1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Беларусь

Реформа белорусского языка - чистое политиканство?

Национальное собрание примет закон о «правилах белорусской орфографии и пунктуации». В подготовленном профильной комиссией законопроекте предусматриваются штрафы за умышленное искажение официального варианта языка.

default

Сегодня значительная, если не большая часть белорускоязычных граждан, принципиально использует разработанную Брониславом Тарашкевичем систему белорусского правописания, которая позже была переделана реформой в 1933 году, сблизившей белорусский язык к русскому.

Получается, что говорить и писать на белорусском языке, который был до советской реформы, с принятием закона станет запрещено? Это я решил уточнить у бывшего гендиректора Национального академического театра имени Янки Купалы, главного белорусскоязычного театра страны, Геннадия Давыдько. Сейчас он является член парламентской комиссии по образованию, культуре, науке и научно-техническому прогрессу, где и находится законопроект:

«Нет, это неправильно. Дело в том, что я вчера задавал вопрос, а если это юмор, а если это ирония? Во всяком случае, закон не предусматривает уголовного наказания и преследования. Просто нормы, в которые надо приводить язык, любой язык. А статус закон действительно он просто необходим в данном контексте. Правила, собственно, там меняются мало».

Одним из таких новаций, на которую особо обращают внимание, стала обязанность писать официальные должности с большой буквы.

По мнению Геннадия Давыдько, в этом нет ничего страшного:

«Ну, да теперь будет. Директор – значит с большой буквы. Управляющий с большой буквы, правда, сейчас больше менеджеры, чем управляющие. Я вообще не вижу, никакой политической подоплеки в этом законе».

Геннадий Брониславович, полагает, что разрывать белорусский язык на тарашкевичский и так называемую «наркомовку» нельзя.

С ним несогласен лидер оппозиционной Партии БНФ Винцук Вечерко, который является еще и теоретиком белорусского языка. По его словам власть, которая закрыла белорусскоязычные школы и сады, решила теперь навязывать не выдержавшие проверки жизнью сталинские, по его выражению, нормы правописания:

«Большинство белорусскоязычного Интернета использует классическое, несоветское, тарашкевичское правописание. А то, что нам спешно пробуют навязать это результат кулуарных решений. Не было никакой не то, что публичной дискуссии, а даже дискуссии среди ученых, которые, скажем, работают в академии, в университетах. Это чисто политическое решение. Это просто еще одна дубина, для того, чтобы закрывать неугодные издания и книгоиздательства».

Солью законопроекта, убежден Винцук Вечерко, является введение, впервые в стране, административной ответственности за умышленное якобы искажение языка:

«Господин Зданович, так называемый депутат Палаты представителей, который комментировал поспешное решение ввести наказания за правописания, он же проговорился. Он сказал, что никому не будет позволено искажать написание названий титулов и должностей. Ну, значит будут сажать на 15 суток тех, кто напишет слово президент, не дай Бог, с маленькой буквы».

В одном оппозиция и власть нашли общий язык – в принципиальной необходимости упорядочить нормы белорусского языка, чем, кстати, вначале 90-х и занимались лингвисты. К слову, кроме тарашкевичцы и наркомовки, адепты «роднай мовы» используют еще и разные азбуки: кириллицу и латиницу. По мнению Винцука Вечерко, если бы власть захотела действительно заняться реформой, то разработчики пришли бы к компромиссу:

«Нашли бы или способ их сосуществования. А такие прецеденты есть, скажем, в Норвегии есть два варианта литературного языка. Или, может быть, какой-то алгоритм сближения вариантов».

Контекст