1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Россия против России: от цензуры до самоцензуры

Новые российские законы - от запрета мата до защиты чувств верующих - усложнили жизнь художникам. Но главным препятствием свободе творчества стала самоцензура.

Виктория Ломаско, Узники 6 мая из проекта Рисуем суд

Виктория Ломаско, "Узники" 6 мая" из проекта "Рисуем суд"

Уже несколько лет Виктория Ломаско занимается социальной графикой: делает графические репортажи с судебных заседаний и митингов, рисует реальные истории малолетних заключенных, мигрантов, сельских учителей, православных активистов. Но открыто говорить с помощью своих рисунков о том, что ее волнует, россиянка больше не может: теперь ее черно-белые "комиксы" подпадают под статьи уголовного кодекса.

Контекст

"Моя работа "Государство-людоед" в поддержку политзаключенных сегодня может быть расценена как оскорбление государственной символики. "Освободим Россию от Путина" - это явное раскачивание лодки, призыв к бунту, к революции, это экстремизм. Работа с заседания суда над Pussy Riot "Свободу заключенным, позор РПЦ!" с патриархом Кириллом - без сомнения, оскорбление чувств верующих", - перечисляет художница. Могла ли бы она сейчас, как раньше, свободно выложить свои политические плакаты в соцсетях или показать на выставках? "Вряд ли. А ведь еще два года назад некоторые из них даже были опубликованы в журналах", - отмечает Виктория Ломаско.

От цензуры…

На формуме "Россия против России. Культурные конфликты", который проходил 10-12 апреля в Берлине, Виктория была не единственной, кто пребывал в замешательстве по поводу перспектив протестного искусства. "Сейчас в России нельзя ничего", - констатировал художник, организатор ежегодного первомайского шествия "Монстрация" Артем Лоскутов, участники которого в 2014 вышли на улицы Новосибирска с растяжкой "Ад наш". Когда российские медиа взахлеб рассказывали о прелестях федерализации Украины, вместе с единомышленниками он анонсировал проведение "Марша за федерализацию Сибири".

"Если люди в России каждый день слышат, что сепаратизм на Украине - это, оказывается, хорошо, это не может уйти в песок. Мы просто ускорили приближение следующего этапа, когда сепаратизм будет восприниматься как хороший и для нашей страны тоже", - подчеркивает Лоскутов. В ответ Роскомнадзор разослал 14 писем в различные СМИ, включая украинские издания и даже Би-Би-Си, требуя удалить даже упоминания об этой акции.

…до самоцензуры

Впрочем, цензура, по мнению многих участников форума, - не худшее из того, что происходит с ними сегодня. "Самое плохое, что в наши головы проникает самоцензура. Невозможно знать о новых законах и не думать о последствиях, если ты сделаешь работу о том, что тебя действительно волнует", - убеждена Виктория Ломаско. В марте в Петербурге был проведен - причем абсолютно легально - съезд ультраправых националистов. При этом публиковать фотографии его участников в одежде со свастикой СМИ не могли, потому что были бы оштрафовали за экстремизм. "Мне очень хочется высказаться на эту тему. Но если я это нарисую, меня могут обвинить в распространении идей фашизма. А если выложу в интернет, то все, кто перепостит эту картинку, автоматически станут моими пособниками", - описывает ситуацию Виктория.

В результате, подчеркивает она, в России практически не появляется работ, откровенно критикующих аннексию Крыма или войну на Украине. Сомнения в правомерности действий Москвы нынче также - сфера применения уголовного кодекса. Одно из редких исключений - граффити "Бабы новых нарожают", где изображена беременная женщина с "коктейлем Молотова", в животе которой - младенец-солдат. Но и она была сделана участницами петербургской группы Gandhi анонимно.

Монументальная пропаганда

Зато выражать свою радость по поводу действий российских политиков можно и без санкции чиновников. Так, накануне проведения референдума в Крыму на стене одного из домов на Таганской площади в Москве, где должна была быть нарисована согласованная со всеми инстанциями карта Таганского района, неожиданно появилось монументальное граффити "Крым и Россия - вместе навсегда". "Подрядчик сам решил, что крымская повестка гораздо актуальнее и интереснее, и своевольно нарисовал именно это, а не заказанную ему карту", - поясняет независимый куратор, исследователь и художник Анна Нистратова.

Виктория Ломаско

Виктория Ломаско

Позже подобная "монументальная пропаганда" стала появляться по всей стране - как по заказу властей, так и по желанию населения, в том числе и художников-активистов, многие из которых также верят, по словам Ломаско, что "Крым наш, Донбас наш, да и вообще Украины не существует". "В России в вопросах пропаганды уже не обязательно какое-то указание сверху: наши граждане и сами могут выступить с такой инициативой", - отмечает куратор Анна Нистратова.

Утерянный статус

Она указывает, что в России крайне мало художников, занимающихся политическим искусством. К тому же ни выставки, ни самые лучшие работы, ни надписи на улицах, по ее мнению, никак не влияют на общество. "Художник в России сегодня - это какой-то странный маргинальный субъект. Его статус как интеллектуала, морального примера, который существовал раньше, полностью потерян", - считает Анна Нистратова.

Растерянность - пожалуй, главное чувство, сквозившее в выступлениях участников форума "Россия против России. Культурные конфликты". Четких стратегий действий в новых условиях у художников-активистов, по большому счету, нет. "Единственное, что мне кажется стоящим, - это поддерживать собственную маленькую среду, этот пузырь внутри дерьма. Ведь если весь этот кошмар когда-нибудь закончится, надо сделать так, чтобы перед нами не оказалось зачищенное поле, абсолютно голое, без политического и социального искусства, активизма и гражданского сознания", - убеждена Виктория Ломаско.