1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мнения

Политику ООН определяют не народы, а правительства

Реальность отводит ООН скромную роль: в вопросах обеспечения мира она служит, в первую очередь, форумом для обмена мнениями, считает автор комментария Клаус Даман.

default

"Мы, народы объединенных наций…" – этими словами начинается преамбула к Уставу ООН. Звучит красиво, однако не соответствует действительности. Организация Объединенных Наций была основана 60 лет тому назад, 26-го июня мы отмечаем этот юбилей. Но ни тогда, ни сегодня судьба ООН не зависела от народов, ее всегда определяли правительства. Причем далеко не все они пришли к власти путем демократических выборов. Даже среди пяти постоянных членов Совета Безопасности, одного из главных органов ООН, находились, да и сегодня находятся, диктаторские или авторитарные режимы. Любой из них может воспользоваться своим правом вето, чтобы обречь ООН на бездействие.

Впрочем, и свободно избранные правительства не всегда выражают в Совбезе ООН волю своих народов. Достаточно напомнить, что лидеры Испании и Великобритании проголосовали за войну в Ираке, хотя большинство англичан и испанцев выступали решительно против нее.

Непреодолимые противоречия

Первое предложение преамбулы к Уставу наглядно демонстрирует те противоречия, которые с самого начала затрудняли работу ООН. В годы "холодной войны" Совет Безопасности практически не мог выполнять свою основную задачу, а именно: обеспечивать мир и безопасность на планете. Конечно, во многих случаях "голубые каски" сыграли положительную роль в поддержании мира после вооруженных конфликтов. Но ударение тут приходится делать на слове "после". А вот предотвратить войны ООН в большинстве случаев была не в состоянии – тут можно вспомнить о войнах в Корее или во Вьетнаме. Правда, после завершения конфликта между Западом и Востоком в конце 80-х годов право вето практически не применялось. Однако война в Ираке продемонстрировала, что Совет Безопасности в состоянии предотвратить вооруженный конфликт только при условии, что этого хотят все его постоянные члены без исключения.

Реформа не поможет

Этого не изменит и та реформа, которую наметил Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. Он намерен расширить состав Совета Безопасности с 15-ти до 24-х или 25-ти членов. Вне зависимости от того, получат ли новые страны постоянные или временные места, дееспособности это Совету Безопасности не прибавит. Хуже того, чем шире будет состав, тем труднее будут даваться решения. Главный камень преткновения – право вето. Надежд на то, что его удастся изменить хотя бы на йоту, не питают даже самые безудержные оптимисты.

Реальный расклад сил в мире изначально обрекает на провал и вторую идею Кофи Аннана. Она заключается в том, чтобы в тех случаях, когда доказательная база вызывает сомнения, как это было в деле с Ираком, вооруженное вмешательство допускалось лишь с санкции Совета Безопасности. Единственная сверхдержава - США - никогда этого не допустит, поскольку на деле это было бы равносильно отказу от взятой ею на себя роли мирового полицейского.

Реальность ООН

Конечно, будущее ООН заслуживает самых глубоких размышлений. Но, может быть, не стоит выдвигать завышенных требований, которые невыполнимы на практике. Ясно ведь одно: объединенные нации объединены ровно настолько, насколько это допускают входящие в Организацию страны и, прежде всего, постоянные члены Совета Безопасности.

Реальность отводит ООН более скромную роль: в вопросах обеспечения мира она служит, в первую очередь, форумом для обмена мнениями. В отдельных случаях даже удается принимать решения о конкретных мерах по поддержанию мира. Но в конечном счете ответственность за мир во всем мире лежит не на Организации объединенных наций, а на всех государствах-членах ООН.