1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Самый пыльный архив Германии

Пыль вездесуща и демократична. Она - мельчайшая частичка, объединяющая многообразие наших культур. В этом уверен основатель единственного в Германии Архива пыли Вольфганг Штёккер.

Вольфганг Штёккер берет пробу пыли старинной церкви Святого Гереона в Кельне

Вольфганг Штёккер берет пробу пыли старинной церкви Святого Гереона в Кельне

Пыль можно обнаружить всюду: она оседает в роскошных дворцах так же, как и в жалких лачугах, на оживленных базарах и на заброшенных фабриках. По мнению художника и искусствоведа Вольфганга Штёккера (Wolfgang Stöcker), пыль - это истинное произведение искусства, способное скрыть под собой все созданное человечеством. И поэтому сдувание ее с творений великих мастеров Штёккеру кажется в высшей степени парадоксальным.

Около 400 тысяч проб пыли умещаются в несколько папок

Около 400 тысяч проб пыли умещаются в несколько папок

Впрочем, пыль интересовала любознательного жителя Кёльна не всегда. Сначала он занялся изучением хитросплетений паутины, каталогизировать которую оказалось совсем не просто. Затем - сбором проб воды из различных водоемов. До тех пор, пока очередной "экспонат" не выскользнул из его рук, разбился и надолго наполнил зловонием дом Штёккеров, в котором сегодня располагается Немецкий архив пыли (Deutsches Staubarchiv).

Нет культуры - нет пыли

Полиэтиленовые мешочки с пробами пыли, собранные со всего мира и подшитые в папки, хранятся здесь компактно. Около 400 проб, снятых с памятников старины, мировых шедевров и исторических мест умещаются, таким образом, на нескольких полках кабинета-музея.

Как бы странно ни звучало для многих название архива, с научной точки зрения пыль - мельчайшая частица чего-либо, способная многое рассказать об исчезнувших и существующих культурах и объектах. Ударение при этом директор музея делает на культуру.

Там, где наблюдается развитие культуры, появляется и побочный продукт - пыль, служащий еще и индикатором ценности вещей. То есть все, что мы ценим высоко, мы оберегаем от запыления, прикладываем массу усилий, соглашаясь на огромные расходы, чтобы сохранить ценный для нас объект искусства как можно дольше. Один из ярких примеров тому - знаменитый Акрополь, подчеркивает архивариус. В его собрании с 2007 года хранится проба пыли, снятой с бессмертного памятника древности.

С шедевров мирового значения мы сдуваем пылинки...

С шедевров мирового значения мы сдуваем пылинки...

Чем ценнее для человечества сам объект, тем большую ценность приобретает и мельчайшая его частичка. Под номером 3 в архиве значится горстка грязи, собранной с Китайской стены. Номера 11 удостоился пакетик мелких частиц серебристого цвета. "Лувр", - гордо произносит Вольфганг Штёккер, любуясь экспонатом.

Все по полочкам

С 2004 года искусствовед из Кёльна регулярно отправляется на поиски мельчайших крупинок истории: именно принадлежность к историческим местам и событиям превращает пыль в важный элемент культуры. Например, проба пыли под номером 18 взята в усыпальнице в Веймаре, там, где покоятся останки великого Гёте.

Контекст

Вольфганг Штёккер систематизирует свои экспонаты по разделам. "Сакральная" пыль представлена известными храмами, такими как Кёльнский собор или Собор Святого Петра в Ватикане. В музеях, галереях, домах писателей и художников, как, например, в доме знаменитого Моне, собирается пыль "культурная". Статуя Свободы и пирамида Хеопса "поделились" частичками себя, так же как Национальная галерея в Лондоне и высочайшее сегодня в мире здание - небоскреб "Бурдж-Халифа". Некоторые из экспонатов, например, пыль с Китайской стены, трудно отнести только к одному разделу, "потому что в Китае все, так или иначе, связано с политикой", замечает Штёккер, поясняя, почему эта проба оказалась в разделе "политической пыли". Она оседает в парламентах, правительских резиденциях, местах переговоров и других событий прошлого и настоящего.

В архиве имеется раздел "кулинарной пыли", в который заносятся пробы пыли, оседающей на бутылках и бочках в старинных винных погребах и хранилищах. Есть и совсем новый раздел - "музыкальная пыль". Ее "добывают" из корпусов исторических инструментов, футляров и прочих принадлежностей знаменитых музыкантов, а также за кулисами известных театров.

Перед пылью все равны

Абсурдное, по мнению многих, увлечение Вольфганга Штёккера разделяют, однако, единомышленники во всем мире. Сегодня, по словам искусствоведа, ему помогают 15 скаутов (им может стать каждый желающий), которые регулярно помогают пополнять коллекцию. Так в кельнском архиве появилась пыль из римского Колизея, Запретного города в Пекине, проба с крупинками песчаной пыли из легендарного города Петры в Иордании.

Иногда скаутам приходится изрядно рисковать: при попытке собрать пыль за кулисами знаменитого оперного театра в Сиднее, следопыт был арестован по подозрению чуть ли ни в шпионаже. Директору архива в далеком Кёльне пришлось приложить немало усилий и привести серьезные аргументы, после чего "преступника" отпустили на свободу.

А вот с Тадж-Махалом вышел настоящий курьез: дважды скаут Архива пыли отправлялся в легендарный храм и дважды возвращался ни с чем. Он настолько был очарован великолепием архитектурного шедевра, что начисто забывал о цели своего путешествия.

Проба сакральной пыли из Киево-Печерской лавры в кёльнском архиве пыли с 2008 года

Проба "сакральной пыли" из Киево-Печерской лавры в кёльнском архиве пыли с 2008 года

Есть у архивариуса и список проб, для получения которых он усердно составляет официальные письма-прошения. Искусствовед не теряет надежду, что когда-нибудь на его просьбу откликнется Белый дом или ведомство канцлера ФРГ, в официальном отказе которого однажды значилось: "Ничем помочь не можем ввиду полного отсутствия пыли в здании". В Кремль он даже еще и не пытался обращаться, поскольку не знает русского языка, признается Вольфганг Штёккер и оптимистично строит планы на будущее.

С помощью пыли можно архивировать практически весь мир, причем компактно, уверен он. "Пыль - демократична. Ей все равно на что садиться - на бессмертное полотно Рембрандта или потрепанный рекламный щит. Перед пылью все равны", - подчеркивает Вольфганг Штёккер.

Ссылки в интернете