1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Россия

Российский правозащитник считает охранника "ЮКОСа" политическим осужденным

17 августа Мосгорсуд приговорил бывшего сотрудника службы безопасности концерна "ЮКОС" Алексея Пичугина к 24 годам заключения. Доказательная база вызывает недоумение правозащитников.

default

В 2005 году Мосгорсуд уже приговорил Пичугина к 20 годам лишения свободы, признав его виновным в убийстве и покушении на еще одно убийство. Однако методы, при помощи которых велось следствие по этому делу, да и сами доказательства обвинения вызвали негодование как адвокатов Пичугина, так и российских правозащитников.

Сам процесс - пример нарушения закона

В начале этого года адвокаты бывшего сотрудника службы безопасности "ЮКОСа" подали жалобу в Европейский суд по правам человека на несправедливое судебное разбирательство.

Еще раньше - в октябре 2003 года - президент Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, глава Общероссийского общественного движения "За права человека" Лев Пономарев и руководитель Общественного благотворительного Комитета "За гражданские права" Андрей Бабушкин обратились в ОБСЕ с целью привлечь внимание к вопиющим нарушениям российского и международного законодательства по делу компании "ЮКОС".

В качестве примера одного из вопиющих нарушений в тексте обращения приводится следствие по делу Пичугина.

"Дело "ЮКОСа" - политическое"

На вопрос "Немецкой волны", можно ли считать дело Пичугина сфабрикованным по политическим мотивам, видный российский правозащитник и эксперт в области права Андрей Бабушкин ответил:

- Единственные доказательства были основаны на показаниях лица, осужденного за убийство и изнасилование к пожизненному лишению свободы, который неожиданно решил дать показания, изобличающие Пичугина. Доказательственная база по этому делу сразу вызвала у нас большое недоумение. Но оно прошло, когда мы узнали, что у Пичугина на протяжении длительного времени требовали дать показания, направленные против руководства "ЮКОСа".

Дела, связанные с переделом собственности, с моей точки зрения, являются политическими. А люди, которые оказываются за решеткой в связи с тем, что они отказались участвовать в этом постыдном мероприятии, несомненно, страдают за свои убеждения. В этом качестве, мы можем считать Пичугина политическим заключенным. И он должен пользоваться поддержкой международных организаций, которые занимаются политическими заключенными.

Странные методы следствия всегда вызывают сомнения

- Можно ли в этой связи говорить о невиновности Пичугина или же скорее о нарушениях, допущенных в ходе следствия?

- Я не считаю, что процессуальные нарушения в отношении виновного являются основанием для отказа в правосудии. Потому что правосудие заключается не только в оправдании невиновного, но и в наказании виновного. Мы считаем, что если доказательства получены с нарушением закона, нужно собрать другие доказательства.

Но то, что делали с Пичугиным, - использование психотропных веществ, отказ в своевременном проведении медицинского освидетельствования, отказ во встрече с адвокатом, допуск каких-то непонятных оперативников ФСБ, которые осуществляли, как позже выяснилось, оперативное сопровождение - я имею ввиду первый процесс в 2004 году - все это вызывает очень большие сомнения в его виновности. Когда человек виновен, обычно совершенно иначе собираются доказательства.

Скорее всего, речь идет о недобросовестном сборе, может быть, даже о фальсификации доказательств – когда проводят селекцию доказательств, все доказательства невиновности полностью отбрасываются, все доказательства виновности поднимаются на щит. И делается вид, что вина доказана.

- Как вы расцениваете факт того, что уже после вынесения первого приговора Пичугину были предъявлены новые обвинения по трем эпизодам, также связанным с убийствами и покушениями?

- Думаю, что это связано с активностью защиты Ходорковского и "юкосовцев" в Страсбурге. С учетом того, что случилось с компанией, как распределились ее ресурсы, думаю, это просто попытка психологического давления.

Контекст