1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Галерея

Рудольф Александр Шрёдер

11.11.02

Рудольф Александр Шрёдер был, пожалуй, одним из самых образованных поэтов нашего времени. Гуго фон Гофмансталь подчёркивал цельность его творчества. А Герман Гессе считал, что никто не сохранял такую верность античному и христианскому наследию западной культуры, как Шрёдер. В заслугу Шрёдеру Гессе ставил то, что он умел вдохнуть в это наследие новую жизнь, используя его в повседневной жизни.

Шрёдер родился в 1878 году в Бремене в семье крупного коммерсанта. Мальчика отправили в знаменитую классическую гимназию города, где ему и привили любовь к античной культуре.

"Изучать латынь я начал, по моему, осенью 1888 года. Мы начали склонять слова и были страшно горды собой, зная наизусть некоторые правила стихосложения. Обучал нас очень строгий, но справедливый учитель, которому наш класс по окончании школы даже преподнёс подарок, что было крайне редким случаем: мы подарили ему роскошную книгу, которая была передана школьной библиотеке, поскольку учителям, разумеется, нельзя было принимать подарки. Этот учитель был очень строг с нами: спряжения латинских глаголов мы должны были знать назубок. Занятия древнегреческим проходили также очень солидно: мы параллельно занимались грамматикой и анализом стихов Гомера. Нам вручили "Одиссею", и мы приступили к чтению. В то время ни у кого не было ни малейшего сомнения в том, что это и есть основа всех сегодняшних знаний и всей сегодняшней учёбы. Это было связно с традицией нашей старой школы. Ведь Бременская гимназия раньше считалась школой учёных, своего рода университетом."

В гимназии Шрёдер получил солидные знания, ставшие впоследствии прекрасной основой для дальнейшего образования. Впрочем сам Шрёдер скромно заметил:

"Я вам признаюсь по секрету: я был страшно плохим учеником. Я был ужасно ленивым".

После окончания гимназии в Бремене Шрёдер перебирается в 1897 году в Мюнхен, где он начинает изучать архитектуру. В 1899 году Шрёдер вместе со своими приятелями основывает журнал "Инзель", в котором публиковались такие выдающиеся писатели, как Гофмансталь, Лилиенкрон, Демель и Ведекинд. Тогда-то и был заложен фундамент солидного издательства "Инзель", существующего и по сей день. Большое значение для Шрёдера имела дружба с писателем Гуго фон Гофмансталем и художником Лео Кёнигом. Тесные отношения Шрёдер поддерживал также с Райнером Марией Рильке и Герхартом Гауптманом.

Отбыв воинскую повинность, Шрёдер с 1903 года начинает работать дизайнером внутренних помещений – сначала в Бремене, затем в Париже и Берлине. Одновременно он переводит стихи английского поэта-классициста Александра Попа, а также "Одиссею" Гомера. В 1913 году он издаёт сборник своих стихов "Новые немецкие оды", в которых автор с сожалением отмечает упадок патриотизма в Германии.

Во время Первой мировой войны Шрёдер работает цензором в гражданской администрации в Бельгии. Потрясённый ужасами войны, Шрёдер всё больше обращается к христианству, которое, наряду с античностью, будет играть определяющую роль в его творчестве. Размышления Шрёдера о христианских ценностях нашли своё отражение в сборнике его стихов "Середина жизни".

"Во время Первой мировой войны я вдруг понял, что мир переживает свой закат, как это написано в Библии. Иными словами, грех стал серьёзной действительностью посреди всего того прекрасного, радостного и достойного чувства благодарности, что есть в мире. Тут и начинался мой путь обратно к прежней вере Запада, к вере моего родительского дома. Для меня это всегда был путь к свободе, стремление избавиться от удручающей тяжести экзистенциализма или нигилизма и вернуться в мир, где царят доверие, надежда и любовь."

После Первой мировой войны друзья Шрёдера, как, например, Гофмансталь или Борхардт, всё больше рассматривали культуру в рамках элитарно-гуманистических концепций. Шрёдер же всё больше обращался к протестантизму. В это время он издаёт сборники стихов "Паломник", "Чудо", "Баллады странника", "Посвящения и жертвы" и "Хвалебное песнопение", а также пишет своё знаменитое эссе "Церковные поэзия и поэты".

В 20-е годы Шрёдер продолжает работать дизайнером внутренних помещений в Бремене. Кстати, именно он оформил внутренние помещения знаменитого океанского лайнера "Бремен".

После прихода нацистов к власти Шрёдер чувствовал себя всё неуютнее в Бремене. Власти запретили ему публичные выступления, поле деятельности Шрёдера резко сузилось. В 1936 году нацистская диктатура становится для Шрёдера невыносимой, и он вместе со своей сестрой навсегда покидает Бремен и поселяется в небольшом городке у озера Химзе на юге Германии. В это время он становится активным участником кружка Эккарта, основанного писателем Куртом Иленфельдом. Этот кружок, издававший свой собственный журнал, был своего рода духовным центром борьбы с нацизмом. Его членами были многие известные писатели, в том числе и поэтесса Рикарда Хух. Обвинения Томаса Манна в том, что члены этого кружка были "домоседами", которым не хватало мужества эмигрировать и взять на себя тяготы жизни на чужбине, Илендорф решительно отверг.

"Можно подумать, что работать со словом в условиях диктатуры было легче, чем на чужбине, среди иноязычных народов. Для нас в то время и дома была чужбина. Тогда и у литературы было своё 20-е июня (день попытки путча против Гитлера)."

В 1943 году нацисты наложили запрет на деятельность кружка и закрыли журнал.

Тот факт, что многие деятели немецкой культуры, которые, собственно, должны были хранить чистоту духа, проявили свою несостоятельность перед нацисткой чумой, Шрёдер объясняет так:

"Конечно же, велик был соблазн поверить всем этим напыщенным обещаниям, ведь они всегда прикрывались такими благородными идеями, как любовь к отечеству, например. До самого последнего момента я не верил тому, что происходит. Да и какой фантазией нужно обладать, чтобы представить себе все эти омерзительные вещи, случившиеся впоследствии. Ведь есть же внутри человека какая-то точка, святая святых, так сказать, которая всегда сохраняет свою чистоту. Именно она позволяет полагаться на человека как на друга, как на коллегу. И таких людей было немало."

Обращение Шрёдера к христианству нашло своё отражение в строгости форм его духовной поэзии. Однозначную антинацистскую позицию Шрёдер занял и в борьбе, разгоревшейся внутри церкви между сторонниками и противниками Гитлера. В протестантской церкви одним из самых последовательных противников нацизма был пастор одной из берлинских церквей Мартин Нимёллер. Именно он основал в 1934 году так называемую Конфессиональную Церковь, которая резко выступала против вмешательства государства в церковные дела и осудила нарушения прав человека в нацистской Германии. Членом этой Церкви стал и Шрёдер. В полемике с организацией "Немецких христиан", поддерживавшей нацистов, Нимёллер обосновывал право на религиозное сопротивление так:

"Больше мы не можем хранить молчание, требуемое от нас человеком, когда Господь велит нам говорить. Мы должны повиноваться Господу, а не человеку!".

Во время Второй мировой войны Шрёдер работает лектором в Евангелической церкви Баварии. Несмотря на отсутствие сана, ему даже было позволено совершать богослужения и выступать с проповедями. В своей работе "Церковь и её песнопения", Шрёдер указывает на совершенно естественную связь между песнопениями и христианской верой. В канонический сборник песнопений лютеранской Церкви вошли пять песен, написанных Шрёдером.

С 1940 года Шрёдер регулярно участвует в работе Библейской конференции, занимавшейся редактированием Лютеровской Библии. В 1946 году Шрёдер приступил к большой работе над переводами гимнов из Альпирсбахского антифонария, бывшего в употреблении в средневековой церкви. Всего за 4 года он перевёл все 44 гимна. В ходе работы Шрёдер мог опереться на своё владение поэтическими формами античности и на свои знания немецкого языка периода Реформации. Как отмечали критики, в переводах Шрёдера прекрасно сочетаются "классическая поэзия с христианской этикой".

После войны, когда в Германии молодые писатели требовали провести радикальную чистку в немецкой литературе, Шрёдер, занимавший в этом вопросе, скорее, умеренную позицию, на одной из таких встреч, проходившей под открытым небом, во время бурной дискуссии жестом указал на звёзды и спокойно произнёс: "Они ведь тоже всё ещё существуют". Так он напомнил о том, что вечные ценности остаются непреходящими.

В 1950 году президент ФРГ Теодор Хейс обратился к Шрёдеру с просьбой написать текст для национального гимна Германии. Правда, впоследствии Аденауэр настоял на принятии нынешнего гимна. В своём тексте упоминаемым в нынешнем гимне "единству, законности и свободе" Шрёдер противопоставляет "веру, надежду и любовь".

У Шрёдера часто спрашивали, как он относится к современности. Ответ на этот вопрос даёт творчество Шрёдера, в которое он никогда не допускал никаких модных течений. "Уже неандертальцы были эпигонами", – сказал как-то Шрёдер, желая подчеркнуть, что не следует бояться преемственности. Шрёдер, обращаясь к классическим образцам, старался расставить определённые вехи в потоке быстро сменяющих друг друга модных течений.

В литературных кругах Шрёдер получил широкое признание благодаря своим переводам таких античных авторов, как Гомер, Вергилий, Гораций и Катулл. Пьесы Мольера, Расина, Шекспира до сих пор идут в театрах в переводах Шрёдера. Но собственная лирика Шрёдера большой популярностью не пользовалась. Рильке считал стихи Шрёдера "слабыми", и даже Гофмансталь, бывший близким приятелем Шрёдера, говорил, что не понимает его поэзию. Тем не менее, в историю немецкой литературы Шрёдер вошёл как утончённый поэт и большой мастер пера. В светской поэзии Шрёдера представлены все классические формы поэтического искусства: сонет, ода, элегия, баллада, стихи, написанные античными размерами.

Шрёдер умер в 1962 году. Его заслуги перед немецкой культурой получили достойную оценку. Университет Тюбингена присвоил ему почётную степень доктора богословия. Гамбург присудил ему премию имени Лессинга. Шрёдер является также лауреатом литературной премии Бремена. Кроме того, он получил высшую награду ФРГ – Крест за заслуги.

Долг писателя в его служении свободе и истине Шрёдер сформулировал так:

"Нам, писателям, поэтам, следует всеми силами и всеми средствами постоянно напоминать, что есть определённый предел, ниже которого ни народ, ни человек не должен опускаться. Человек должен оставаться достойным себя самого и звания человека вообще."

Творчество Шрёдера охватывает почти все области истории и культуры. Этим и объясняется его значение для духовной жизни Германии. Как заметил в своё время писатель Эрнст Роберт Курциус, трудно переоценить то, что Шрёдер хранит и умножает в духовном наследии Германии; с каждым годом и десятилетием мы будем понимать его всё лучше. В эпоху захлестнувшего весь западный мир неверия Шрёдер сумел сохранить верность христианским ценностям и культуре классической античности.

Дитер Лутц, НЕМЕЦКАЯ ВОЛНА