1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Книги

Памяти нобелевского лауреата Гюнтера Грасса

13 апреля скончался выдающийся немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе Гюнтер Грасс - личность неординарная и неоднозначная.

Гюнтер Грасс (Günter Grass) еще при жизни стал классиком немецкой литературы. Родившийся в вольном городе Данциге (Гданьске) знаменитый немецкий прозаик и прекрасный художник, который, как правило, сам иллюстрировал свои книги (Грасс учился после войны скульптуре, живописи и графике), получил в 1999 году Нобелевскую премию по литературе. Получи, в первую очередь благодаря своему опубликованному за четыре десятилетия до этого роману "Жестяной барабан".

История переставшего расти мальчика Оскара Мацерата, блестяще экранизированная позже Фолькером Шлёндорфом (Volker Schlöndorff), принесла Грассу мировую славу.

Совесть нации?

Гюнтер Грасс - был одним из самых известных и самых читаемых немецких писателей второй половины XX - начала XXI века. И, наверное, самым спорным. Грасс никогда не скрывал своих левых взглядов, активно участвовал в предвыборной кампании социал-демократов, сам был какое-то время членом СДПГ, но потом вышел из нее из-за ее якобы "поправения". В своей нобелевской речи писатель клеймил позором капитализм и вздыхал о "завоеваниях социализма". Грасс всегда претендовал на роль некоей моральной инстанции, "совести нации". Писатель любил наставлять общество, учить, как ему жить.

Генрих Белль, Гюнтер Грасс и социал-демократический канцлер Вилли Брандт

Генрих Белль, Гюнтер Грасс и социал-демократический канцлер Вилли Брандт

А в 2006 году в книге воспоминаний "Луковица памяти" вдруг признался, что в конце войны добровольно пошел служить в войска СС. Грассу тогда было 17 лет. Понятно, что мальчик, выросший в "третьем рейхе", верил нацистской пропаганде и шел защищать родину от "красной опасности", но дело было в другом: почему писатель столько лет скрывал этот факт? Какое он имел право претендовать на роль "апостола нравственности", будучи далеко не безгрешным? Моралист предстал для многих ханжой. Возмущение немецкого общества было велико. Репутации Гюнтера Грасса вся эта история повредила даже больше, чем его неприкрыто отрицательное отношение к воссоединению Германии. Он, кстати, и слова такого никогда не произносил: "воссоединение". Грасс всегда писал о "поглощении ГДР".

Контекст

Впрочем, проиграв в репутации после признания в добровольно-эсэсовском прошлом, Грасс выиграл в тиражах. "Луковица памяти" была переведена на множество языков, в том числе на русский, а следующий том мемуаров Гюнтера Грасса под названием "Ящик" (в русском издании - "Фотокамера") вышел в Германии невиданным для этого жанра тиражом 150 тысяч экземпляров. Но он уже откровенно разочаровал читателей, а последовавшая за "Ящиком" странная книга "Слова Гриммов" вызвала даже неприкрытые насмешки. Она назидательна, полна мрачных пророчеств и жалости к себе. "Я могу сравнить себя, оплеванного и поносимого, с библейским козлом отпущения. В пустыне вещать тяжело", - писал Грасс.

Нарушая собственное обещание не писать больше, Гюнтер Грасс разразился в 2012 году двумя антиизраильскими стихотворениями. О художественных достоинствах этих стихов, больше напоминающих листовки политического содержания, говорить не приходится. Что касается политических тезисов Грасса, то, скажем, министр иностранных дел ФРГ назвал их абсурдными.

Реакция немецких СМИ была менее дипломатичной. "Гюнтер Грасс барабанит невпопад", "Провокационное стихотворение", "Грасс извлек из чулана жестяной барабан", - эти и им подобные заголовки появились в немецких газетах и журналах. К счастью, ни славы, ни таланта у Грасса никто не отнимет. И, как бы мы ни оценивали его выступления, литературные или политические, написанный в середине прошлого века роман "Жестяной барабан" навсегда останется в сокровищнице не только немецкой, но и мировой литературы. И тот факт, что Нобелевскую премию по литературе Гюнтер Грасс получил заслуженно, никому не придет в голову оспаривать, как и его реноме классика немецкой литературы.

Контекст