1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Уик-энд

"Скажи мне, где цветы… И откуда они?" Репортаж с цветочного аукциона

03.05.2003

"Скажи мне, куда попрятались все цветы…" - конечно, в своей знаменитой антивоенной песне Марлен Дитрих пела не о тех цветах, которые утром появляются в цветочных магазинах. Скажи мне, где цветы, куда они делись? Почему ветер одиноко гуляет по полям? Где юноши и девушки, которые срывали эти цветы? Какая коса покосила их, какой ветер унёс?

Но сегодня речь пойдёт - ну, какой ещё может быть тема первой майской передачи? - о самых настоящих цветах, которые, кстати, страстно любила и Марлен, отдавая предпочтение не тем, что кидались ей под ноги, а те, что она сама выращивала в своём саду. В старости, в своей парижской квартире, где звезда, провела в полной и добровольной изоляции последние двадцать лет своей жизни, появлялись цветы. Так, на день рожденья своей матери, 20 апреля, она заказывала огромный букет белой персидской сирени, а к первому мая - дню, когда в Париже принято дарить друг другу маленькие букетики приносящих счастье ландышей, в её квартире появлялась корзинка этих весенних цветов…

"Пусть цветы говорят!" - этот лозунг немецкие флористы взяли на вооружение

ещё в начале двадцатого века. Их стратегия сработала: цветы "заговорили" и стали привычными собеседниками почти в каждом доме. Трудно найти более цветолюбивую страну, чем Германия - не считая, конечно, соседей-Голландцев, ставящих все мировые рекорды по цветолюбию.
Почти в каждом немецком доме есть не только цветы в Горшках, но и обычая, каждую субботу обновлять букет в цветочной вазе.
Но что это за цветы? Откуда они появляются?
Я решила проследить, куда ведёт путь от цветочных прилавков. В результате получился небольшой цикл передач, который приведёт нас на цветочный аукцион, в сад к человеку, который занимается разведением редкостных, исторических - но отнюдь не всегда экзотических цветов, и в один кёльнский цветочный магазин, хозяйка которого умеет видеть красоту там, где другие её порою не видят - в лесу, в поле, даже на разделительной полосе автобана, причём в любое время года. Сегодня передача первая - аукцион!

"Белые розы из Афин","тюльпаны из Амстердама" - эти популярные немецкие шлягеры на самом деле отражают реальную ситуацию на цветочной рынке. Более 90 процентов цветов поступают на немецкие прилавки из других стран - в зависимости от времени года из более или менее дальнего зарубежья. На цветочном рынке царит полный интернационал - примерно по пять процентов в немецком рынке имеют южноафриканские и французские и аргентинские разводчики роз, высоко котируется разнообразная продукция латиноамериканских и тайландских цветоводов: всевозможные лилии, калы, орхидеи.

Но всё же в западной Германии приоритетным спросом пользуются цветы голландских цветоводов - не в последнюю очередь, из-за своей доступной цены, ведь вести эти цветы далеко не приходится. С 1962-ого утра каждое утро - за исключением воскресных и выходных дней, - голландском городе Альмеер проходит одноимённый знаменитый на весь мир цветочный аукцион…

Торговать цветами - занятие не для тех, кто любит поспать. В 5.30 утра надо уже сидеть на жёсткой лавке походящего на амфитеатр аукционного зала. Учитывая, что от Кёльна до Альсмера почти 150 километров, что даже по пустому ночному автобану не менее полутора часов быстрой езды - сами понимаете, во сколько надо встать.

Яркий электрический свет режет красные от недосыпа глаза. В воздухе висит тяжёлый аромат тысяч разных цветов. На соседней лавке я вижу знакомое лицо - это Марика Пичак, владелица одного из красивейших цветочных магазинов Кёльна. Я несколько удивлена: по моим сведениям непосредственно владельцы цветочных магазинов, то есть, конечное звено в цепочке цветочного сбыта, как правило, сами на рынок не ездят, а пользуются услугами агентов или посредников, закупающих "на всех" и распродающих цветы на кёльнском центральном цветочном рынке.

Гопожа Пичак надменно пожимает плечами: ну, те, кому наплевать на репутацию своего магазина, для кого все красные розы на одно лицо, те, может быть, так и поступают. Но не она. Два раза в неделю можно проснуться и проехать пару километров ради любимого дела.
Теперь я понимаю, почему магазин госпожи Пичак больше радует глаз, чем некоторые другие.

В зале царит напряжённая тишина. Никто не кричит, как на бирже, никто не бегает и не рассматривает руками. Товар ввозится в зал на небольших тележках и неприятно позвякивающих металлических тележках, походящих на этажерки. Три уровня тележки плотно заставлены пластиковыми вазами, наполненными цветами. Тележка выкатывается в центр зала. При желании можно подойти поближе и осмотреть товар, но никто этого не делает - намётанный глаз и так может оценить цветы, кроме того, владельцы аукциона, объединение голландских цветоводов, гарантируют качество своей продукции.
Вообще всё выглядит весьма механистически и малоромантично.

На табло в центре зала высвечивается стартовая цена, общий объём партии и возможный минимальный объём покупки. Как правило, это около ста цветов. Перед каждым из сидящих в зале укреплён небольшой компьютер. Нажатие кнопки - и предложение поступает на центральный компьютер. Торги идут очень быстро: на каждую из "позиций" уходит не больше минуты.
Лица людей напряжены. Одно ошибочное нажатие кнопки - и вы, того совершенно не желая, станете владельцем тысячи жёлтых роз, которые вам совершенно не нужны.

- Жаль, конечно, но мы не принимаем назад покупок. Надо внимательнее следить. Так что лучше не поскупиться по на лишнюю чашку кофе с утра…

Говорит сотрудник аукциона Хосе Хьюдж. Его рабочий "день" начинается в полночь. Примерно с часу-двух часов утра в Аальсмер начинают свозить цветы из окрестных цветоводческих хозяйств.

- Эти цветы срезаны вчера, под вечер, и до сегодняшнего утра - практические ещё до зари - они будут распроданы. Те, что не будут проданы, подлежат уничтожению. У цветов бывает только одна свежесть - первая, она же последняя… Так что, у цветов только один шанс продаться - или они проданы, или на них ставится крест…

Где-то мы это уже слышали нечто в подобном духе, не правда ли? Правда, тогда, кажется, речь шла о рыбе. А почему бы всё-таки не раздать эти цветы - скажем, окрестным домам престарелых, или просто малоимущим, да хоть церквям, ведь в Голландии и Германии существует такой красивый обычай украшать живыми цветами храмы?

- Нет, уничтожаются ведь не какие-то десять букетов, а большие объёмы продукции. Кроме того, есть опасность, что водитель, который, скажем, повезёт цветы в дом престарелых, а завернёт в ближайший цветочный магазин. Поэтому мы говорим: очень жаль, но все непроданные цветы будут уничтожены.

Нераспроданные цветы свозятся в специальную комнату, после чего грубые руки рабочих аукциона сбрасывают розы, тюльпаны и нарциссы в один контейнер и всё это пахучее великолепие пропускается сквозь зубы "цветорубки". То и говорить, как и в любом бизнесе, в продаже цветов мало романтики.

Настало время продажи гортензий. От зеленовато-белых и прозрачно-голубых до интенсивно пинковых и тёмно-лиловых - цветоводы добились максимального колористического разнообразия. Не говоря уже о размере: каждое соцветие - с приличный кочан капусты. Цветы продаются вёдрами по пять штук. По полтора евро за штуку. Моя соседка, госпожа Пичак, покупает шесть вёдер розовых гортензий. "Мне надо украсить целый зал к одному юбилейному торжеству, - поясняет она. - Гортензии для этого идеально подходят: пышные, нарядные и выносливые".

Затем продаются фрезии. Белые, жёлтые, голубые, розовые. Затем - тюльпаны. Упакованные в рулоны по сто штук. Особо ценные - с длинными стеблями, горделивыми пёстрыми головками, резными лепестками - продаются по десять штук. Цена вырастает порою с 50-70 центов до полутора евро за штуку. Затем настаёт очередь сирени - которую я даже не опознаю, потому что продаются увязанные в пучки голые стебли с соцветиями, без листьев, без этой роскошной пахучей массы, которую принято называть "буйством сирени".
Думаю, не о таком букете мечтала по весне Марлен Дитрих. Пучок сирени стоит один евро, недорого - вообще стоимость цветов, поясняет мне Марика Пичак, во многом определяется тем, сколько они стоят. Цветы, которые выдерживают в вазе не более двух-трёх дней, продаются в сущности за бесценок. Это уже привело к исчезновению с рынка целого ряда любимых, но нежных цветов - например, многих разновидностей весенних фиалок и анемонов. Затем следуют гвоздики. Их цвета кажутся неестественно яркими.

Наконец настаёт черёд роз. Их очень много - больше, чем любых других цветов. Белые, жёлтые, розовые и - красные, красные, красные. Не миллион, но примерно 80 тысяч алых роз распродается здесь ежедневно.
Последней на продажу выплывает целая телега ярко-синих роз. Без химии сегодня никуда, пожимает плечами Хосе Хогс:

- Цветы начали красить уже много лет назад. Ещё в прошлом веке цветы подкрашивали - скажем, если невеста хотела свадебный букет точно в тон подвенечного платья. В дело шла в основном акварель. Так что ничего нового в этом нет.

Сегодня существуют и более прогрессивные методы покраски цветов, их постепенно подкрашивают по ходу роста, что даёт равномерный тон зелёных левкоев, истерически-оранжевых гербер и синих роз. Оказывается, этот цветок - на мой взгляд довольно отталкивающего вида и цвета медного купороса - пользуется несказанной популярностью в Италии и особенно - в Японии, куда несколько тысяч синих роз стартуют через пару часов в багажном отделении самолёта.

В зале прохладно, чтобы не сказать - холодно: в такой температуре комфортнее чувствуют себя цветы, чего нельзя сказать о их плохо выспавшихся покупателях. Я выхожу на улицу, где уже толкутся, принимая товар, "отстрелявшиеся" покупатели. Чья-то партия отправляется в дальний путь на грузовике. Покупки Марики Пичак умещаются в легковой комби-автомобиль. Только через неделю она снова приедет в Аальсмеер. Текущие покупки, признается флористка, она тоже делает на кёльнском цветочном рынке.

На следующий день я навещаю госпожу Пичак в её магазине. Первое, что бросается в глаза - это вчерашние ярко-розовые гортензии: видимо, не все пошли на убранство юбилейного зала. Вместо полутора евро они теперь стоят шесть с половиной. Что поделать - флористы тоже должны зарабатывать на жизнь. В вазе розовые купы гортензий соседствуют с лиловыми шарами декоративного чеснока. Вместе это композиция напоминает небольшой десант причудливых Неопознанных Летающий Объектов, спустившихся на какую-то волшебную холмистую планету. Элегантная госпожа Пичак поясняет:

- В настоящий момент клиенты предпочитают не большие пышные букеты, а геометрические формы и строгость линий. Такие два цветка высотой почти метр, один - чуть повыше, другой - чуть пониже, - идеальное наполнение для высоких напольных ваз.

Идеальное наполнение для ваз? В этом ли основная функция цветов? Видимо, и в этом тоже. Но наверное - не только. Об остальном - на следующих этапах нашего путешествия по маршруту "Скажи мне, где цветы?"