1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Читальный зал

Российский "крот" в ФБР

20.03.2002

Несколько дней назад разразился скандал вокруг вышедшей в Соединённых Штатах, в издательстве Atlantic Monthly Press, книги Дэвида Вайса «Бюро и крот».

Имеется ввиду Федеральное бюро расследований США и работавший в нём «крот» - то есть тайный агент – КГБ. Подзаголовок этой книги гласит: «Разоблачение Роберта Филипа Ханссена, самого опасного двойного агента в истории ФБР». Ханссен, высокопоставленный сотрудник ФБР, на протяжении пятнадцати лет передавал секретную информацию спецслужбам СССР и России, получив за неё, в общей сложности, миллион четыреста тысяч долларов. В феврале прошлого года 57-летнего Ханссена арестовали. На суде он признал свою вину, и в мае станет известно, к какому сроку его приговорят. Скорее всего, заключение будет пожизненным. Бестселлер лауреата Пулитцеровской премии Дэвида Вайса «Бюро и крот» – не единственная книга о Ханссене. Но только она получила столь скандальную славу. Об этом рассказывает наш нью-йоркский корреспондент Юрий Дулерайн:

Интерес читающей публики к истории Ханссена, со всей её клубничкой, настолько велик, что появились сразу три книги об этом нашумевшем деле, написанные по горячим следам событий. Первая - «Шпион по соседству: необычайная тайная жизнь Роберта Филипа Ханссена, агента ФБР, который причинил наибольший ущерб за всю историю Соединённых Штатов». Авторы Илейн Шеннон и Энн Блакмен. Вторая книга – «Шпион, который оставался на холоде: тайная жизнь двойного агента ФБР Роберта Ханссена». Третья, и самая успешная в этом ряду публикаций – книга Дейвида Вайза «Бюро и крот: разоблачение Роберта Филипа Ханссена, самого опасного двойного агента в истории ФБР». Почти сразу же после публикации первый тираж книги Вайза был распродан полностью и произведение попало в список бестселлеров «Нью-Йорк Таймс», «Вашингтон Пост» и «Уолл-Стрит Джорнел» - было раскуплено 180 тысяч экземпляров по цене 25 долларов. До сих пор подобный успех сопутствовал лишь знаменитым авторам детективов и криминальных романов, а не репортёрскому документальному исследованию.

Дейвид Вайз никогда раньше не специализировался на книгах о шпионаже. Его конёк – финансы. Этим он вот уже многие годы занимается в качестве корреспондента столичной «Вашингтон Пост», за это был удостоен наиболее престижной журналистской награды в Америке.

Дейвид Вайз родился в Нешвилле, штат Тенесси, сорок один год назад. Родители его – немецкие евреи. бежавшие от Гитлера перед второй мировой войной. Вайз закончил Пенсильванский университет, занимался также в Лондонской Экономической Школе. Он начинал свою карьеру

брокером на Уолл-Стрите, в инвестиционной фирме Голдмен-Сакс, но со временем решил заняться журналистикой, сначала в провинциальной газете «Тенессиен», а затем в столичной «Вашингтон Пост», где работал финансовым репортёром. В 1990 году Вайз получил Пулицеровскую премию за серию статей о финансистах. Он соавтор книги «Орёл на улице» - о федеральной комиссии по делам биржи и ценных бумаг. Ныне Дейвид Вайз, не оставляя своей репортёрской работы, готовит киносценарий по книге о Роберте Филипе Ханссене для студии Тачстоун Пикчерз.

Скандальное дело с разоблачением Ханссена удивительным образом привело к новому скандалу, на сей раз – вокруг самого автора нашумевшей книги. Оказалось, что Дейвид Вайз, несмотря на широкий успех и баснословные тиражи, хотел большего и ради этого пустился, что называется, во все тяжкие. Автор популярной книги решил взять в собственные руки дальнейшую популяризацию своего бестселлера путём продажи через интернет экземпляров с автографом. С этой целью Вайз закупил около 20 тысяч экземпляров книги «Бюро и крот» в книготорговой фирме Барнс-энд-Нобл, которая предлагала розничным покупателям через интернет солидную скидку и бесплатную пересылку. Журналист, грубо говоря, смошенничал, совершив оптовую покупку по сниженной цене, 15 долларов штука, которая предназначалась для рядового клиента. Однако, вопреки расчётам, продажа шла довольно вяло, и автор, ничтоже сумняшеся, отослал назад книготорговцам 17 тысяч 500 экземпляров и потребовал вернуть деньги. Возмущённая фирма Барнс-энд-Нобл пожаловалась издательству Гровз-Атлантик, которое возместило убытки книготорговцам.

Афера быстро всплыла в печати и Дейвида Вайза обвинили в попытке манипулировать списком бестселлеров. В интервью «Нью-Йорк Таймс» журналист утверждал, что ничего незаконного не совершил, мол, он просто творчески подошёл к маркетингу, продавал свою книгу под собственным именем, чужими адресами не прикрывался и, вообще, сам заработал весьма немного, истратив 5 тысяч долларов на создание своего веб-сайта. Единственной ошибкой, по мнению автора бестселлера, было то, что о своей инициативе он не предупредил издательство Гровз-Атлантик.

Самое любопытное заключается в том, что Дейвид Вайз начал своё предприятие в то время, когда его книга уже стала бестселлером. На сегодня она занимает пятое место в списке самых популярных документальных произведений в Америке.

И Дэвид Вайс в своей книге, и другие его коллеги-журналисты считают самым страшным преступлением Ханссена не то, что он продавал государственные тайны, а то, что он выдал (причём, уже в самом первом своём письме в вашингтонскую резидентуру КГБ) имена трёх сотрудников КГБ, работавших на американцев: подполковника Южина, подполковника Мартынова и майора Моторина. Ханссен хотел обезопасить себя и исключить возможность разоблачения. И он прекрасно знал, что тем, кого он назвал, реально угрожает смерть. Лишь Борису Южину удалось избежать смертной казни: его осудили на пятнадцать лет. А Мартынова и Моторина расстреляли.

Майора КГБ Сергея Моторина, занимавшегося политической разведкой под прикрытием должности третьего секретаря советского посольства в Вашингтоне, американцы завербовали в 1980 году. Агенты ФБР, следившие за Моториным, установили, что он пытается приобрести в кредит телевизор с видеомагнитофоном. Но торговцы электроникой ему отказывали: Моторин был иностранцем, к тому же обладал дипломатической неприкосновенностью, так что непонятно, как с него можно было бы взыскать деньги, если бы он перестал выплачивать кредит. Как рассказывает в своей книге о другом советском шпионе – высокопоставленном сотруднике ЦРУ Олдриче Эймсе – хорошо осведомлённый американский журналист Пит Эрли, владелец одного из магазинов, в который заходил Моторин, предложил ему такой вариант оплаты дорогого телевидеокомбайна. Часть стоимости (около тысячи долларов) он готов взять русской водкой. Моторин тут же согласился: в беспошлинном посольском магазине он мог купить водку по четыре с половиной доллара за бутылку, тогда как в открытой продаже в США она стоила чуть ли не в три раза дороже (из-за акцизов). Отдавая в уплату за электронику беспошлинную водку, офицер КГБ нарушал и советские законы (они запрещали перепродажу), и американские (Моторин присваивал фактически полученную прибыль, укрыв её от налоговых органов США). Когда Моторин снова приехал в магазин с несколькими ящиками водки, его уже ждали агенты ФБР, снимавшие всю сделку на видеокамеры. Майору предложили на выбор – либо публичный скандал, либо сотрудничество.

Подполковник КГБ Валерий Мартынов, также работавший под дипломатическим прикрытием в советском посольстве в Вашингтоне, был человеком совсем другого склада. Ему претили коррупция, поразившая советское общество, двуличие и ханжество партийной и номенклатурной верхушки. Разочаровавшийся в советском строе Мартынов в 1982-ом году пошёл на сотрудничество с ФБР. В посольстве сорокалетний офицер, приехавший в Соединённые Штаты с женой и двумя маленькими детьми, числился атташе по вопросам культуры, но на самом деле работал в резидентуре по так называемой «линии Х», то есть занимался хищением научно-технической информации. Как утверждает Пит Эрли, Мартынов сумел, в частности, добыть чертежи электронных узлов, использовавшихся в американской военной технике, и получил за это орден Красной Звезды.

Но позже «Джентил» (такой псевдоним получил Мартынов в ФБР) сообщал американцам во всех деталях о планах и операциях КГБ по добыче технических и военных секретов.

Весьма примечательна история «эвакуации», как говорят на профессиональном жаргоне, Валерия Мартынова в Советский Союз. В КГБ опасались, что если его официально вызвать в Москву, он может почувствовать опасность и останется в США. Поэтому Мартынова включили в группу сопровождения Виталия Юрченко – перебежчика из КГБ, который, в конце концов, решил вернуться на родину. Назначение в состав подобного эскорта считалось показателем высшей степени доверия. Ничего не подозревавшего Мартынова арестовали сразу после выхода из самолёта «Аэрофлота», прямо в Шереметьево. Было это в августе 85-го года. Моторин к тому времени давно уже находился в Москве: его отозвали из Вашингтона ещё в январе. Деталь весьма примечательная, потому что Олдрич Эймс предложил свои услуги КГБ позже. То есть утверждения Ханссена и его адвокатов, что не он первый выдал обоих агентов, которых приговорили к высшей мере и расстреляли, явно не соответствует действительности.

Между прочим, именно такую линию защиты выбрал поначалу Роберт Ханссен: мол, погибших Моторина и Мартынова первым «сдал» не он, а Эймс, и они всё равно были обречены. Когда несостоятельность этой конструкции стала очевидной, Ханссену пришлось признать себя виновным по пятнадцати пунктам обвинения: лишь в таком случае он избегал смертной казни, восстановленной в США за подобные преступления в 94-ом году, после разоблачения российского «крота» в ЦРУ Олдрича Эймса.

Хочу подчеркнуть, как это делает и Дэвид Вайс в своей книге: не за измену родине и не за выдачу каких бы то ни было военных и государственных секретов Роберта Ханссена могли послать на электрический стул, а за то, что повинен в смерти двух человек.

Ну а какие всё же тайны выдал советской и российской разведке за пятнадцать лет своей двойной жизни Роберт Филип Ханссен?

Автору книги о «самом опасном двойном агенте в истории ФБР» стоило немалых трудов разузнать хотя бы в общих чертах, какую именно информацию Ханссен передавал своим кураторам из КГБ и СВР. Речь идёт о шести тысячах страниц секретных документов. Это данные об «основных элементах оборонной стратегии» США, в частности, о спутниковых системах и других системах раннего оповещения в случае ядерного нападения, а также о планах возможного ответного удара. Ханссен подробно информировал советские и российские спецслужбы, разумеется, и о контрразведывательной работе, которую вели против них американцы. Он сообщил, например, о туннеле под зданием посольства СССР в Вашингтоне, с помощью которого ФБР и Агентство национальной безопасности США намеревались подслушивать разговоры сотрудников посольства. Судя по всему, именно от Ханссена в России узнали во всех деталях о специальной программе подслушивания и перехвата компьютерной информации в дипломатических и торговых представительствах, в правительственных учреждениях и телекоммуникационных центрах на территории других стран. В печати также появились сообщения о том, что программное обеспечение, которое Ханссен передал России, было позже продано бен Ладену. Однако это вряд ли соответствует действительности. Во всяком случае, Вайс рассказывает о том, как после 11-го сентября жене Ханссена позвонили из ФБР и сказали, что вины её мужа в террактах нет.

Москва щедро платила за секретную информацию. Двойной агент получил почти полтора миллиона долларов – деньгами и бриллиантами.

Впрочем, Дэвид Вайс считает главной причиной предательства Ханссена не корысть, а желание острых ощущений, и, кроме того, его сексуальную ущербность.

Роберт Филип Ханссен вырос в Чикаго, в семье полицейского. Блестяще учился в школе. В колледже профилирующими предметами были у него химия и русский язык. В 32 года Ханссен стал работать в нью-йоркском отделении ФБР. Он считался ревностным католиком, всегда аккуратно посещал церковь, у него шестеро детей и он считает, что изменять жене – грех. В течение многих лет у Роберта Ханссена была тайная подруга – стриптизёрка из ночного бара. Он подарил ей «мерседес», возил в Европу, но спать с ней не спал: не хотел изменять жене.

И вместе с тем Ханссен тайком установил в своей спальне видеоаппаратуру, чтобы его друг (кстати говоря, полковник американской военной разведки) мог наблюдать за тем, как он занимается любовью со своей супругой. Причём, Ханссен расспрашивал друга, какие позиции тому больше всего нравятся: чтобы продемонстрировать их в следующий раз. Знала ли об этом его супруга – неизвестно.

Кроме того, Ханссен писал порнографические рассказы и публиковал их в Интернете, причём под своей собственной фамилией. И никогда ни у одного из его сослуживцев по ФБР не возникало в этой связи никаких подозрений!

Беспечность американской контрразведки просто поразительна! Больше десяти лет назад двоюродный брат жены Ханссена Марк Ваук, который сам работал в ФБР, сообщил начальству о том, что его свояк прячет дома огромные суммы наличных денег, тратит гораздо больше, чем ему позволяет зарплата, и, возможно, является советским шпионом. Но в ФБР посчитали, что Ваук «капает» на родственника из личной неприязни к нему. В результате Ханссен продолжал спокойно работать на КГБ ещё долгие годы. Он попался лишь после того, как на него указал перебежчик – источник из российской разведки.

Последний факт, кстати говоря, почти не подлежит сомнению. Вряд ли фэбээровцы сами «вычислили» «крота». И не потому, что они такие глупые, а потому, что Ханссен, опытный, высокопрофессиональный контрразведчик, великолепно конспирировался.

Скорее всего, на двойного агента фэбээровцев навёл сотрудник российской внешней разведки Сергей Третьяков, попросивший политическое убежище в США в октябре 2000-го года. Третьяков якобы передал ФБР обрывки пластикового пакета, в который была завёрнута одна из «закладок» неизвестного ему по имени «крота». Этот пакет и позволил американским контрразведчикам, в конце концов, разоблачить очень осторожного Ханссена. За пятнадцать лет Ханссен передал КГБ и СВР почти три десятка писем и более двух десятков комплектов секретной документации, но ни разу не встречался лично со своими советскими и потом российскими кураторами. В Москве, возможно, до самого ареста Ханссена не знали, с каким именно высокопоставленным сотрудником ФБР имеют дело. Ханссен подписывал свои донесения, начиная с первого письма в вашингтонскую резидентуру КГБ, вымышленными именами: «Рамон Гарсиа», «Джим Бейкер», «Робертсон», просто «Б». Все контакты поддерживались через тайники. Причём, в последние годы шпион передавал информацию чаще всего на компьютерных дискетах и лазерных дисках, которые непосвящённый просто не мог бы прочесть: они были зашифрованы особым сложным способом, разработанным самим Ханссеном. В том, что он – двойной агент, Ханссен признался до суда лишь однажды: своему приходскому священнику. Тот осудил его, посоветовал больше не шпионить, а полученные от КГБ деньги пожертвовать на благотворительные нужды. И Ханссен действительно перевёл какие-то деньги ордену милосердия Матери Терезы. Но, во-первых, лишь сравнительно небольшую сумму (тысяч двадцать долларов, а никак не полтора миллиона), а, во-вторых, продолжал поставлять в Москву секретную информацию – до февраля прошлого года, когда его взяли во время закладки очередного донесения в тайник, расположенный под опорой перекинутого через ручей деревянного мостика в парке недалеко от дома Ханссена.