1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Рынок и человек

Поддельные евро

14.08.2002

Сегодня мы поговорим о подлинных и поддельных евробанкнотах – а также об их качестве. Вы узнаете, как Европейский центральный банк оценивает растущую активность фальшивомонетчиков, и услышите различные точки зрения по поводу прочности и долговечности новых еврокупюр. А затем речь у нас пойдёт о финансово-экономическом кризисе в Латинской Америке. Насколько опасен аргентинский вирус? Почему Международный валютный фонд предоставил Бразилии самый крупный в своей истории кредит? Может ли Восточная Европа пострадать от событий на другом конце земного шара? Ответы на эти вопросы – в ближайшие четверть часа.

Три недели назад я уже обращался к теме фальшивых еврокупюр – тогда Бундесбанк, немецкий федеральный банк, как раз опубликовал соответствующую статистику по Германии. И вот теперь появились данные, касающиеся уже всей зоны действия валюты евро – их обнародовал во Франкфурте-на-Майне Европейский центральный банк. С подробностями – Анастасия Сорвачёва.

Со дня введения евро в наличное обращение прошло уже более семи месяцев – достаточный срок для фальшивомонетчиков, чтобы научиться подделывать новые купюры. Даже то, что банкноты евро обладают большим количеством признаков подлинности, мошенников не останавливает. Европейский центральный банк уже зафиксировал почти 22 000 фальшивок. Это значит, что в среднем в странах Европейского Союза ежедневно изымается из обращения 121 поддельная банкнота. Пока, как считает европейский Центробанк, это не так много, особенно если учитывать, что в обороте сейчас находится 7 миллиардов купюр евро. Однако число подделок неуклонно растет, а вместе с ним растет и качество их исполнения. Так, в конце июля Бундесбанк официально заявил, что в Германии впервые появились действительно трудноотличимые от настоящих поддельные банкноты. Речь идет о выполненных на высоком техническом уровне купюрах достоинством в 50 евро. Напечатаны они были, судя по всему, во Франции. Вообще «полтинники» подделывают наиболее часто: около 65 процентов всех фальшивых денег - это купюры в 50 евро. Гораздо реже банкнот подделывают монеты. До сих пор было отмечено только 68 случаев. Однако банк считает, что число фальшивой мелочи, скорее всего, намного выше.

Европейский центральный банк, а также национальные Центробанки 12 стран еврозоны заявляют, что полностью контролируют ситуацию, связанную с ростом числа подделок. При ЕЦБ уже действует Центр анализа фальшивых денег.

Итак, качество поддельных евробанкнот неуклонно растёт. В то же время качество подлинных купюр, вернее – той бумаги, на которой они напечатаны, стало вызывать нарекания. Я вновь предоставляю микрофон Анастасии Сорвачёвой, которая продолжит тему.

Еврокупюры быстрее приходят в негодность, чем в прошлом дойчмарки. Такое сообщение появилось в это воскресенье в немецкой бульварной газете Bild am Sonntag. Газета отмечает, что за минувшие семь месяцев в одной только Германии было изъято из оборота 50 миллионов банкнот евро. Все они были порваны, помяты или сильно потёрты. Ссылаясь на экспертов, Bild am Sonntag утверждает, что банкноты евро не такие прочные, как дойчмарки. Они печатаются на более тонкой бумаге. Кроме того, для производства новой валюты используется менее стойкая типографская краска, которая довольно часто размазывается. Многие новые купюры продержались всего лишь три месяца, заявил в интервью газете Bild am Sonntag Рольф Рикен (Rolf Rieken), глава филиала Бундесбанка в Дрездене. Рольф Рикен (Rolf Rieken) также подчеркнул, что банкноты немецких марок в среднем 5 раз проходили через их филиал и вновь запускались в обращение. Евро приходят в негодность уже после 3-го полного круга. Таким образом, продолжительность жизни у евро почти на 40 процентов ниже, чем у дойчмарок. А ведь замена испорченных купюр на новые – дорогое удовольствие для налогоплательщиков. На производство каждой банкноты евро тратиться около 10 центов. Простой подсчет позволяет сделать вывод, что всего за семь месяцев Германии пришлось потратить уже 5 миллионов евро только на то, чтобы напечатать новые деньги вместо изъятых из оборота. Кроме того, количество банкоматов, которые не справляются со своей задачей и выходят из строя из-за невысокого качества общеевропейской валюты, увеличилось вдвое по сравнению со временами хождения немецкой марки. И тем не менее главный кассир Бундесбанка во Франкфурте-на-Майне Петер Вальтер (Peter Walter) решительно отметает утверждения о низком качестве евро. По его словам, вся проблема в том, что некоторые евробанкноты чуть шире, чем были дойчмарки. Поэтому многие портмоне по размеру просто не подходят для евро. Края купюр сминаются и рвутся еще в кошельках.

С официальным опровержением статей, опубликованных в немецкой прессе, выступила и пресс-служба Бундесбанка. Она заявила: действительно, 50 миллионов купюр евро было отбраковано, однако это составляет всего от 2 до 3 процентов от общего числа находящихся в наличном обращении банкнот. На основе этих данных можно сделать обоснованный вывод, что новые бумажные деньги такие же прочные, как и старые, подчеркивает пресс-служба Бундесбанка.

Споры о качестве евро, видимо, еще будут продолжаться. Но пока простым гражданам, таким, как мы с Вами, важно знать одно – новые европейские деньги лучше не стирать в стиральной машине. Особенно это касается банкнот достоинством в 10 евро. Один из немецких телеканалов провел тест: немецкие марки и евро были отправлены в стиральную машину. И выяснилось, что при высокой температуре у многих «евродесяток» полностью исчезла серебристая голографическая полоса. А немецкие марки достойно выдержали испытание и выглядели после стирки так же, как и до нее.

«Аргентинский вирус»

А теперь обратимся к ситуации в Латинской Америке. Там продолжается распространение экономической эпидемии, вызванной аргентинским вирусом – профессиональные финансисты называют его на своём жаргоне танго-вирус. О том, насколько он опасен, говорит следующий факт: на прошлой неделе Международному валютному фонду пришлось предоставить Бразилии кредит в размере 30 миллиардов долларов. Это – рекордная сумма за всю историю существования МВФ. Для сравнения: после августовского кризиса 1998-го года Россия получила от фонда около 5 миллиардов долларов. А тут сразу 30 миллардов! Похоже, что Бразилия, действительно, оказалась этим летом у опасной черты. И произошло это в том числе из-за Аргентины. Так в чём же особенности танго-вируса – и к каким экономическим осложнениям он может привести?

Первой жертвой вируса стала сама Аргентина: в конце прошлого года это государство оказалось неплатёжеспособным и было вынуждено объявить дефолт, то есть прекратило обслуживать свои долги. Одновременно произошла девальвация национальной денежной единицы, а валютные банковские счета частных лиц были заморожены. В общем, ситуация до боли напоминает август 98-го года в России. Правда, минувшей зимой ещё была надежда, что аргентинский вирус не перекинется на другие страны. Нынешним летом с этой надеждой пришлось расстаться. И в соседней Бразилии, самой крупной и экономически наиболее мощной стране Латинской Америки, и в богатой нефтью Венесуэле, и даже в такой сравнительно благополучной стране, как Чили, рухнули курсы национальных валют. В Уругвае, например, в конце июня один американский доллар можно было купить примерно за 17 песо. А уже в начале августа за один доллар приходилось платить 28 песо. Основной причиной обвала валют стал рост недоверия со стороны международных инвесторов, что и привело к подчас паническому бегству капитала из целого ряда стран. Неужели танго-вирус настолько опасен? Немецкий учёный Хартмут Хеншель (Hartmut Henschel), возглавляющий в Буэнос-Айресе Институт маркетинговых и социологических исследований Demoscopia, отвечает на этот вопрос так:

«Опасность заразиться существует, безусловно, всегда, однако та острая форма заболевания, которую мы наблюдаем сейчас, возможна только при условии, что система изначально была слабой и болезненной. Причём я имею в виду не только Бразилию или Уругвай – речь идёт о явлениях, характерных и для других латиноамериканских стран: это коррупция, укрывательство от налогов, недееспособность государственных структур. К сожалению, практически все государства континента страдают от этих недугов. Поэтому им и не хватает иммунитета в ситуации, когда где-то по соседству начинается острый кризис – их сопротивляемость ослаблена непрекращающейся болезнью. Вот и получается, что эффект домино почти что неизбежен».

Именно для того, чтобы предотвратить эффект домино, Международный валютный фонд и предоставил Бразилии рекордный по своим размерам кредит. Ведь если и эта страна окажется неплатёжеспособной, то тогда может закачаться уже вся мировая финансовая система. Именно по такой схеме и развивались события 97-го и 98-го годов: сначала обвалились валюты в Таиланде и Индонезии, затем финансовый кризис охватил всю Азию, после чего он перекинулся и на Россию. Дело в том, что международные инвесторы причисляют Россию, как и страны Азии и Латинской Америки, к развивающимся рынкам. На вложения в эти рынки инвесторы отводят определённую часть своих многомиллиардных средств. Так вот, если капиталовложения, скажем, в бразильские ценные бумаги начинают приносить убытки, то инвесторы могут попытаться компенсировать возникшие потери за счёт продажи прибыльных позиций, например, в России. И если в Бразилии усиливается бегство капитала, то международные инвесторы на всякий случай выводят средства и из других стран данной категории. В 98-м году именно так всё и происходило: азиатский кризис привёл к паническому бегству инвесторов со всех развивающихся рынков, и весьма слабая российская финансовая система от такого оттока капитала просто рухнула. Сейчас – совсем другие времена: ситуация в России достаточно стабильная, финансовый кризис ей не грозит, средств на обслуживание внешних долгов вполне хватает. Однако острый кризис в Бразилии неминуемо привёл бы к тому, что условия заимствования на внешних рынках для России бы ухудшились. Поэтому предоставление Бразилии гигантского кредита Международного валютного фонда косвенным образом отвечает и российским интересам. Но способен ли такой кредит вывести Бразилию из кризиса - или он только увеличит и без того огромные долги этой страны? Немецкий социолог Хартмут Хеншель, живущий и работающий в Буэнос-Айресе, в качестве отрицательного примера приводит Аргентину, которая в 90-е годы, во времена правления президента Карлоса Менема, получала бесчисленные займы.

«Во времена Менема государственная задолженность возросла с 63 миллиардов до 120 миллиардов. До сих пор никто точно не знает, куда подевались все эти деньги. Когда, например, Всемирный банк попытался выяснить судьбу выделенных им целевых кредитов, его эксперты пришли к выводу, что строго по назначению использовалась только треть предоставленной суммы».

Хартмут Хеншель весьма скептически относится к деятельности Международного валютного фонда и считает, что он несёт часть ответственности за нынешние финансовые проблемы Латинской Америки:

«Мы имеем дело с системами, которые не функционируют. Системами, которые насквозь коррумпированы. Системами, не имеющими какой-либо чёткой политической концепции. Их финансировали извне, потому что это отвечало каким-то определённым интересам. И Международный валютный фонд, к сожалению, в этом участвовал, что никак не соответствует его первоначальному предназначению. Его первоначальное предназначение состояло ведь в том, чтобы помогать преодолевать локальные кризисы, которые могли бы угрожать нормальному функционированию всей мировой экономической и финансовой системы. Однако кредиты Международного валютного фонда привели к тому, что эта система то и дело даёт сбои. То есть фонд добился полной противоположности того, для чего был создан».

Оправдана ли столь суровая оценка – покажет будущее. Во всяком случае пока кредит МВФ несколько стабилизировал положение в Бразилии и соседних с ней странах. Но немецкий социолог Хартмут Хеншель, безусловно, прав в другом: финансовая помощь извне не способна коренным образом изменить ситуацию. Подлинное оздоровление стран Латинской Америки может происходить только изнутри.

Многие утверждают, что если бы Аргентина сумела хотя бы на один-два года избавиться от коррупции, то экономическая ситуация в этой стране резко бы улучшилась и проблема внешней задолженности была бы практически снята. Впрочем, дело не только в коррупции. Другая проблема – это укрывательство от налогов. По оценкам специалистов, государство и, соответственно, всё общество ежегодно недополучает примерно 24 миллиарда долларов. В какой-то другой стране эта сумма может показаться не столь уж большой, однако для Аргентины, население которой составляет всего 36 миллионов человек, каждый миллиард – это просто гигантские деньги.

Но способна ли Аргентина побороть коррупцию? Осознаёт ли её народ, что так, как раньше, жить больше нельзя? Похоже, что нет, ведь самым перспективным кандидатом на пост президента этой страны сейчас является всё тот же Карлос Менем, которого подозревают в отмывании денег и незаконной торговле оружием.