1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мир

Партия исламского возрождения создавалась в Москве

Наметившееся в последний период существования СССР неумелое обращение с возрождающимся исламом - попытки давления, и одновременное заигрывание, привело к брожению в исламской среде центральноазиатских республик.

default

Репрессии против ислама могут стать бомбой замедленного действия.

В эпоху, когда западный мир борется в глобальном масштабе с проявлениями исламского фундаментализма, невольно возникает вопрос об истоках этого явления. Причем в данном контексте особый интерес вызывают в первую очередь не страны и территории, где исламские традиции не прерывались тысячелетиями – к примеру, колыбель ислама и родина ваххабизма Саудовская Аравия, а постсоветские государства Центральной Азии, оказавшиеся в объятиях радикального ислама, едва вырвавшись из тисков "развитого социализма".

О причинах этого явления говорят сегодня в программе "Фокус" люди, занимавшиеся активной политической деятельностью в период начала исламского возрождения в Узбекистане, лидеры запрещенных ныне партий "Бирлик" и "Эрк" Анвар Усманов и Мухаммед Салих.

Идея исходила из Москвы

Итак, с чего начался политический ислам в Центральной Азии? На этот вопрос отвечает Анвар Усманов:

- Первый шаг сделан был Москвой. Именно в Москву были приглашены руководители четырех исламских духовных управлений и им сказали: "Настало время перестройки, мы предлагаем вам создать партию исламского возрождения". Это было в конце 80-х годов. Естественно, единая партия исламского возрождения, руководимая из Москвы – это нонсенс и партия мгновенно разъехалась по национальным квартирам. Однако, как таковая, партия была создана, и во главе её встал в Узбекистане Абдулла Утаев. Он был довольно мягким и умеренным человеком, у него не было ни капли агрессивности и единственное, чего он добивался – свободы для отправления культов и строительства мечетей.

Однако судьба этого умеренного лидера партии исламского возрождения сложилась печально.

- Абдулла Утаев исчез. Он был арестован и до сих пор никто не знает, где он. Можно предполагать, что с ним просто физически расправились в милицейских застенках.

Первый шаг к радикализации ислама

Наметившееся в последний период существования СССР неумелое обращение с возрождающимся исламом – с одной стороны, попытки давления, с другой – заигрывание, привело к значительному брожению в исламской среде центральноазиатских республик. Это был первый шаг к радикализации религии, утверждает Анвар Усманов:

- Естественно, что появились духовные лидеры более радикального толка. Они требовали полного невмешательства государства в дела религии, выдвигали и другие немалые требования, будоража общественное мнение. С них всё и началось. Прокатилась волна арестов этих людей, их сторонников и просто тех, кто приходит в мечеть.

Идеология "нового ислама"

Идеологическая база для радикалов уже была, утверждает Мухаммед Салих:

- Политизация ислама в Узбекистане началась с середины 80-х годов. В этом процессе очень сильным оказалось влияние арабских ученых Саида Кутуба и его брата Мухаммеда Кутуба. Эти два идеолога так называемого "нового ислама" оказали решающее влияние на все исламские движения Центральной Азии. Тогда же в регион пришла первая литература о ваххабизме.

Колыбель религиозного экстремизма

Заметным событием в процессе политизации ислама в Узбекистане стало возникновение партии "Адолат" в Намангане, в Ферганской долине, ставшей позднее колыбелью религиозного экстремизма и главной базой вооруженных группировок Исламского движения Узбекистана:

- "Адолат", собственно говоря, не являлась экстремистской организацией, как её сейчас называют. Просто религиозные деятели в соответствии с нормами шариата решили покончить с коррупцией и преступностью. А после разгрома этой партии началось заметное брожение среди молодежи.

На это брожение режим Ислама Каримова ответил не политическими реформами, а тотальным террором:

- Достаточно было быть священнослужителем или просто посещать мечеть – даже такие проявления религиозности власть решила задушить на корню. Вдруг в республике стало запрещаться совершенно всё. Стали закрываться мечети, начались преследования верующих. Все гайки закрутили до упора. И люди, уже успевшие вдохнуть глоток свободы, начали искать выход из сложившейся ситуации. Таким образом, с 1994-1995 годов на смену мирной, основанной в Москве партии исламского возрождения, пришли радикалы.

"Звездный час" воинствующего ислама

Эти время стало "звездным часом" воинствующего Исламского движения Узбекистана и его лидеров – Джумы Намангани и Тахира Юлдаша. При этом отсутствие возможности вести светскую, демократическую оппозиционную деятельность, привело к тому, что под крышей ИДУ собрались отнюдь не только сторонники радикального ислама. По мнению Анвара Усманова, даже такая одиозная ныне фигура как Тахир Юлдаш отнюдь не являлся в те годы убежденным исламистом:

- Я знаком с Тахиром Юлдашем, нынешним лидером ИДУ, и у меня не сложилось впечатление, что он оголтелый исламист. Наоборот, вначале он говорил, что выступает за совершенно светское государство.

Кроме того, даже политический ислам, по мнению Мухаммеда Салиха, имеет право на существование, если он придерживается норм правового государства:

- Я против того, чтобы политический ислам был загнан в подполье. Если политический ислам не проповедует насилие, если он придерживается существующих в государстве законов, то такой ислам имеет право на существование. А радикализация ислама – прямой продукт государственного террора.

Западня, созданная своими руками

Авторитарные режимы Центральной Азии, по мнению экспертов, сами загнали себя в западню, запретив любую оппозицию. Оппозиционерам со вполне либеральными и светскими взглядами остался единственный аргумент – борьба не на жизнь, а на смерть с Кораном в одной руке и автоматом в другой. И, как утверждает Анвар Усманов на примере Узбекистана, выход из создавшегося тупика будет совсем не прост:

- Прийти к национальному согласию будет очень трудно. Всё зависит от того, что настанет с окончанием эпохи Ислама Каримова, кто придет ему на смену, как сложится равновесие между властью и исламом. Однако своими репрессивными действиями президент заложил под будущее Узбекистана бомбу замедленного действия.

К счастью, не каждая бомба срабатывает. Хочется надеяться, что чаша сия минует и Узбекистан, и другие государства Центральной Азии на их нелегком и не самом прямом пути к построению демократического общества и правового государства.

Контекст

Ссылки в интернете