1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Россия

"Прямые линии" Путина прикрывают серьезные проблемы

Путин очередным "телемостом" сымитировал непосредственное общение с россиянами. А сама инсценировка была направлена на то, чтобы затушевать крупную проблему - неспособность российских СМИ выполнять свои прямые задачи.

default

"Прямая линия" президента РФ Путина 25 октября 2006 года

Своим мнением о нынешней "прямой линии" общения Путина с россиянами поделился корреспондент первого канала общественного немецкого телевидения ARD в России Штефан Штухлик (Stefan Stuchlik):

- Общая атмосфера, в которой проводилось это мероприятие - а такая "прямая линия" проходит, если не ошибаюсь, уже в четвертый или пятый раз - интересна мне куда больше, чем само событие. Ведь нам известно и то, как эти мероприятия проходят, и то, какие вопросы будут заданы. Мне любопытно наблюдать, как с течением времени совершенствуются подобные телевизионные постановки. То есть за тем, как российское государство пытается сделать особый акцент на одних вопросах и проигнорировать другие. Говоря проще, мне намного интереснее узнать о рамках проведения таких "телемостов", о том, как подбирают людей, которые будут задавать вопросы, и населенные пункты, откуда они прозвучат, чем слышать ответы президента Путина.

- Какие действительно злободневные вопросы Путину так и не прозвучали в ходе этой трансляции?

- Мне кажется, подобные мероприятия носят внутриполитический характер и адресованы, прежде всего, гражданам России. Главная их задача - донести до народа тезис, который Путин постоянно повторяет: "Россия находится на правильном пути". И задача таких "прямых линий" - прикрыть проблемы, которые невозможно игнорировать, общей мыслью, сформулированной Путиным четко: "Не надо волноваться, все будет хорошо". Это и есть тот, образно говоря, крупный заголовок, который можно поставить над всем сегодняшним интервью. Дескать, граждане, не беспокойтесь, мы идем по верному пути.

Но, конечно же, если оставаться критичным и иметь возможность задать собственные вопросы, тогда следовало бы напомнить о некоторых других вещах. В России возникла ситуация, которая в определенной мере беспокоит находящихся здесь зарубежных корреспондентов. Речь идет о свободе выражения мнений, которую - таково мое личное убеждение - все больше ограничивают, о том, что все больше средств массовой информации вынуждены занимать ту же позицию, что и власти, а также об отношении граждан к иностранцам. Как-никак, Россия - многонациональное государство.

Вопросы о свободе выражения мнений, свободе СМИ, свободе труда вообще отсутствовали. Третья тема - ксенофобия - была затронута лишь частично. Да, прямой эфир с Кондопогой тоже состоялся, но ответы, которые дал Путин, носили настолько пространный и общий характер, что по ним просто невозможно судить, какой будет линия властей в данном вопросе в ближайшие годы. У меня, однако, создалось впечатление, что для России ксенофобия - это очень серьезная проблема, с которой власти не в состоянии справиться. Или же ксенофобские настроения, хотя я и понимаю, что это слишком мрачное предположение, частично разжигаются самими органами власти.

- Почему российские СМИ сами, без участия рядовых граждан в "прямых линиях", не затрагивают эти злободневные вопросы?

- Российские СМИ, особенно телевидение, организованы сегодня так, что народ не может ни задавать с их помощью по-настоящему критичные вопросы, ни получать критичные ответы на них. Все из-за более или менее высокой концентрации средств массовой информации в руках властей. Через российские телеканалы гражданам поставляют мнение Кремля прямо на дом. И сегодняшняя "прямая линия" с Путиным служит, как я считаю, средством имитации непосредственного общения.

Иными словами, россияне вроде понимают, что Кремль в той или иной мере влияет на содержание телепередач, а "телемост" с президентом должен внушить людям, что это не так. Мол, вы можете свободно высказаться, задать вопрос, наши СМИ выполняют свои обязанности и функции.

Но все ведь обстоит совершенно иначе. Мы-то с вами знаем, что для таких "прямых линий" отбирают и тех, кто будет спрашивать главу государства, и сами вопросы. И сама инсценировка - дескать, сейчас мы поищем еще кого-то, кто хочет задать вопрос - направлена именно на то, чтобы произвести эффект спонтанности и на то, чтобы затушевать собой крупную проблему - концентрацию средств массовой информации в руках власти и неспособность этих СМИ выполнять свои прямые задачи.

Интервью вел Сергей Вильгельм

Контекст