1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия

“Политические землетрясения” в Германии

Страна переживает последствия событий, случившихся на прошлой неделе: изгнание из правительства министра обороны и уход генерального менеджера концерна Deutsche Telekom.

В понедельник утром Германия проснулась от землетрясения. Как вскоре выяснилось, оно достигло пяти баллов. Секунд 15 был слышен какой-то неясный, но мощный гул, раскачивались люстры, коллеги, работающие на верхних этажах нашего тридцатиэтажного здания, говорят, что оно качалось ощутимо. Нечто похожее происходит сегодня и в политической жизни Германии: всё качается, шумит, бурлит. Ничего удивительного. Страна переживает последствия двух политических землетрясений, случившихся на прошлой неделе - изгнание из правительства министра обороны и уход (как бы добровольный) генерального менеджера концерна Deutsche Telekom.

Обе отставки (совсем как настоящее геологическое землетрясение) являются отражением глубинных процессов. Нельзя забывать, что ровно через два месяца - 22 сентября - Германия, как говорит канцлер Шрёдер:

"22 сентября решается многое - избирателям предстоит решать, куда будет двигаться Германия в следующие четыре года - вперед, в будущее, или назад. Народу предстоит выбирать между мечтой о социальной, современной Германией и попытками решать проблемы устаревшими методами".

Шредер уверен: вперед страна может идти только в том случае, если народ выберет его и объясняет: “Мы отправились в путь четыре года назад, но до цели еще далеко, правительство решило не все намеченные задачи, но в целом оно действовало правильно, а потому нельзя ни останавливаться, ни поворачивать назад. Если не выберете нас, страна повернет назад”. По-русски в таких случаях говорят: “Коней на переправе не меняют”. С этим трудно не согласиться, но цель, к которой красно-зелёный кабинет ведет Германию уже четыре года, от этого не становится яснее. Как не становятся понятнее и те достижения, на которые намекает Шредер.

Главная проблема Германии...

Главная проблема Германии - безработица. Шрёдер, получая в 1998 году власть, неосмотрительно назвал слишком конкретную цель, которой он хочет добиться к выборам 2002 года: снизить число безработных до трёх с половиной миллионов человек. Это сделать не удалось. Отвечая на упрёки оппозиции, канцлер объяснил нынешнюю весьма печальную ситуацию на рынке труда так:

"Эта цель не была достигнута, поскольку мы столкнулись со сложными перекосами в мировой экономике, которых никто не может отрицать".

Это всё отговорки - уверен соперник Шрёдера лидер оппозиционного блока ХДС/ХСС Эдмунд Штойбер:

"Это всё отговорки. Раньше, когда он был премьер-министром федеральной земли Нижняя Саксония, Шрёдер объяснял все проблемы этой части Германии тем, что правительство Гельмута Коля проводит неправильную политику. Теперь Шрёдер сваливает вину на мировую экономику. Скоро он свалит всё вину на ООН".

Сейчас только ленивый не ругает систему занятости и трудоустройства в Германии и не говорит, что правительство не проводит никакой политики занятости. Стремясь опровергнуть это распространённое мнение и даже попытаться переломить ситуацию, правительство Шредера создало недавно комиссию, которая сейчас готовит проект реформы рынка труда. Комиссия и ее проект названы по имени ее руководителя - менеджера Петера Хартца, члена руководства концерна “Фольксваген”.

...и попытки ее решения

Окончательная редакция проекта еще не опубликована, но в принципе цели комиссии ясны: заставить безработного работать за любые деньги, сделать систему трудоустройства и выплаты пособий менее громоздкой, более дешёвой. Так, предлагается в каждом из 180 ведомств по трудоустройству создать фирмы, действующие по принципу “проката” рабочей силы. Став безработным и не найдя сразу нового рабочего места, человек должен поступать на такую “прокатную” фирму и быть всегда готовым отправиться, куда прикажут. Сегодня вы можете “по разнарядке” оказаться на каком-то заводе, завтра в магазине, послезавтра в гараже. При этом вам гарантирован определенный доход, хотя реально вы будете получать меньше, чем те, кто работает на этом заводе или в этом магазине постоянно.

Для работника главное преимущество такой формы труда заключается в том, что в какой-то момент он может при удачном стечении обстоятельств оказаться нанятым тем предпринимателем, к которому пришел “по разнарядке”. Для предпринимателя такая форма удобна тем, что он нанимает человека только на конкретную работу и не вступает с ним ни в какие юридические отношения - рабсила становится дешевле, значит и немецкие товары будут более конкурентоспособными, значит, оживёт рынок труда. Комиссия прорабатывает и целый ряд других предложений, направленных на улучшение ситуации на рынке труда.

Отсутствие общей цели

Все было бы хорошо, но, как подчёркивает Эдмунд Штойбер, кандидат оппозиции на пост канцлера, то, что мы слышим от представителей комиссии, доказывает отсутствие общего политического руководства, отсутствие общей цели, которую должно было сформулировать правительство.

"Постоянно мы слышим из комиссии то одни предложения, то другие. Это показывает, что работа комиссии не организована, предложения не подготовлены и не проработаны".

Оппозиция уверена, что власть не знает, как реорганизовать рынок труда, где найти работу для всех и как вести борьбу с безработицей. Но проблема значительно глубже, ни канцлер, ни оппозиция говорить об этом не хотят, ведь, чтобы заставить безработного работать, нужно сделать безработицу невыгодной, т.е. сократить пособия по безработице, а это отбросит миллионы безработных и членов их семей за уровень бедности, за тот порог, через который они не смогут никогда перебраться. Иными словами, чтобы изменить ситуацию, нужно принимать решения, которые не понравятся слишком многим из тех, кто придёт голосовать 22 сентября.

Обещания канцлера

Шредер уверен, что его правительство сумело добиться баланса между интересами предпринимателей и наёмных рабочих, то есть социальное рыночное хозяйство осталось и социальным, и рыночным.

Шредер обещает реформировать систему ведомств по трудоустройству, но убеждает, что урезания прав работающих не будет.

С этим трудно спорить или соглашаться, поскольку все это чисто субъективно, никаких конкретных данных не существует. Ясно одно: Шредер всеми силами старается привлечь на свою сторону рабочих, а в 1998 году ставка делалась на некую середину общества.

Процесс контролю власти уже не поддается

Лотар Шпэт, эксперт по вопросам экономики в “теневом” кабинете Эдмунда Штойбера, подчёркивает, что социал-демократы и “зелёные”, находящиеся у власти, в принципе не способны вывести страну и рынок труда из нынешней ситуации, поскольку стремятся контролировать всё, что только возможно, управлять всем, что происходит, вместо того, чтобы определять только общее направление движения.

Лотар Шпэт, в принципе, прав, но можно быть уверенным, что, если он окажется в кресле министра труда и экономики, то точно так же, как нынешние министры, не сможет ничего изменить. По меньшей мере за четыре года пребывания у власти.

Две отставки, которые потрясли страну

В этой связи символичны те две отставки, обсуждение которых продолжает сотрясать политический ландшафт Германии. Ведь оба кадровых вопроса обнажили проблемы, которые только частично связаны лично с канцлером. Что касается министра обороны, то он никогда не был популярен, и сейчас все, даже оппозиционные политики, согласны с тем, что его нужно было снимать. Шрёдера критикуют только за то, что он не сделал этого раньше. Рона Зоммера, шефа концерна Deutsche Telekom, крупнейшей в Европе телекоммуникационной компании, по мнению наблюдателей, “ушли”, сделав виновным в падении курса “народной акции”, так пять лет назад были названы акции Tелекома. Но уволен Зоммер только в связи с предстоящими выборами. Дело в том, что основной акционер концерна Deutsche Telekom – государство. Ему принадлежат 43% акций. Остальное в руках примерно трёх миллионов граждан, т.е. избирателей. Чтобы показать им свою заботу, государство и возложило вину за все беды самой крупной германской компании на Зоммера: мол, его неумелая политика повергла концерн и акционеров, т.е. народ, в столь затруднительное положение.

Но, если вдуматься, в чём виноват Зоммер? Говорят, что из-за него миллионы акционеров потеряли колоссальные деньги. Но ни он, никто другой не говорил никогда, что покупка акций это сберкнижка. Всех, кто покупает акции, предупреждают о риске и проблемах. Неужели Зомер виноват в том, что все фирмы в мире, работающие в области телекоммуникаций, уже несколько лет находится в кризисе? Но Телеком оказался в лучшем положении, чем его иностранные конкуренты. Сколько фирм в мире ушли с рынка, другие живут в долг, каждый день с ужасом наблюдая, как кривая стоимости их акций неумолимо ползет вниз. Разве Зоммер виноват, что американская экономика, с которой тесно связана экономика Германии, оказалась в нынешнем кризисе?

Нет, но все ждали от Зоммера экономического чуда. Шредеру в преддверье выборов необходимы были результаты его экономической политики, но хвалиться оказалось нечем: ни политики, ни результатов. Ждать чуда больше нет времени. А главное, отвести критику от правительства, ведь всем ясно, что все стратегические решения Зоммер принимал не самостоятельно, а с согласия Наблюдательного совета, в который входят и представители правительства.

Восток – Запад: пропасть остается широкой

Катастрофически высоким остаётся уровень безработицы на Востоке Германии - порой до 25 процентов.

Кандидат на пост канцлера Эдмунд Штойбер подчёркивает, что сближения восточной и западной частей Германии не происходит, более того, они отдаляются друг от друга. Если на западе есть хоть какой-то прирост, то на востоке наблюдается только спад. Тому, кто заканчивает четырёхлетний период правления с такими результатами, избиратели должны показать не жёлтую, а красную карточку. О том, что разрыв между востоком и западом Германии возник и укрепился ещё при канцлере Коле, об этом оппозиция предпочитает не напоминать, хотя бы для того, чтобы не создавать у избирателя ощущения растерянности и безысходности, какое возникает при землетрясении, качнувшем крайний запад Германии в понедельник.

Виктор Агаев, НЕМЕЦКАЯ ВОЛНА