1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Суть дела

О выплатах за подневольный труд в годы Второй мировой войны

27.06.2002

Сегодня мы в очередной раз попытаемся разобраться с тем, как обстоит дело с выплатой так называемых компенсаций за подневольный труд в годы Второй мировой войны. Я постоянно получаю письма, в которых люди, многим из которых уже за 70, жалуются на то, что никак не могут получить деньги, которые им вроде бы уже причитаются. Одни уверены, что деньги просто разворованы, другие относятся с пониманием, но уже устали ждать и надеяться, тем более, что никакой официальной информации у них нет. Прежде чем переходить к деталям поясню, что более года назад в Германии был создан фонд, который называется «Память. Ответственность. Будущее» и должен выплатить своего рода компенсации тем, кто в годы Второй мировой войны использовался на принудительных работах на нужды немецкой экономики. На Россию Германию выделила примерно 800 миллионов марок, которые должны быть распределены между бывшими подневольными рабочими. 31 декабря прошлого года прием заявлений был прекращен. Говорит представитель фонда Татьяна Соколова:

«В общей сложности в российский фонд поступил примерно 490 тысяч анкет. Это не только по РФ, но и по югу СНГ, который попадает в сферу ответственности российского фонда, это Литва и Латвия. Из общего числа заявлений, поданных в российский фонд 220 000 – это основная категория и 280 000 – расширительная оговорка».

Основная категория – это те, кто находился в концлагерях и гетто, а также работал на промышленных предприятиях. Расширительная оговорка – это те, кто работал в сельском хозяйстве и на различных коммунальных предприятиях, например, на уборке улиц, а также те, кто попали в Германию детьми. Лица, подпадающие под действие расширительной оговорки, будут получать деньги по остаточному принципу. То есть, они получат то, что останется после того, как деньги будут распределены между теми, кто относится к первым двум группам.

«Из 280 000 лиц, подпадающих под действие расширительной оговорки, примерно 60 000 бывшие работники сельского хозяйства».

В связи с этой «сельскохозяйственной» группой у московского фонда возник целый комплекс проблем, частично связанных с выплатой компенсаций в Литве. Рассказывает наш вильнюсский корреспондент Борис Закс:

В основном звучат вопросы: почему так мало, в количественном отношении, выплат и с чем связаны медленные темпы компенсаций?

Говорит представитель фонда Татьяна Соколова:

«По мнению экспертов российского фонда, примерно 80% лиц, привлекавшихся к принудительным работам и ныне проживающих в Литовской республике, - это бывшие принудительные работники сельского хозяйства. Как известно, принудительные работники сельского хозяйства получают деньги по остаточному принципу, после выплаты двум основным категориям. Таким образом, не зависимо от того, с какой скоростью работают российские эксперты, а эксперты у нас сейчас обрабатывают примерно 1500 заявлений претендентов в день, мы не увеличим количество фактически произведенных выплат в Литовской республике. В Латвии ситуация чуть лучше только потому, что к нам поступило больше анкет. Но, в итоге ситуация с выплатами в Латвии будет точно такой же. Подавляющее большинство бывших принудительных работников сельского хозяйства от общего числа подавших заявление проживают в северо-западных регионах России: это Санкт-Петербург, Ленинградская область, Новгородская и Псковская области».

Борис Закс:

Директор российского фонда по организации экспертизы и выплат Сергей Трухачев и помощник председателя правления по связям с общественностью Татьяна Соколова, посетившие на нынешней неделе Вильнюс, заявили еще более резко, что сегодня трагична ситуация по своей сути – 80-85% претендентов являются бывшими принудительными работниками сельского хозяйства, однако российский фонд «Взаимопонимание и примирение» - единственный из партнеров германского фонда, в отличие от польского, белорусского или украинского, которому не разрешили пока выплачивать компенсации этой категории людей. Таким образом, в самом германском законе заложена мина замедленного действия. Представитель Литовского союза малолетних узников фашизма высказал предположение, что возможной причиной такого решения германской стороны явилась предварительная неточная базовая цифра. То есть количественные данные, представленные российским партнером. В результате средств было выделено недостаточно и теперь их не хватает.

Агаев:

Таким образом, мы еще раз убеждаемся, что российская делегация на тех переговорах, которые велись в 1998-99 годах, работала крайне небрежно, может быть, просто равнодушно. К сожалению, сейчас изменить что-либо уже невозможно.

Борис Закс:

В частности немецкие партнеры пока не решили, как быть, скажем, с работавшими на строительстве оборонительных сооружений, например, рыли окопы в составе строительных или вспомогательных частей вермахта. Не ясна пока и ситуация с некоторыми людьми, по документам депортированным в 1944 году, а вернувшимся в 1946. Но в особенности недоумение многих проживающих в Литве претендентов вызывает то, что немецкая сторона не всегда признает документы, выданные судом или прокуратурой в подтверждение того, что данный человек находился в местах принудительного содержания в годы Второй мировой войны. Вот еще одна сторона вопроса: Валентина Бабушкина – бывшая узница так называемого русского гетто. Это здание, где в годы войны содержались семьи офицеров красной армии. Это место формально не считается концлагерем, но как надеется Бабушкина, вскоре будет отнесено к категории иных мест принудительного содержания, приравненных к концлагерям. Тогда еще оставшиеся в живых бывшие заключенные будут претендовать на компенсацию. Свои надежды она основывает на том, что немецкая сторона уже признала в качестве иных мест принудительного заключения, приравненных к концлагерям, несколько лагерей принудительных работ, действовавших в Литве во время войны. Как бы там ни было, сейчас приходится думать о выходе из сложившейся ситуации. Сергей Трухачев видит два варианта. Один он связывает с надеждой на то, что при распределении процентов, начисленных на основной капитал германского фонда, которое производится в конце года, немецкий партнеры учтут доводы и ситуацию в российском фонде. Второй способ решения проблемы: еще до распределения процентов получить разрешение на выплату компенсаций бывшим принудительным работникам сельского хозяйства.

Говорит представитель фонда Татьяна Соколова:

«По России у нас есть готовый список на 30 000 получателей из числа бывших принудительных работников сельского хозяйства. И этот список отложен до решения германского фонда. Идеальным был бы вариант, если германский фонд оперативно дал согласие на начало выплат бывшим принудительным работникам сельского хозяйства. Российский фонд многократно обращалось к германскому фонду, приводило разные аргументы в пользу того, что можно начинать выплаты бывшим принудительным работникам сельского хозяйства. Это были и математические расчеты, которые показывали, что хотя бы первую часть выплат они могут получить. Были и человеческие аргументы. Но пока положительного ответа нет. И для того, чтобы принять решение о начале выплат, необходимо решения кураториума германского фонда. Будущее заседания кураториума заявлено на осень. Есть процедура голосования, которое можно провести не собирая кураториум целиком. Вот такую попытку еще можно предпринять».

Говорит председатель российского фонда «Взаимопонимание и примирение» Наталия Малышева:

«По германскому закону российский фонд получил для выплат 835 миллионов немецких марок. Первоначально, как полагается по закону, выплаты должны осуществляться основным категориям».

Остается только надеяться, что члены попечительского совета или, как его еще называют, кураториума немецкого фонда «Память. Ответственность. Будущее» согласятся на выплаты бывшим сельхозрабочим. Это примерно 30 000 человек, чьи документы уже проверены и подготовлены к выплате. Беседуя с председателем фонда Наталией Малышевой, наш корреспондент Анатолий Даценко сказал ей о том, что мы получаем немало писем, в которых люди обвиняют фонд в мошенничестве. Вот, к примеру, только одно письмо от Александры Федоровны Каломейцевой из Ростовской области:

С кем немцы связались? Ведь здесь вор на воре сидит и вором погоняет! Поэтому ожидать выплаты нечего. В 2000 году в августе месяце разыграли комедию: для отвода глаз выдали немного марок, а потом сказали, что самолет задержался. Это просто ширма, чтобы отвлечь людей. Немцы ничего не смогут сделать, а тут будут крутить. Документы оформляли небрежно, потому и находят оговорку, что задержались в пути. У меня лопнуло терпение. Зачем нагло врать?! Марки разворовали, а по радио передают, то там получают, то там. А где там – неизвестно. Госпожа Нарусова сказала, что марки попали в дыру, но это же не Бермудский треугольник?

Госпожи Нарусовой уже нет. Вместо нее председателем попечительского совета является господин Починок, а Наталия Малышева – председатель фонда «Взаимопонимание и примирение» в Москве говорит:

«Многие слушатели не понимают разницу между теми выплатами, которые начислялись в 1993 – 99 годах, и теми выплатами, которые происходят сейчас. Выплаты 1993 года осуществлялись из другого источника. Тогда страна Германия передала стране России 400 миллионов немецких марок. Выплаты эти осуществлялись в соответствии с положением о выплатах, утвержденном правительством РФ. По данным Счетной палаты есть вопросы, как расходовались эти средства. Хочу обратить внимание на то, что проверки и собственно говоря, факт недостачи средств установлен российским правительством. То есть, проверками российского правительства. Естественно, сегодня российское правительство озабочено тем, чтобы люди, которым предназначались эти деньги, их получили. Сегодня создана межведомственная рабочая группа, которая должна отработать регламент завершения этих выплат и предложить механизм возвращения средств и механизм и выплат, который позволит покрыть эту недостачу».

То есть, по тем, так называемым гуманитарным выплатам, которые начались в 1994 году, деньги получили не все, кому они полагались?

«Да. Кто-то не получил. Люди получили извещения о том, что им начислены и они должны получить средства, но люди этих средств не получили».

Речь идет о тех суммах, которые «исчезли в черной дыре». Нарусову из председателей наблюдательного совета убрали, а нынешний председатель фонда Наталья Малышева не перестает надеяться на благополучный исход этого дела.

«Постановления правительства 1993-94 годов не устанавливали регламента завершения выплат. Поэтому не установлен срок, когда люди должны получить деньги. Поэтому формально претензии предъявить никто не может. Но мы понимаем, что люди очень пожилые, что многие могут не дождаться этих выплат. И мы должны сделать все как можно быстрее, чтобы люди получили эти деньги».

«На сегодняшний день правительством РФ создана межведомственная рабочая группа, которая должна разработать механизм возврата этих средств и регламент завершения выплат. Рабочая группа уже собиралась. Есть ряд предложений к правительству. Эти предложения направлены в установленном порядке в правительство. И в ближайшее время мы рассчитываем на появление проекта постановления правительства, регламентирующего завершение этих выплат».

На вопрос о том, куда исчезли эти деньги, и кто виноват, Наталья Малышева поясняет:

«Пока что вина кого-либо из руководства бывшего фонда не установлена. Поэтому, естественно, ответственности никто не несет. И я бы сегодня не говорила о воровстве, поскольку суд не установил этого факта. Однако, дело не закрыто, расследование продолжается, и я надеюсь, что в ближайшее время оно будет осуществляться еще более интенсивно с привлечением различных силовых ведомств. Однако выводы были сделаны. И мы уже говорили о том, что выплаты, которые осуществляются сейчас, идут и из другого источника и по совершенно другим нормативным документам. Выплаты, которые осуществляются с прошлого года, осуществляются по германскому закону о создании фонда «Памятью Ответственность. Будущее». Там установлены категории для получения средств. И эти категории отличаются от того положения, которое действовало в 1993 году. Сам механизм выплат отличается кардинальным образом. Деньги находятся в Германии. Российский фонд, проводя экспертизу и начисления, направляет эти списки в германский фонд. Эти списки проверяются там. Затем проверочная группа из Германии приезжает сюда в Россию и здесь проверяет правомочность получателей, правильность проведенных начислений, исходя из тех документов, которые находятся в делах. Далее деньги приходят для выплат в Россию по списку. Они попадают на специальный счет, расходование средств которого может осуществляться только в соответствии со списком. Никакие другие операции по этому счету невозможны. Кроме того, изменен устав фонда. Сегодня фонд в полной мере является некоммерческой организацией и руководство и правление фонда не имеет права заниматься коммерческой деятельностью. В 1998 году была кардинально другая ситуация. Этих ограничений не было. Поэтому якобы были решения, сейчас это все проверяется, на право размещать временно свободные средства в коммерческих банках. Поэтому большая часть денег пропала в обанкротившихся банках в 1998 году во время кризиса. Это зафиксировано документально. Сейчас прорабатываются возможности и разрабатываются меры, которые позволят вернуть эти средства. Поэтому точка еще не поставлена».