1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Россия

Сергей Шаргунов: "Вертикаль власти превращается в карикатуру"

Российские власти всерьез опасаются самостоятельных людей, выталкивая их из легального политического процесса. В списках прокремлевских партий одни лишь рабы-роботы, заявил в интервью DW-WORLD.DE Сергей Шаргунов.

default

Сергей Шаргунов

По мнению лидера молодежного движения "Ура!" Сергея Шаргунова, нынешняя российская власть ведет страну к культу личности. В результате она сама себя изолирует и обрекает на то, чтобы потерпеть фиаско.

DW-WORLD.DE: Сергей, как вы вообще оказались в первой тройке "Справедливой России"?

Сергей Шаргунов: Это решение - удар по зубам политическим коррупционерам. Потому что было продемонстрировано, что политическая коррупция не тотальна, и просто энергичный человек без деньжищ и связей тоже может прорваться наверх. Потом было создано яркое и эффективное молодежное движение "Ура", которое действует по всей России. Но главным мотивом было то, что молодой человек будет не только выступать на политических дебатах, но и успешно на них выступать. Прежде всего, партия ожидала от меня красноречия во время политической дискуссии.

- Но почему тогда вас попросили покинуть список?

- Насколько я знаю, моя кандидатура не была согласована с администрацией президента. В ночь перед съездом Миронов сообщил Путину, что есть писатель, ему 27 лет, он сын священника. На что Путин ответил: давай-давай, все нормально. Дальше состоялся съезд, был внутренний президиум, и Миронов сослался на президента, который одобрил мою персону. Но в администрации президента это вызвало ярость, поскольку с ней моя кандидатура не была согласована.

Администрация президента хочет тотально контролировать политический процесс и не пускать никого из самостоятельных людей в политику. И начались политические доносы как прямые, так и газетные. Люди из администрации стали скупать газетные площади в "Комсомольской правде", "Известиях", "Московском комсомольце" и начали размещать против меня тупую заказуху.

В первую очередь мне инкриминировалось то, что в 2004 году я неуважительно отзывался о Владимире Путине, а также было заявлено, что я якобы экс-нацбол и сторонник Ходорковского. К тому же я сказал в свое время страшные недопустимые слова: чтобы быть патриотом России, необязательно быть патриотом Путина.

- И что произошло дальше?

- Сначала Миронов заявил, что берет на себя ответственность за своего "юного товарища". Но давление нарастало. Миронов меня вызвал и потребовал, чтобы я самостоятельно покинул список. Вообще, это обычный прецедент в российской политике, и, к сожалению, очень многие легко капитулируют. Были уговоры, были предложения, и было прямое давление.

- Деньги предлагали?

- Мне предлагали сумму с шестью нулями. Вы знаете, сколько сейчас стоит депутатское место? Проходное место в списке стоит от 7 миллионов долларов.

- Какова была ваша реакция?

- Я сказал, что мне не в чем каяться, и что слишком высока моральная ставка. Слишком много людей мне поверило. И в данном случае это было бы предательством своего поколения и тех людей, которые надеются, что можно еще что-то изменить в стране. И я отказался.

Это давление продолжалось две недели. Потом был проведен президиум партии, на который меня не пригласили, и там, как рассказывали мне люди, Миронов сказал: на нас давят, от Шаргунова нужно избавиться. И все, конечно, послушно подняли ручки. О своем исключении я узнал из СМИ, причем формулировка была беспомощной и смехотворной: "не справился с партийным поручением".

- И как вы себя ощущаете сейчас?

- На самом деле я рад. Конечно, не видать мне депутатского кресла, но может, это и к лучшему. Главное - оставаться честным человеком: говорить то, что думаю, и писать то, что хочу.

Верховная власть поступает очень глупо и всерьез опасается самостоятельных людей. Посмотрите, кого из людей они готовы двигать во власть по спискам "Единой России". Это рабы-роботы, там нет самостоятельных людей. Самое страшное для них - это то, что человек может быть неуправляемый, то, что человек может говорить не то, что прикажут. Они, конечно, совершают фатальную ошибку. Потому что я никогда не был экстремистом.

Я всегда был настроен на разумный разговор с властью, на критику власти и на легальный политический процесс. Но они выпихивают из легального политического процесса всех, кто повыше ростом, чем это требуется, всех, кто не политический пигмей. Всех этих людей они готовы безжалостно перечеркивать.

Но их жалко, по-человечески жалко. Они продемонстрировали, что никакая это не партия, что они никакие не политики, а банальные аппаратчики, которые при нажатии кнопки сверху выполняют любое поручение, в том числе готовы стреляться, совершать политический суицид.

- Вы говорите, что действующая власть идет к политическому банкротству. Что вы имеете в виду?

- Вы знаете, они сделали много неплохого. Они стабилизировали ситуацию в обществе. Но, к сожалению, в последнее время эта стабильность начинает рифмоваться со стагнацией. А стагнация приводит к упадку. Поэтому они уже сейчас психологические и моральные банкроты. Потому что они превращают выстроенную вертикаль власти в карикатуру. Они ведут страну к дурацкому культу личности. Это приводит к интеллектуальной, культурной оппозиции. Они сами себя изолируют и просто становятся смешными. А когда они становятся смешными, они неизбежно обречены на то, чтобы потерпеть фиаско. Та система, которая базируется на коррумпированном чиновничестве, тотальной неправде, неизбежно обречена. Потому что все самостоятельно мыслящие люди будут их просто презирать.

- А что сейчас происходит в молодежной политике и молодежных движениях?

- Молодежные движения - это никому ненужная фикция. Есть, конечно, порыв низовой - желание участвовать в политике, реализовываться. Но как это возможно, через какие политические силы? У нас одна партия в стране - "Единая Россия". А манифест молодежи "Единой России" неплохо озвучила некто Майя Шулунова - представительница "Молодой гвардии". Она в достаточно грубой форме пояснила, что лучше прогибаться перед своим правительством, чем перед чужим. И вот это лизоблюдство - единственный пропуск туда. Поэтому личностей там быть не может.

Нужно отказаться от собственной индивидуальности - тогда возможно забраться в этот социальный лифт, который потянет тебя наверх. Но есть ли смысл участвовать в этом фарсе? Не уверен. Может, лучше действительно в деревне книжки писать, как говорил Грибоедов. Лучше быть просто общественным деятелем, которому верят люди.

Беседовал Сергей Морозов

Хроника

Интервью

Контекст

Пресса

Досье