1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Рынок и человек

О банковском кризисе и государственной помощи

29.10.2008

Почему частные немецкие банки в условиях острейшего финансового кризиса не спешат брать предложенные правительством миллиарды и на эти деньги пока претендуют главным образом государственные кредитные институты? В какой мере это связано с намерением Берлина резко ограничить зарплаты банкиров и лишить их бонусов? И правда ли, что в Германии от обвала на американских биржах и от банкротств в США особенно пострадали региональные, земельные банки? Обо всем этом – в ближайшие четверть часа.

Представьте себе такую абсурдную, на первый взгляд, ситуацию: на дворе – тяжелейший финансовый кризис, над банковским сектором нависла угроза повальных банкротств, государство экстренно предлагает банкам многомиллиардную помощь… а банкиры эти деньги не берут. Так вот, именно это в Германии сейчас и происходит. Почему здешний частный бизнес прямо-таки демонстративно отказывается от государственных денег? Давайте попытаемся разобраться.

Нам нелегко даются эти решения, и мы делаем все это не просто для того, чтобы помочь отдельным финансовым институтам. Мы делаем это, чтобы защитить нашу экономику, и для того, чтобы защитить граждан нашей страны.

… не раз повторяла Ангела Меркель после того, как 13 октября обнародовала беспрецедентный в истории Германии план поддержки финансового сектора объемом в астрономическую сумму - 500 миллиардов евро. О самом этом плане я уже подробно рассказывал в радиожурнале "Рынок и человек" две недели назад. Напомню, что основу правительственного пакета экстренных мер составляет поручительство на 400 миллиардов. Именно в таком объеме Берлин гарантирует действующим на территории Германии банкам компенсацию в случае, если их должники, другие банки, не смогут вернуть краткосрочно выданные кредиты. Такая во многом символическая мера направлена на реанимацию межбанковского рынка, то есть – на преодоление кризиса ликвидности, когда финансовые институты из-за недоверия друг к другу прекращают обычные операции взаимного кредитования. Повторяю, правительство Германии вовсе не собирается тратить 400 миллиардов – оно исходит из того, что реально на компенсации уйдут не более 5 процентов данной суммы, то есть 20 миллиардов, и эти деньги министр финансов уже отложил. Так мы выходим на 420 миллиардов. А вот оставшиеся 80 миллиардов – это и есть те деньги, которые правительство Германии готово предоставить банкам в виде непосредственной финансовой помощи.

„В минувший понедельник, 27 октября, в финансовой столице Германии Франкфурте-на-Майне официально начал свою работу правительственный фонд по спасению банковского сектора. "Всего девять дней после вступления в силу соответствующего закона мы полностью работоспособны", - заявил председатель управляющего комитета фонда Гюнтер Мерль (Günther Merl), в прошлом – глава земельного банка Гессена и Тюрингии. В его подчинении в настоящий момент 21 сотрудник, большинство из них откомандировал Бундесбанк, бывший Центробанк ФРГ, входящий ныне в систему Европейского центрального банка. Гюнтер Мерль подчеркнул, что заявки на получение государственной помощи можно подавать в любое время, и сообщил, что с некоторыми заинтересованными банками уже ведутся переговоры.

Дело, однако, в том, что эти "заинтересованные банки" пока можно пересчитать на пальцах – причем на пальцах одной руки. Собственно, пока речь идет, судя по сообщениям средств массовой информации, только о четырех банках – и трое из них удивительным образом являются земельными, то есть фактически государственными. Получается, что во Франции, Великобритании, Нидерландах, Бельгии, Швейцарии кредитно-финансовые институты весьма охотно принимают сейчас финансовую помощь от государства, а в Германии частные банки от нее отказываются. Вот вам самый свежий и наиболее вопиющий пример:

Крупнейшим в Германии банком по числу клиентов является Postbank – Почтовый банк. Он контролируется логистическим концерном Deutsche Post, который был создан на основе бывшего почтового ведомства ФРГ. Однако и после приватизации почты государство остается основным акционером Deutsche Post. В этот понедельник Postbank объявил о том, что в минувшем квартале из-за финансового кризиса потерпел убытки в размере 449 миллионов евро. Банк, в частности, серьезно пострадал из-за банкротства американского финансового института Lehman Brothers. В этой ситуации Почтовому банку нужен свежий капитал в размере одного миллиарда евро. Его можно было бы получить, обратившись в специально созданный именно для таких случаев правительственный фонд по спасению банковского сектора. Вместо этого Postbank объявляет о дополнительной эмиссии своих акций, то есть намерен собрать необходимые ему деньги среди частных инвесторов на рынке капитала. И даже если желающих купить эти акции не найдется, Почтовый банк к помощи государства все равно не прибегнет: требуемый миллиард готов предоставить материнский концерн Deutsche Post.

Концерн, напомню, фактически полугосударственный. Но даже он не хочет брать для своего дочернего банка деньги у правительства. Почему?

Тот, кто намерен воспользоваться государственной помощью и, возможно, даже деньгами налогоплательщиков, должен предпринять целый ряд ответных мер и выполнить целый ряд условий.

… подчеркивал министр финансов Германии Пеер Штайнбрюк, представляя правительственный план спасения банковского сектора, в разработке которого он сыграл ключевую роль. О каких именно условиях идет речь, подробно разъяснила сама Ангела Меркель:

Конкретно имеются в виду требования ограничить зарплаты менеджерам и выплату им бонусов, требования относительно деловой политики институтов, требования, касающиеся выдачи кредитов, прежде всего – предприятиям малого и среднего бизнеса, и, естественно, участие федеральной казны в прибыли финансовых институтов.

… заявила канцлер Германии и добавила, что, мол, за любую услугу надо платить.

Похоже, однако, что цена за спасительные услуги государства представляется немецким частным банкам слишком высокой. Или, может быть, дело в самом принципе господдержки?

В немецкие средства массовой информации попала фраза, произнесенная председателем правления Deutsche Bank Йозефом Аккерманом на встрече с банковскими менеджерами. Глава крупнейшего кредитно-финансового института Германии и, в силу этого, неформальный лидер немецкого банковского сообщества заявил, что постыдился бы брать деньги у государства. Это вызвало бурю возмущения в правительстве.

Мол, мы стараемся изо всех сил, а вы подрываете наши усилия… Так в чем тут дело? В своего рода "кодексе чести" банкира, для которого просить деньги у государства означает "потерю лица"? Или руководители частных банков опасаются, что получение государственной помощи будет истолковано международными инвесторами как доказательство того, что у банка - серьезные проблемы, и это приведет к обвалу его акций? Но почему же тогда французские, голландские, швейцарские банкиры не брезгуют помощью государства? И почему акции многих европейских финансовых институтов после получения правительственных миллиардов пошли вверх, а не вниз? Все эти факты усиливают подозрение, что руководители немецких частных банков отказываются от предложенных Берлином денег, в первую очередь, потому, что им в таком случае придется смириться с существенным сокращением своих зарплат.

Правительство Германии приняло решение ограничить зарплаты топ-менеджеров попросивших о помощи банков 500 тысячами евро в год. Полмиллиона – это значительно меньше, чем обычно получают многие банкиры.

Выходит, немецкое правительство, отчасти поддавшись царящим в обществе популистским настроениям, выдвинуло условия, которые частным банкам представляются настолько невыгодными, что те вынуждены от них отказываться. Даже в ущерб собственным интересам, ведь банки-конкуренты в других европейских странах государственные миллиарды охотно приняли. Впрочем, в эту среду стало известно, что первым частным институтом, попросившим о государственной помощи, стал мюнхенский ипотечный банк Hypo Real Estate – старый знакомый по нынешнему кризису.

Сначала не было ничего кроме чувства потрясенности, потому что менеджмент Hypo Real Estate к концу этой недели объявил о том, что ему нужна дополнительная ликвидность в многомиллиардном объеме. У федерального правительства такое чувство, что его плохо информировали, и это я выражаюсь очень вежливо…

Вот так вот буквально кипел от злости министр финансов Германии Пеер Штайнбрюк, когда в начале октября объявлял о втором за восемь дней пакете экстренных мер по спасению ипотечного банка Hypo Real Estate. Этот институт уже в силу своей бизнес-модели оказался первой крупной жертвой финансового кризиса в Германии, однако навлек на себя гнев тем, что долго скрывал свои проблемы от акционеров и правительства. Первоначально Hypo Real Estate была обещана помощь в размере 35 миллиардов евро, неделю спустя ее пришлось увеличивать до 50 миллиардов, и вот теперь, спустя четыре недели банк попросил из государственного фонда еще 15 миллиардов.

Новость о том, что Hypo Real Estate стал первым частным немецким банком, решившим прибегнуть к помощи нового государственного фонда, была воспринята международными инвесторами с энтузиазмом. Курс акции, потерявшей за последние несколько недель почти 80 процентов, подскочил более чем на 12 процентов, после чего несколько снизился, однако сумел сохранить убедительный плюс.

А вот три других банка, о которых доподлинно известно, что они рассматривают сейчас вопрос о получении правительственной помощи, являются банками государственными. Точнее говоря, земельными, то есть они принадлежат федеральным землям и действующим в этих субъектах федерации общественно-правовым сберкассам. В свое время земельные банки создавались в ФРГ для того, чтобы заниматься финансированием региональных проектов и кредитовать местный средний бизнес. И вот вдруг выясняется, что эти провинциальные институты от мирового финансового кризиса, начавшегося в свое время в далекой Америке, пострадали больше всех остальных.

"Баварский земельный банк тоже очень сильно затронут пертурбациями и кризисом на международном финансовом рынке", -

признал министр финансов Баварии и председатель совета директоров BayernLB Эрвин Хубер – и первым попросил у правительственного фонда почти 5 с половиной миллиардов евро. Это дополнительно к тому миллиарду, который выделят правительство Баварии и баварские сберкассы. Но вот чего Эрвин Хубер не захотел и, видимо, не смог объяснить, так это следующее: как получилось, что региональный по своей сути баварский банк ухитрился потерять деньги практически во всех эпицентрах нынешнего мирового финансового кризиса. Он погорел на ипотечном кризисе в США, недосчитался пятисот миллионов евро после банкротства американского инвестиционного банка Lehman Brothers и даже оказался втянутым в водоворот событий в Исландии. В общем, банкиры-чиновники из Мюнхена сжигали баварские деньги буквально повсюду на планете, где бы ни разгорался финансовый пожар.

"Помогут ли теперь более или менее театральные извинения – я по натуре человек скорее трезвый", - имел наглость заявить председатель правления BayernLB Михаэль Кеммер (Michael Kemmer). Он по-прежнему остается на своем посту и теперь получит свежие деньги налогоплательщиков для того, чтобы латать те дыры, которые возникли в значительной мере по его же вине. В отличие Баварского земельного банка, его аналоги из Дюссельдорфа и Гамбурга – WestLB и HSH Nordbank, официально о помощи еще не попросили, но, судя по сообщениям средств массовой информации, уже ведут переговоры с правительственным фондом. Если учесть, что весной нынешнего года правительству Германии уже пришлось спасать государственный банк IKB, а осенью государственный же финансовый институт KfW ухитрился перевести 300 миллионов евро уже обанкротившемуся к тому моменту американскому Lehman Brothers, то трудно отделаться от впечатления, что в условиях нынешнего финансового кризиса больше всего проблем правительству Германии и больше всего убытков здешним налогоплательщикам доставляют вовсе не частные банки, а заигравшиеся на мировом рынке государственные финансовые институты.