН, в 120 странах мира пытки остаются на повестке дня. Жертвы пыток нуждаются в квалифицированной помощи. Например, в Берлине, в центре реабилитации жертв пыток ежегодно проходят лечение до 400 человек. В основном это беженцы из африканских стран, из Чечни, из Ирана, Турции и стран бывшей Югославии. Ванесса Фишер побывала в этом центре:

Оксана Жаринова-Андерсон готовится к сеансу музыкальной терапии. Через несколько минут придут первые пациенты. Журналистам общаться с ними категорически запрещено - это непреложное правило в берлинском центре помощи жертвам пыток. Оксана начала работать здесь три года назад. Тогда она плохо представляла себе, как музыка может помочь людям, перенесшим тяжелые физические и душевные травмы. Но потом убедилась, что именно музыка - прекрасная терапия. В кабинете Оксаны множество различных музыкальных инструментов: пианино, ксилофон, африканские бонго, целая ударная установка. Многие пациенты и сами с удовольствием на них играют:

«Это прекрасная возможность установить непосредственный контакт. Конечно, можно воспользоваться помощью переводчика, многие коллеги так и делают. Но дело тут не столько в языковом барьере, сколько в том, чтобы найти подход к людям, расположить их к разговору. И музыка тут очень помогает...»

Установить контакт с людьми, ставшими жертвами пыток, чрезвычайно сложно. Именно поэтому ничто в центре не напоминает больницу. Врачи и психотерапевты - а их здесь 26 человек - не носят белых халатов. Обычная одежда действует на пациентов успокаивающе. В коридорах много зелени, фотографии - экзотические ландшафты, портреты людей из разных стран мира. Кстати, и в самом центре работают люди разных национальностей. Социальный педагог Штефан Маасмайер и педиатр Салах Ахмед вместе решают, как помочь Даниэлю. Мальчику 14 лет, он беженец из Косово. Штефан Маасмайер вместе с матерью мальчика на днях был в социальном ведомстве. Оно согласилось оплатить курс психотерапии:

«Разговор был очень трудный, потому что мать несколько раз начинала истерически рыдать, приходилось её успокаивать, выходить с мальчиком, потому что многое она не решалась при нём говорить. Например, он в свои 14 лет страдает недержанием мочи во сне, и очень этого стыдится, особенно перед сёстрами. Он ведь считается мужчиной в доме. А скрыть это невозможно - они живут в лагере для беженцев, в жуткой тесноте.»

Нет никаких сомнений, что и сам Даниэль и его мать срочно нуждаются в помощи психотерапевта. Салах Ахмет после первой же беседы с мальчиком убедился, что в данном случае очень высока опасность самоубийства. Отец мальчика погиб в Косово. Мать с детьми неделями пряталась в горах от вооруженных бандитских формирований. Пять лет назад они нелегально, в кузове грузовика пробрались в Германию. И вот теперь новая беда: им грозит депортация. Официально считается, что положение в Косово нормализовалось, Даниэль, его сёстры и его мать лишились статуса беженцев из зоны военных действий. Вообще, затяжные переговоры с ведомствами по делам иностранцев, по делам молодёжи, с социальным ведомством отнимают уйму времени и сил у сотрудников центра помощи жертвам пыток. Сами их подопечные зачастую пасуют перед неумолимой немецкой бюрократией. Особенно сложное положение у детей и подростков, попавших в Германию без сопровождения взрослых. Например, у подростков из некоторых африканских стран, которые уже успели побывать солдатами:

«Когда они попадают сюда, проблемы только начинаются. Скажем, 16-летние подростки по закону для иностранцев рассматриваются как самостоятельные личности. Следовательно, они должны самостоятельно проходить всю процедуру, предусмотренную для лиц, добивающихся политического убежища. А они зачастую даже на своём родном языке ни читать, ни писать не умеют. Если для них не удаётся быстро найти опекуна или, хотя бы, хорошего адвоката, то они совершенно беспомощны. Они прозябают в лагерях для беженцев, не получают ни образования, ни помощи педагогов или психотерапевтом. Я считаю, что это просто вопиющий скандал.»

Оксана Жаринова-Андерсон начала занятия со своими пациентами. А у её коллеги терапевта Фердинанда Хенеля как раз перерыв. На стенах его кабинета множество рисунков пациентов. Особенно пугает один из рисунков: на нём изображены отдельные части тела без какой-либо связи между ними. И это - типичный феномен для жертв пыток: они не воспринимают своё тело как единое целое, объясняет Фердинанд Хенель. Поэтому прежде чем приступать к психотерапии надо снять реальные или фантомные боли. Трудно поверить, но и сегодня во многих странах применяется древняя китайская пытка, когда жертву регулярно бьют по подошвам ног, а раны посыпают солью. Фердинанд Хенель сталкивался со многими такими случаями:

«Я уже 10 лет работаю здесь, в берлинском центре помощи жертвам пыток. И всё равно, когда я сталкиваюсь с такими судьбами, когда люди начинают рассказывать подробности, трудно удержать себя в руках. Иначе свалишься вместе с пациентом в черную пропасть, в депрессию, и уже ни пациенту, ни самому себе помочь не сможешь.»