1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Читальный зал

Саддам Хуссейн: на вершине власти

29.01.2003

Почти четверть века Саддам Хуссейн единолично правит Ираком. Он – президент и глава исполнительной власти, генеральный секретарь правящей партии «Баас», Верховный главнокомандующий, и прочая, и прочая… Его славословят с экранов телевизоров и со страниц газет. Его портреты – на каждом углу: в маршальском мундире и строгом костюме государственного деятеля, в пальто и номенклатурной шапке–пирожке, на фоне плотин гидроэлектростанций и дымящих труб заводов, с винтовкой в руках и склонившегося над штабными картами… Жители страны, 99,99 процентов которых дружно проголосовали недавно на референдуме в поддержку своего «великого вождя», шёпотом рассказывают такой анекдот: население Ирака – 28 миллионов, 14 миллионов человек и 14 миллионов портретов Саддама Хуссейна. Впрочем, любителей рассказывать опасные анекдоты становится всё меньше.

За последние годы Саддам казнил семнадцать собственных министров, двух своих зятьёв, несколько десятков ветеранов партии, уничтожил сотни тысяч курдов и шиитов – граждан собственной страны.

К вершине власти Саддам Хуссейн вплотную подошёл в 1968 году, когда в результате очередного переворота партия «Баас» получила монопольный контроль над страной, а президентом Ирака стал бригадный генерал Ахмад Хасан аль–Бакр. Саддам был его правой рукой, и Бакр Саддаму безгранично доверял. Уже очень скоро президент, по существу, лишь озвучивал то, что предлагал его «серый кардинал». Правда, в тридцать с небольшим лет Саддаму, окружённому более испытанными в революционной борьбе, более популярными и более образованными конкурентами, приходилось действовать с величайшей осторожностью, терпеливо и расчётливо. Будущий диктатор пользовался любой возможностью, чтобы подчеркнуть: он – лишь маленький винтик в системе, скромный практик, выполняющий указания политических лидеров партии, старательный аппаратчик, лишённый личных амбиций. Да… Саддам многому научился у Сталина!

Если враг не сдаётся...

Все последние четверть века Саддам Хуссейн непрерывно борется с внутренними и внешними врагами, которых становится тем больше, чем крепче единство страны, сплотившейся вокруг вождя, и заметнее успехи её народа, движимого идеями арабского социализма (помните тезис Сталина об усилении классовой борьбы по мере продвижения к социализму?). Начал Саддам с евреев (с кого же ещё?). В 1969 году он открыл заговор «сионистских шпионов», которые якобы передавали в Израиль секретную информацию, а на полученные деньги почему–то финансировали курдских повстанцев, которые воевали на севере Ирака за автономию Курдистана. На площадях Багдада были построены виселицы и начались публичные казни. Огромные толпы танцевали на улицах, празднуя смертные приговоры руководителям еврейской общины. «Предателями» были названы и шииты на юге страны. Практически все руководители Ирака и тогда, и сейчас – мусульмане–сунниты (Саддам Хуссейн тоже суннит), однако они составляют в стране меньшинство – всего 20 процентов. Шиитов же – 60 процентов. Чтобы и дальше держать их в руках, их надо было запугать. Делалось это с размахом, неслыханном даже для привыкшего ко всему Ирака. В городе Басра недалеко от границы с Ираном, главном городе иракских шиитов, были казнены на центральной площади десятки людей. И сотни были брошены в тюрьмы, где их с восточной изощрённостью пытали. Кстати говоря, своего главного «пыточных дел мастера» Каззара Саддам Хуссейн впоследствии тоже ликвидировал, когда в нём отпала надобность.

С курдами расправлялись ещё более жестоко, чем с шиитами. Массовыми расстрелами дело не ограничилось. Чтобы изменить демографическую ситуацию на севере страны, множество курдских поселений было в буквальном смысле срыто, уничтожено, а их жителей переселили в арабские районы Ирака, причём не больше пяти курдских семей в каждую деревню. Только по официальным данным за первые десять лет пребывания партии «Баас» у власти были переселены таким образом двести тысяч курдов. Ещё столько же в последующие годы попали в специально созданные для них резервации и в концентрационные лагеря в пустыне на юго–западе Ирака. А в 1987–88 годах карательный корпус под командованием двоюродного брата Саддама Али Хасана аль–Маджида применил против гражданского населения – населения собственной страны! – химическое оружие. От горчичного газа, цианида и табуна (нервно–паралитического газа) в страшных муках погибло не менее пяти тысяч человек! Десятки тысяч получили тяжёлые повреждения. Однако ни газовые атаки, ни массовые депортации не помогли. Столкновения между повстанцами и регулярными частями иракской армии продолжаются и по сей день, и если бы не разногласия среди курдов (они делятся на два враждующих не только с Саддамом, но и друг с другом лагеря), они бы, наверное, давно бы одержали победу.

Кадры решают всё

Все эти годы Саддам Хуссейн не забывает и о чистках в собственных рядах. Можно сказать, что такие чистки проходят перманентно. Ещё тогда, когда Саддам был вторым человеком в государстве, он начал на все мало–мальски важные посты расставлять своих родственников и земляков из Тикрита. Министром обороны, например, стал его двоюродный брат, самый близкий друг детства Аднан Хейраллах. Но стоило позже Саддаму заподозрить Аднана в том, что тот пытается разделить с ним, Верховным главнокомандующим, славу победы над Ираном, как Аднан был предан публичному поношению и вскоре погиб при весьма тёмных обстоятельствах. Его вертолёт якобы попал в песчаную бурю. Между прочим, в подобных катастрофах погибли сразу несколько высокопоставленных иракских военных, хорошо показавших себя в войне с Ираном. В один прекрасный день исчезли, как будто их никогда и не было, генералы Фахри и Рашид, национальные герои, отбившие у иранцев захваченный ими полуостров Фао (это самый крупный успех Ирака в войне). Саддам фантастически честолюбив и болезненно завистлив. Никаких других героев он рядом с собой не терпит.

Кстати говоря, победа Саддама в войне с Ираном, закончившейся в июле 1988 года, – мнимая победа. Первоначальный план иракского блицкрига провалился, и военные действия затянулись на восемь лет. Воспользоваться своим военно-техническим превосходством иракская армия не смогла – главным образом, из–за плохой подготовленности офицеров (прежняя офицерская элита давно была уничтожена диктатором) и стратегических ошибок маршала (такое он себе присвоил звание). Официальная же иракская пропаганда превозносит полководческие таланты Саддама. Однако никаких серьёзных территориальных приобретений война ни одной из сторон не принесла. В ней погибло около миллиона человек, и она разорила обоих противников. Разрушены заводы, нефтяные терминалы, пущены ко дну новейшие танкеры… По запасам нефти, добыча которой рентабельна, Ирак занимает второе место в мире после Саудовской Аравии. Объединённые Арабские Эмираты – лишь третье. А вы сравните, как живут в эмиратах и как – в Ираке. И ведь до войны Ирак стремительно богател, благодаря нефти. Доходы от её экспорта с конца шестидесятых годов, когда партия «Баас» пришла к власти, до начала восьмидесятых выросли больше, чем в пятьдесят раз и составили в год вторжения Саддама в Иран 26 миллиардов долларов. «Труба» позволила реформировать экономику страны инвестировать огромные деньги в социальную сферу, в жилищное строительство. И, как всегда водилось в странах, вставших на путь социализма (пусть даже и арабского) – покупать оружие.

Броня крепка, и танки наши быстры

Главным поставщиком военной техники (причём самой современной) был сначала Советский Союз. В конце семидесятых годов Саддам получил из СССР, например, почти полтысячи танков Т–72, бомбардировщики Ту–22, транспортные самолёты, самоходные орудия, множество других видов вооружения… Но нефтедоллары, которыми щедро расплачивались эмиссары Саддама, позволяли Ираку закупать оружие и на Западе – в первую очередь, во Франции. Это истребители «Мираж», ракеты «земля–воздух», электронное оборудование. Но самое главное: Саддам заключил с Францией договор на поставку атомного реактора и обогащённого урана для него.

Ядерную энергетику Ирак не развивает (зачем ему? у него больше, чем достаточно нефти для производства электроэнергии). Значит, реактор был предназначен для военных целей. На это указывали и технологические переделки типовой конструкции, на которых настаивал Ирак, и приобретение высокообогащённого урана, из которого можно получать оружейный плутоний. Эксперты не сомневались: Саддам Хуссейн собирается создавать свою собственную атомную бомбу. Волна международных протестов и диверсия на французском заводе, который изготовлял реактор (ни один человек не пострадал, только самые важные комплектующие части реактора), затянули выполнение заказа. Диверсия была явно организована агентами «Моссада» – израильской разведки. Но, в конце концов, французский реактор всё же был смонтирован в Ираке. Правда, работал он недолго. В сентябре 1980 года его пытались разбомбить иранские бомбардировщики (война с Ираном уже шла), но неудачно. В июне 1981–го налёт совершили уже израильские эскадрильи – и реактор был полностью разрушен.

В общем, свою атомную бомбу Саддам не сумел создать. Однако по меньшей мере часть обогащённого урана, с которым ничего не произошло во время бомбардировки, где–то спрятан, а ккакое–то оборудование удалось восстановить. Оно приобретается нелегальным путём в обход эмбарго. Ну а химическое и биологическое оружие у него есть. Химическое он применял как против курдов, так и против Ирана. Что касается биологического оружия, то о его разработках рассказал зять Саддама Хусейн Камель аль–Маджид, курировавший ВПК и сбежавший в 1995 году в Иорданию вместе со своим братом, также женатым на одной из дочерей иракского диктатора. Жёны бежали с ними. Этот скандал наделал много шума и породил самые невероятные слухи как в Ираке, так и за его пределами. Генерал Камель рассказал западным разведкам всё, что знал, публично заклеймил позором Саддама Хуссейна и призвал к его свержению. Однако он лично был замешан во многих кровавых преступлениях, и иракские эмигранты отказались с ним сотрудничать. По той же причине ни одна из западных стран не согласилась предоставить Камелю и его брату политическое убежище. В конце концов, заручившись обещанием Саддама пощадить их, братья вернулись обратно в Ирак. Их тут же развели с жёнами – дочерями Саддама, а потом убили.

Весёлая семейка

Для Саддама Хуссейна этот побег был очень болезненным ударом. Ведь он привык доверять только родственникам и землякам. Выяснилось, что даже на них нельзя положиться. Долгое время его наследником считался старший сын Удай, но Удай неуравновешен и вспыльчив, постоянно попадал в какие–то скандалы (то подрался с офицером в багдадской дискотеке, то пытался соблазнить малолетнюю дочь высокопоставленного чиновника). В 1989 году он забил до смерти одного из самых доверенных телохранителей Саддама, который пробовал пищу перед тем, как её подавали на стол (не отравлена ли), а заодно и поставлял любовниц диктатору. Саддам, между прочим, предпочитает блондинок, поэтому его первая жена Саида (в юности – с чёрными, как смоль, волосами) много лет красилась.

Не помогло. После многочисленных мимолётных интрижек у Саддама начался серьёзный роман с Замирой Шахбандар – супругой генерального директора Иракских государственных авиалиний. Она происходит из знатной багдадской семьи, на двадцать лет моложе Саддама, высокого роста и, разумеется, блондинка. В конце концов, Саддам решил жениться на ней. За это его сын Удай и убил сводника. Взбешённый отец даже было посадил его в тюрьму, но потом простил и отправил в ссылку – в Швейцарию. Но и там, в Женеве, Удай, которому дали лишь временную визу, ухитрился ввязаться в драку с поножовщиной, и весной 1990 года вернулся в Ирак. Однако контроль над спецслужбами и армией уже перешёл к его младшему брату Кузаю – сегодняшнему фавориту 65–летнего диктатора.

Каждую неделю на рабочем столе Кузая появляется довольно толстая папка. В ней – список с именами всех офицеров иракских вооружённых сил, начиная от майора и выше. Рядом с некоторыми именами – пометки. Помечены те офицеры, которые служат в одной части больше года. Такие подлежат немедленному переводу в другую воинскую часть, дислоцированную совсем в другом районе страны. Кузай неутомимо перетасовывает офицерский корпус, чтобы не складывались опасные для режима группы заговорщиков. Младший сын – единственный, кому ещё диктатор доверяет безгранично. Впрочем, как считает британский журналист Кон Кофлин, Саддам не доверяет даже самому себе. Слишком далеко зашла его паранойя.