1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Музыка

Первая мировая: композиторы на фронте

Летом 1914 года большинство европейцев верило, что война скоро кончится. Добровольцами на фронт отправилось и множество музыкантов, в том числе композиторов. Вернулись не все.

Бесстрашно броситься в бой с врагом и отстоять с оружием в руках любимую страну - эта тема, архетип человеческого сознания и лейтмотив европейской культуры, играет немаловажную роль и в музыке, особенно в опере. Задолго до начала Первой мировой войны боевые подвиги и героическая смерть за родину были рутиной на любой провинциальной сцене. Собственного фронтового опыта у большинства музыкантов на сцене и в оркестровой яме при этом не было и быть не могло: ведь последние боевые действия имели место 45 лет назад - в ходе немецко-французской войны 1870-1871 годов.

Рихард Штраус: патриотизм подальше от фронта

Когда кайзер Вильгельм II (Wilhelm II.) объявил в Берлине 1 августа 1914 года всеобщую мобилизацию, Рихард Штраус (Richard Strauß), разделявший лавры самого популярного композитора Германии с коллегой Хансом Пфицнером (Hans Pfitzner), только что отметил свое пятидесятилетие. Как и 45-летний Пфицнер, Штраус был "слишком стар" для призыва на строевую службу. Несмотря на то, что автор "Кавалера розы" приветствовал начало Первой мировой войны ("Меня исполняет возвышенное сознание, что наши страна и народ находятся в начале пути своего развития и непременно должны установить и установят гегемонию над остальной Европой", писал он), композитор был весьма удовлетворен возможностью узнавать о кровопролитных боях из газет.

Музыкальные дети войны: от додекафонии до "Воццека"

А вот 41-летний на тот момент австрийский композитор Арнольд Шёнберг (Arnold Schönberg) получил повестку и с удовольствием фотографировался в военной форме. "Я был горд, что был призван к оружию, - писал Шёнберг. - В качестве солдата я исполнял свои обязанности страстного поклонника дома Габсбургов и их 800-летней мудрости правления. Нет, я не пацифист. Протестовать против войны столь же бесперспективно, как протестовать против смерти. И то, и другое является методом обновления человечества".

Арнольд Шёнберг

Арнольд Шёнберг

Правда, учитывая все-таки не самый юный возраст "непацифиста" и его уже достаточно большую известность, Шёнберга не отправили на фронт. Он прошел обучение как офицер резерва, а в 1917 году закончил войну руководителем военного оркестра. В письмах и дневниках он сокрушается по поводу примитивности такого рода "функциональной музыки". Вскоре он совершит революцию в технике композиции, предложив мировому музыкальному сообществу додекафонию - двенадцатитоновый метод.

Хуже пришлось одному из любимых учеников Шёнберга, композитору Хансу Эйслеру (Hanns Eisler). 18-летний Эйслер отправился на фронт, не совсем понимая, что его ожидает, с солидным запасом нотной бумаги в багаже. Представления о том, что в перерывах между боями он будет записывать, привалившись к стенке окопа, посетившие его творческие идеи, оказались, разумеется, утопическими.

Перемена сознания

Характерным для эпохи было отношение к войне и двух других учеников Шёнберга и ключевых композиторов "ново-венской школы" Альбана Берга (Alban Berg) и Антона Веберна (Anton Webern). Поначалу оба друга были буквально "больны" войной.

Антон Веберн в канун войны

Антон Веберн в канун войны

"Я должен пойти на фронт! Я должен! Я больше не вынесу этого бездействия", - писал аристократ Веберн Бергу в сентябре 1914 года. К счастью, оба композитора фигурировали в списке министерства обороны как личности, представляющие интерес для нации. Обоих отправили служить подальше от линии фронта: Веберну поручили обучение рекрутов, Берг нес службу за столом в министерстве обороны в Вене.

Характерно, что оба офицера-композитора закончили войну пацифистами, исполненными глубокого отвращения к любым проявлениям солдафонства и военщины. Уже в годы Первой мировой Берг начинает работать над своим центральным сочинением - оперой "Воццек". Личные фронтовые впечатления композитора легли в основу этого страстного "объяснения в ненависти к казарме".

Патриотизм и его последствия

Не только немецкие композиторы рвались на фронт: горячим желанием взять в руки оружие был исполнен и, скажем, французский композитор Морис Равель. В 1915 году его желание исполнилось. "Автомобилист первого часа", Равель стал водителем грузовика, курсировавшего между линией фронта и тылом. Вид раненых солдат, изуродованных тел произвел на него неизгладимое впечатление. Парижские друзья свидетельствовали, что с фронта он вернулся другим человеком: "старше на 10 лет и с погасшими глазами".

В возрасте 22 лет на фронт попал Пауль Хиндемит (Paul Hindemith), в будущем - один из отцов-основателей европейского музыкального авангарда. Барабанщик в военном оркестре, задачей которого было поднимать боевой дух солдат, Хиндемит стал свидетелем кровопролитных боев и авианалетов во Фландрии. "Кровь, изрешеченные пулями тела, обнаженный мозг, оторванная лошадиная голова, осколки костей - ужасно", - фиксирует в дневнике 20-летний Пауль. В том же году на фронте в возрасте всего 44 лет погибает отец композитора.

Ушли и не вернулись

Те, кто вернулся с фронта живыми, могли считать себя счастливцами. Многие сложили головы, еще не успев себя реализовать - как, например, подававший большие надежды немецкий композитор Руди Штефан (Rudi Stephan). В 1911 году он впервые представил публике свою композицию. В 1914 году, в возрасте 27 лет, был призван на фронт. В сентябре 1915 года погиб под Тернополем.

Джордж Баттерворт, Эрнест Фаррар, Альберик Маньяр - это имена лишь нескольких композиторов, жизнь которых оборвалась на фронте…

Смотрите также:

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме