1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Беларусь

Смена театральных поколений по-белорусски

С ведущими артистами Белорусского государственного музыкального театра дирекция решила не продлевать контракт о дальнейшей работе. Среди них — заслуженные артисты Беларуси. С чем связано массовое изгнание мастеров сцены?

default

«Смена театральных поколений» по-белорусски — это массовое изгнание тех, кого принято называть мастерами сцены. На административном языке процедура названа «переводом на разовые контракты», и директор театра Алексей Исаев убеждает, что статус «актера по вызову» лучше, чем положение безработного или всеми забытого пенсионера.

Вот только люди творческие не перестают быть творцами в срок, обозначенный пенсионным законодательством, а талант не измеряется реестром служебных должностей. Экс-балетмейстер Музыкального Нина Дьяченко убеждена:

«Это какой-то абсурд! Какая-то нелепость… С тем же Ронсансом Арнольдом… Сегодня по воле директора театра Исаева зритель лишен возможности контактировать со своими любимыми артистами. И я, например, знаю, что Герман Козлов начал строить дом оттого, что ему надо куда-то направить свою творческую энергию. Но когда я подумаю, что он не выйдет на сцену, что зритель не увидит этого элегантного, обаятельного, полного искрометности артиста, — у меня спазм и ком в горле».

Известная актриса Зинаида Вержбицкая замечает:

«Все нам очень сочувствуют — начиная от филармонии и кончая учебными заведениями, «серьезными» нашими театрами. Смеются… Посмеиваются иногда министерские работники. Но воз и ныне там.»

«Воз» — нынешний директор и режиссер-постановщик Музыкального Алексей Исаев. Один из учредителей общественного объединения «Белая Русь», уже прозванного пропрезидентской партией. Одно из безусловно ответственных лиц в идеологической вертикали: в Беларуси искусство не просто «должно служить народу», но обязано знать, как служить.

Об актерских, человеческих и руководящих качествах директора я услышала и прочитала столько нелестного, что решила дать слово только факту. Вот факт — и о директоре Исаеве судите сами:

«В день закрытия сезона трупе не разрешили поднять бокал шампанского за кулисами, — рассказывают актеры. — Хоть эта традиция в театре была и есть, и будет всегда. И мы все вышли на площадку у театра, на скамеечки под плакучими ивами. Сели, поговорили, распрощались перед отпуском. Даже не шел особо разговор о том, как у нас плохо — хотя тема о положении дел в театре всегда проскальзывает, это наша боль, наше прошлое, будущее и настоящее. А директор на актеров у театра два раза вызывал наряд милиции! И, погасив свет, наблюдал из окна своего кабинета…»

Личностное и творческое в Музыкальном, по словам Зинаиды Вержбицкой, сплелось в удручающие символы.

«Публика к нам приходила разная. А сейчас к нам умная, думающая публика, в принципе, не ходит… За редким исключением, — говорит актриса. — У нас идет ор. И это — как диагноз какой-то. Орет сцена и за сценой — у нас все глухие выходят после спектакля. В музыкальном совершенно забыли, что такое живой звук — одни микрофоны. И огромный этот алый занавес, весь расшитый золотом. И алые кресла!.. Это какой-то купеческий клуб. Я считаю, что это — катастрофа. «СБ» написала: ну, посмотрим… А что смотреть-то? Уже смотреть нечего. Уже все кончилось!»

Заслуженная артистка России Нина Дьяченко подчеркивает: в ситуации трагично не просто личное …

«Вот я, к сожалению, востребована в России…»

— Почему « к сожалению»? Может быть, к счастью?

«Нет. Потому что это нарушает привычный мне уклад жизни: у меня семья здесь, а мне приходится надолго уезжать, чтобы поставить спектакли. И потому еще к сожалению, что здесь остались те, в кого я вложила душу, сердце, пот и кровь. После того, как я ушла, ушли из театра еще 20 человек — и у меня душа болит за них. Это яркие танцовщики, которых не только белорусский, но и немецкий зритель, и швейцарский хорошо помнит. Это Виталий Красноглазов, дипломант международных конкурсов; Григорий Круковский, дипломант международных конкурсов; Людмила Киселева, Рина Ивакири, Майя Янсон, Ольга Лядская, Максим Килеев… Это такие яркие танцовщики, которые могут украсить любую трупу. Но сегодня они не у дел».

Впрочем, изгнанные из театра актеры еще уверены:

«Мы же не в оппозиции к государству. Мы — государственный театр. И мы хотим, чтобы государство на театр обратило внимание».

Государственный ответ прозвучал, пожалуй, в недавней публикации газеты «Советская Белоруссия». Центральное место газетной полосы отдано аргументам государственного человека, директора Исаева. Он заботится о здоровье ветеранов и предлагает актерам не напрягаться. Он за новые голоса и новые подходы. Он, в конце концов, за государственный лозунг «Экономика должна быть экономной» — а разовые контракты стареющих звезд экономят театру много денег.

Для чего?

Из Национальной телерадиокомпании с помощью подобной схемы изгнали «старых» и неугодных журналистов — разве телевидение стало лучше?

Из Дома литератора выбросили национальную литературу — неужели потерю восполнит талант сенатора и детективщика Чергинца?

Собрание сочинений Василя Быкова составляет общественная редколлегия…

Оппозиционный политик Андрей Климов, заключенный нынче в тюрьму за несдержанную публицистику, свое главное обвинение действующей власти сформулировал так: они превратили Минск из города интеллигентов в столицу провинциального хамства.

В одном можно поспорить с Климовым: пытаются превратить.

Кажется, мои новые знакомые из Музыкального театра тоже чувствуют это.

«Я думаю, что театр будет жить. И я думаю, что время теперешних «значимых» людей не может быть долгим», — говорит уволенная актриса.