1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Украина

Правозащитница: Преодолеть гуманитарный кризис в Донбассе мешает информационная блокада

Оксана Челышева, помогающая организации вывоза пострадавших из зоны конфликта на Украине, называет положение в непризнанных республиках гуманитарной катастрофой. Подробности - в интервью DW.

Российская правозащитница и журналистка Оксана Челышева много лет занималась проблемами прав человека в Чечне. Была сопредседателем Общества Российско-Чеченской дружбы, закрытого в 2007 году по решению Верховного Суда РФ. Из-за постоянных угроз и преследований в 2008 году переехала в Финляндию по приглашению финского ПЕН-центра, а через шесть лет получила там политическое убежище.

За время кризиса на востоке Украины она совершила несколько поездок в Донбасс с целью изучения положения гражданского населения и перемещенных лиц, а также помощи волонтерским группам в их работе с населением. В интервью DW, которое правозащитница дала после возвращения из очередной поездки, она объяснила, почему положение в самопровозглашенных республиках Донбасса является гуманитарной катастрофой, и как выйти из сложившегося положения.

DW: Когда вы говорите о гуманитарной катастрофе в Донбассе, что вы имеете в виду?

Оксана Челышева: Гуманитарная катастрофа - это положение, в котором находится гражданское население Донецкой и Луганской областей в результате вооруженного конфликта. Оно характеризуется полным отсутствием у людей денег на покупку продуктов питания, отсутствием самих этих продуктов, зависимостью от гуманитарной помощи, наконец, голодом.

Oxana Tschelyschewa Russland Porträt

Оксана Челышева

От голода страдают не только беспомощные, не только старики и дети, но и те, кто не является инвалидом или матерью-одиночкой и поэтому не может рассчитывать ни на какие социальные выплаты. Эти люди зависят только от пожертвований.

- Что происходит в домах престарелых, приютах, интернатах для тяжелобольных?

- Здесь ситуация различается в Донецке и Луганске. В Луганске я объехала несколько детских домов и интернатов. Все эти учреждения держатся только за счет гуманитарной помощи. Дети, находящиеся на попечении бабушек и дедушек, временно передаются в приюты, потому что старики не могут их прокормить.

В Донецке ситуация лучше, там продолжают поддерживать дома инвалидов и интернаты. Очень важно, что сейчас в регион возвращается Красный Крест, другие международные благотворительные организации. Хотя они и выступают больше в роли наблюдателей, однако их присутствие - важный фактор воздействия на ситуацию.

- Что делается в регионе для преодоления кризиса?

- Обеими сторонами конфликта организуется доставка гуманитарной помощи и работа волонтеров. Самое большое количество грузов приходит из России. Украина на втором месте, там есть общественные организации, собирающие помощь Донбассу, но их мало. Другое дело, что украинцев с гуманитаркой не всегда пропускает через кордоны как Национальная гвардия, так и "казаки". Крохотная толика помощи поступает из Европы и Америки. Появились социальные столовые для голодающих. Некоторые кафе по своей инициативе организуют горячее питание.

Но памятник надо ставить прежде всего волонтерам, особенно украинским. Это самые разные люди - бизнесмены, актеры, политики, инженеры. Они собирают для Донбасса гуманитарную помощь по всей Украине, в том числе в ее западных областях. Но что бы сейчас ни делали международные организации и волонтеры, этой помощи недостаточно. Ею более или менее охвачены большие города. В селах же настоящий голод.

- А что предпринимают власти непризнанных республик и официальные власти Украины?

- По моему убеждению, в гуманитарном плане от Киева сейчас больше вреда, чем пользы. Во-первых, Украина отрицает наличие у себя вооруженного конфликта. Признание конфликта мобилизовало бы международное сообщество на более активную помощь гражданскому населению. Те, кто покинул зону боевых действий, могли бы надеяться на получение статуса беженцев в Европе. Сейчас это невозможно, так как, по официальной версии, на Украине идет антитеррористическая операция, а не война. Кроме того, непризнание конфликта позволяет цинично экономить на пособиях в случае ранения или гибели человека. Нет войны - нет статуса участника боевых действий.

Во-вторых, власти еще в июле 2014 года неофициально отрезали бюджетников региона от каких-либо выплат из госбюджета, а с ноября эта блокада оформлена документально. Уже давно не работают банки. Выплаты пенсий и зарплат заморожены. Поэтому если и есть какая-то помощь с украинской стороны, то это только инициатива частных лиц, а не государства.

Несколько иная картина со стороны ДНР и ЛНР. Осенью в Донецкой области начали выплачивать материальную помощь пенсионерам. В декабре были выплачены зарплаты врачам и преподавателям за ноябрь. Банки в Донбассе закрыты, но я видела в них очереди из тех, кто получал какие-то выплаты. Насколько я знаю, в Луганске пенсионерам и инвалидам также были выплачены субсидии, но в целом там ситуация с деньгами хуже.

Мне ничего не известно об источнике этих денег. Предполагаю, что частично бюджет наполняется за счет продажи Украине угля из старых запасов или еще действующих шахт. Как в Луганской, так и в Донецкой областях ополченцами организованы пункты выдачи гуманитарной помощи.

- Что необходимо сделать для скорейшего преодоления гуманитарной катастрофы?

- В первую очередь нужно сломать информационную блокаду. В мире нет понимания масштабов гуманитарной катастрофы в Донбассе. Для этого надо увеличить число международных наблюдателей и журналистов, работающих в регионе. Это ужасно, что при таком высоком уровне развития СМИ и интернета в центре Европы есть темная зона бедствия, о реальном положении дел в которой есть только смутные предположения.