1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

По Германии

"Сахарские пленники": как привыкнуть к свободе?

"Некоторым удается быстро переработать произошедшее и вернуться к нормальной жизни. Однако это удается лишь немногим. Многие пытаются скрыть свои проблемы от окружающих, чем, в конечном итоге, лишь усугубляют положение."

default

Позади - полгода плена...

Интервью с психологом Мартином Якубайтом

- Испытывают ли заложники уже после освобождения психическое давление?

- Да, этого не избежать. Лишь в очень немногих случаях люди в состоянии быстро и самостоятельно справиться с тем, что им пришлось пережить. К сожалению, наука не знает ответа, почему это происходит именно так. В большинстве случаев на протяжении достаточно продолжительного периода наблюдается ряд симптомов...

- Что это за симптомы и в чем они выражаются?

- Бессонница, постоянные воспоминания о пережитом. Это может быть и раздражительность, и неспособность к концентрации, и уход в себя. Всё это может продолжаться от четырех до восьми недель. Если по истечении этого срока симптомы не прекращаются, то становится необходимым оказание терапевтической помощи.

- Значит, бывшие заложники и после пережитой драмы продолжают проигрывать про себя ситуации из недавнего прошлого. Каким образом им можно помочь справится с пережитым?

- Здесь может помочь практика, которую мы используем для реабилитации сотрудников полиции, спасателей или пожарных, переживших во время службы какие-либо экстремальные ситуации. Это, прежде всего, обсуждение случившегося в группах с другими пострадавшими под наблюдением опытных психологов. Пациентам как бы стремятся донести: "То, что тебе пришлось пережить – ужасно, но это не сломало тебя, ты смог стабилизировать ситуацию даже когда тебе было труднее всего". Людям необходимо показать – несмотря на то, что они были фактически вынуждены оказаться в тяжелой ситуации, тем не менее им всё же удалось справится со своими нервами. Это один из возможных вариантов, мы называем его "брифинг". Следующая возможность – это терапевтическое лечение, в каждом конкретном случае – индивидуальное. Тут всё зависит от степени нарушений в психике, как то: всё время возникающие перед глазами картины, увиденные пострадавшими в экстремальной ситуации, отсутствие аппетита и неспособность к принятию пищи, снижение потенции или просто проблемы с окружающими людьми.

- Некоторые подвержены таким симптомам, другие – нет. От чего это может зависеть?

- Нам бы тоже хотелось это знать. Действительно, некоторым удается быстро переработать произошедшее и вернуться к нормальной жизни. Однако, повторюсь, это удается лишь немногим. При этом не стоит забывать, что многие пытаются скрыть свои проблемы от окружающих, чем, в конечном итоге, только усугубляют положение.

- Вернемся к ситуации с заложникам. Как вы думаете, насколько быстро им удастся справиться (и удастся ли вообще) с тем, что им пришлось пережить в песках Сахары?

- Я думаю, что заложников не бросят на произвол судьбы, и большинство из них сможет справиться с пережитым. Однако я уверен, что случившееся окажет очень серьезное воздействие на их жизненные приоритеты, на их мировоззрение. То что прежде казалось не столь важным вдруг станет во главу угла и наоборот... Мне запомнилось высказывание одной австрийской заложницы сразу после её освобождения о том, что изменилась вся система её ценностей. Нечто подобное предстоит пережить и возвращающимся на родину бывшим сахарским пленникам.

Контекст