1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Карьера

Поколение нытиков: кто и зачем пишет романы о карьере

В "практикантских романах" достается и шефам, и родителям, и политикам. Молодые немецкие авторы пишут о поколении тридцатилетних. "Вечных практикантов" критики называют нытиками.

Мужчина плачет, разговаривая по телефону

Погоня за жалостью может стать видом спорта!

Только что покинувшее университеты поколение тридцатилетних гуманитариев "кочует" по городам Германии, проходя одну стажировку за другой. Молодые специалисты пытаются найти рабочее место себе по сердцу и получить постоянный контракт на работу. Они взрослеют, влюбляются и пытаются разобраться, чего же они на самом деле хотят. Некоторые представители этого поколения смело берутся за перо и описывают свой опыт в романах. Нередко их называют "поколением нытиков".

Жизнь в трех сумках

Романы о положении "вечных практикантов" прочно заняли свое место на полках книжных магазинов. О поиске себя, цели в жизни, о судьбе "кочевника", о том, как прожить на несколько евро в день, как стать взрослым. На "практикантские романы" не обращают внимания серьезные литературные критики, зато их жадно проглатывают те, для кого они и предназначены: поколение тридцатилетних.

"Приехать, вытащить вещи из сумок. А можно и не вытаскивать. Мне кажется, я одновременно существую в нескольких местах. Уже в первый свой вечер на этом месте я знаю, как будет выглядеть последний день моего пребывания. Путешествие давно перестало быть приключением. Теперь это стало ритуалом.

С годами я разработал целую систему укладки багажа, которая облегчает мне постоянные переезды. На спине рюкзак, в правой и левой руке - по сумке. Я научился складывать в эти три сумки всю свою жизнь. Она перемещается со мной. Сопровождает меня в путешествии без цели. Все, что не помещается в мою жизнь кочевника, я когда-то оставил в доме у родителей – книги, телевизор, комнатные растения, фотоальбомы. Заберу ли я когда-нибудь эти вещи? Наверное, только тогда, когда действительно обрету свой дом", - так начинается роман немецкого автора Себастиана Криста (Sebastian Christ) „…und wünsche Ihnen für die Zukunft alles Gute“ ("…и желаем вам в будущем всяческих успехов!").

Себастиан Крист

Себастиан Крист

"Я написал книгу о человеке, который вертится в череде бесконечных практик и неожиданно замечает, что в этой гонке он потерял что-то очень важное, - говорит писатель. – Я хочу показать, что коллекционировать бонусы в своем резюме, чтобы произвести впечатление на работодателя, - не лучший способ провести свою молодость. В жизни есть что-то более важное".

Седина в голову – детство продолжается

"Неожиданно оказалось, что уже давно надо было принять решение о том, в какое русло направить свою жизнь. Если к настоящему моменту ты еще не достигла цели, то в путь ты уже давно должна была тронуться. В конце концов, ты уже стала взрослой. Правда, еще никогда не чувствовала себя более ребенком".

Обложка романа ''И вдруг потом стало сейчас''

"И вдруг потом стало сейчас"

А это первые строки романа Елены Зенфт (Elena Senft) "Und plötzlich ist später jetzt" ("И вдруг потом стало сейчас"). "Это книга о тридцатилетних, - рассказывает автор. - Их жизнь может показаться странной, у них появляются первые морщины и первые седые волосы, но они до сих пор вынуждены проходить неоплачиваемую стажировку и делить квартплату с друзьями, потому что на отдельную квартиру денег не хватает. Вот такой у нас процесс взросления".

Поколение "Всегда готов"

"Поколение практикантов" обвиняют в том, что оно слишком мрачно смотрит на мир. "Очередной плач Ярославны от молодежи", - говорят литературные критики. У авторов "практикантских романов" на этот счет есть свое объяснение. "Не могу себе представить, что оптимистический роман об успешной карьере смог бы сегодня стать популярным, - говорит писатель Себастиан Крист. - Для такого сюжета просто нет повода". "У нашего поколения есть причины для жалоб, - вторит ему Елена Зенфт. - Поколению отцов было куда легче. Когда отец говорит, что я должна бросить эти подработки и получить нормальную профессию, то мне сразу становиться понятно, как сильно изменились времена".

Елена Зенфт

Елена Зенфт

Однако, вопреки мнению критиков, тридцатилетние не рисуют жизнь исключительно в черном свете. Роман Елены Зенфт пронизан юмором. Описанное ею поколение на десятилетия застряло в "подростковом возрасте". Его не жалеешь, ему даже завидуешь. Завидуешь беззаботности, легкости, отсутствию обязательств. Хотя у этой легкости есть и обратная сторона. "Нас научили быть всегда готовыми к переменам, - говорит Елена Зенфт. – Мы всю жизнь пребываем в поисках нового опыта. Не могу представить себе, чтобы я вдруг решила остановиться на одном месте. Я даже не могу запланировать рождение ребенка – не хватает ни времени, ни денег".

Одиночки и кочевники

Герой Себастиана Криста все же приходит к традиционным ценностям – любви, дружбе, семье. Череда практик, сложности с работой – это фон, хотя и задающий тему или даже жанр. "Не берусь утверждать, что "практикант" - это массовый феномен, - говорит Себастиан Крист. – Сказать, что все поколение работает забесплатно я не могу". Действительно, согласно статистике, подавляющее большинство выпускников немецких университетов довольно быстро находит работу, гуманитарии здесь не исключение. Отличный пример тому – судьба самих "писателей-практикантов". Себастиан Крист работает в берлинском офисе журнала Stern. Елена Зенфт вместе с подругой организовала журналистское бюро Goldschrift. Дела у них идут неплохо.

Безусловно, можно воспринимать "практикантские романы" гуманитариев как "голос поколения". Однако молодые банкиры или инженеры, не испытывающие сложностей в поиске работы, как правило, не пишут романов. Сами молодые писатели меньше всего желают быть рупором масс. "Я никогда не хотел быть "классным старостой" поколения и отвечать за всех ", - говорит Себастиан Крист Мартин.

Смотрите также: правила поведения на собеседовании.

Контекст