1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Отец русского боди-арта о жизни, творчестве и крымском вопросе

В свое время он разрисовал тело звездной модели, заложив основы боди-арта. С классиком советского андеграунда корреспондент DW встретилась в его квартире-ателье.

Анатолий Брусиловский в своей квартире-студии

Анатолий Брусиловский в своей квартире-студии

Картины, фотографии, экзотические маски, расшитые шелком и золотом тюбетейки, инкрустированные черепа, антиквариат и море книг. Кельнская квартира-мастерская Анатолия Брусиловского (Anatol Brusilovsky) битком набита изумительными вещами. Она - сродни уютной западне, из которой совсем не хочется выбираться. А если добавить, что, помимо таланта художника, писателя, фотографа, кинематографиста, природа наделила ее хозяина еще и даром непревзойденного кулинара, то станет понятно: антураж нашей беседы дополнял гостеприимно накрытый стол.

DW: Вы считаете себя хорошим художником?

Анатолий Брусиловский: Первый заданный вами вопрос попал в самое "яблочко". Дело в том, что художником я себя вообще не считаю. Для меня творчество любого вида - это лишь терапевтическое средство для того, чтобы жить оптимистично, весело и мыслить о глобальном. Помимо рисования у меня ведь много и других привязанностей, причем профессиональных, настоящих.

Эскиз из цикла Невеста

Эскиз из цикла "Невеста"

Я всегда презирал дилетантов. И в моей книге "Искусство жить" я это довольно ясно описал. Я всю свою жизнь только тем и занимался, что постоянно открывал новые страницы. Я имею художественное образование, могу выступить в роли серьезного реалиста, написать маслом картину "Не ждали" абсолютно без всяких сложностей. Но на меня каждый день накатывает вал других идей.

- Потому и занялись, помимо прочего, коллажем?

- Для меня коллаж - это возможность эффективно фиксировать пластические идеи, которые не ложатся на слова. Многим кажется, что коллаж - это чушь собачья. Дескать, взял кусочек какой-нибудь ерунды, наклеил на бумагу - и будет тебе коллаж. У меня коллаж всегда кристально прозрачный по мысли. И это чрезвычайно кропотливая работа. Она занимает не меньше времени, чем создание акварели или картины маслом. Это тяжелейший режиссерский труд - найти "действующие лица" и столкнуть их, сделать коллаж произведением искусства.

Шоколадка в золотой фольге. Ювелирное изделие работы Анатолия Брусиловского

Шоколадка в золотой фольге. Ювелирное изделие работы Анатолия Брусиловского

- Элементы коллажа должны сочетаться между собой?

- Лотреамон, французский писатель и один из вдохновителей сюрреалистов, сказал: "Красота - это случайная встреча швейной машинки и зонтика на анатомическом столе". То же можно сказать о коллаже. Да, это сочетание, но совершенно особенное. В моих коллажах все разворачивается в реальном визуальном пространстве, у них есть перспектива, сквозь них можно "проехать на автомобиле", не натыкаясь носом в плоскость.

- Для воплощения своих идей вы использовали и человеческое тело...

- Более того, прекрасное женское тело. Я изобрел боди-арт в 1969 году, когда расписал тело одной красивой девушки - знаменитой во всей Европе модели. И каждый шаг этого действа фиксировал известнейший итальянский фотограф. Его фоторепортаж о том, как я разрисовываю красавицу, был опубликован в популярном в Италии журнале Espresso. Ну, а теперь боди-арт - один из важнейших жанров современного искусства.

Сердечко на замке. Ювелирное изделие работы Анатолия Брусиловского

Сердечко на замке. Ювелирное изделие работы Анатолия Брусиловского

- К какому направлению в искусстве вы относите себя?

- Я всегда с большой иронией относился к вопросам вроде такого: вы кто - реалист или импрессионист? Я - это я. Каждый достигший успеха, работоспособный, талантливый художник - сам по себе. Это критики придумывают, кто он, к какой школе принадлежит. Я про себя могу сказать только одно: меня ведет в этом мире мое личное чутье.

- А творчество каких немецких художников вам наиболее близко?

- Ну, начать с того - и это очень показательно, - что я дал своему старшему сыну имя Макс Эрнст. Еще люблю немецких сюрреалистов.

- Помимо Кельна, вы также живете и работаете в Москве. Что можете сказать о свободе творчества в сегодняшней России?

- Свобода слова и творчества зашкаливает там до такой степени, что я собираюсь писать письмо с требованием ограничить это (смеется - Ред.). Нет, серьезно: сегодня в России можно что угодно говорить, творить, печатать. То, что происходит, - абсолютно нормальный процесс выздоровления от тоталитаризма.

Долгое время Россия страдала очень тяжелой болезнью. И думать о том, что все мгновенно перестроились и стали демократами и при этом еще и прекрасно живут в полном достатке - невозможно. Россия слишком разная по составу, по конфессиям, по культуре. Ее не так легко преобразовать, и недовольные там будут всегда.

- Но крымский вопрос расколол российскую творческую интеллигенцию на два лагеря...

- Да, расколол. Но я слежу за событиями в Крыму и скажу как опытный художник-постановщик, как кинематографист: прошедшие там многочисленные митинги не сфальсифицированы. Невозможно постановочно это сделать. Результаты крымского референдума - действительно волеизъявление народа, который принял решение вернуться в состав России.

- Какой у вас главный приоритет в жизни?

- Жить.

- Вы прекрасно выглядите и полны энергии. Ни за что не скажешь, что вам скоро 82. Поделитесь рецептом молодости.

- Творчество - вот моя пилюля. А еще я очень люблю людей, никогда не вру, и у меня нет комплексов. Я удовлетворил все свои пожелания в этой жизни: слава есть, деньги есть, любовь есть, дети есть, внуки есть, скоро правнуки будут. Плохо, что ли?