1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Политика и общество

Нужен ли Евросоюзу "берег турецкий"?

За прошедший год в Евросоюзе произошло ряд этапных событий, беспрецедентных по своему масштабу и значению. Вместе с тем, не обошлось и без проблем. Одной из них стали отношения ЕС и Турции...

default

Открыты ли двери в Европу для Турции?

Перед наступлением нового года принято подводить итоги года уходящего, и европейские журналисты неукоснительно придерживаются этой традиции. За последние 12 месяцев произошло множество важных событий, как на мировой, так и на внутриевропейской арене. Прошедший год этот уже называют "историческим годом для ЕС".

Вехи года

Основанием для этого эпитета является саммит, состоявшийся в Копенгагене всего лишь около двух недель назад. Впрочем, эта встреча готовилась много лет. Ее результатом стало решение о вступлении в Евросоюз 1 мая 2004 года сразу 10 государств: трех стран Балтии, Венгрии, Кипра, Мальты, Польши, Словакии, Словении и Чехии. Ничего подобного по масштабам в истории ЕС еще не было: территория Европейского союза увеличивается на треть, а число жителей стран ЕС вскоре достигнет 500 миллионов человек.

Другим важнейшим событием года является введение в наличное обращение единой европейской валюты евро. У этого невиданного до сих пор финансового эксперимента множество убежденных сторонников и не менее убежденных противников. Критики обвиняют новую денежную единицу в том, что она спровоцировала рост цен во многих странах. Полностью отрицать это, конечно, невозможно. Согласиться с частичной правотой этого аргумента пришлось даже министру финансов ФРГ Хансу Айхелю (Hans Eichel), обычно выступающему в поддержку евро. Сторонники же европейской валюты указывают на то, что масштабная акция по введению ее в наличный оборот прошла гладко и без осложнений, а выросшие поначалу цены с течением времени начали снижаться.

Турция – нерешенная проблема

Если говорить о проблемах года, то одной из них для Европейского Союза стала Турция. Анкара стремится к скорейшему вступлению в ЕС. Брюссель в ответ на это постоянно подчеркивает: двери в Европу для Турции всегда открыты, однако для присоединения к европейскому клубу страна должна соответствовать определенным – и довольно жестким – политическим, социальным и экономическим критериям. И проблема заключается в том, что многим из этих критериев Анкара не отвечает. Не будем также забывать, что и в Турции, и в странах ЕС есть силы, активно противящиеся сближению страны с Европой. Словом, отношения между Анкарой и Брюсселем весь год оставались достаточно напряженными – и, увы, нужно признать, что это "наследство" стороны возьмут с собой и в новый год.

Одним из свидетельств этого стали события недельной давности, когда в турецкой столице начался судебный процесс против сотрудников пяти немецких фондов и организаций в Турции. Генпрокуратура страны убеждена, что обвиняемые вошли в "тайный сговор" против турецкого государства, а стоящая за ними Германия вмешивается "во внутренние дела Турции, стремясь обострить этнические и религиозные противоречия" и таким образом ослабить эту страну. В немецких фондах подобные обвинения полностью опровергают. Комментаторы же в Германии откровенно называют аргументы Генпрокуратуры сфабрикованными, а сам процесс – заказным.

"Тайный сговор" немецких фондов

Непосредственным поводом к началу расследования Генеральной прокуратуры стала книга турецкого историка националистического толка Хаблемитоглу. Книга посвящена добыче золота близ города Бергама на западе Турции, которая ведется с применением ядовитых цианидов. Против этого решительно выступают турецкие экологические движения. Так вот – по мнению Хаблемитоглу, немецкие фонды организуют и поддерживают этот общественный протест. В свою очередь, за фондами, считает историк, стоит руководство Германии, которое пытается таким образом препятствовать золотым разработкам в Бергаме. Обвинение Генпрокуратуры, в целом, и базируется на изложенных в книге идеях – а сотрудникам немецких фондов вменяется еще в вину и "тайный сговор". Остроту придают ситуации последние события: националиста Хаблемитоглу неожиданно нашли мертвым у его собственного дома. Он был убит двумя выстрелами в голову. Преступление пока остается нераскрытым.

Что касается немецкой стороны, то и официальные лица в Берлине, и сами сотрудники немецких фондов полностью отвергли предъявленные им обвинения. В свою очередь, турецкое политическое руководство, судя по всему, тоже не в восторге от начавшегося суда. Но, как повторяют в Анкаре, органы юстиции в Турции независимы, а потому политики не могут по собственной воле прекратить процесс.

Кто стоит за судебным процессом?

Так кто же тогда стоит за судебным процессом? Вот что рассказал в эксклюзивном интервью НЕМЕЦКОЙ ВОЛНЕ Вульф Шёнбом, глава турецкого отделения Фонда имени Конрада Аденауэра:

По моему мнению, идея досадить немецким фондам исходит не от правительства Турции, не от парламента и не от кого-либо из ведущих политиков страны. Скорее, инициатива исходит откуда-то из глубин чиновничьего аппарата или от военных, которые считают, что процесс реформ в Турции и сближение страны с Европой идет слишком быстро и слишком решительно. И, конечно, мы, как немецкий фонд, поддерживаем такие реформы, проводя различные конгрессы или публикуя исследования и статьи на эту темы.

Вульф Шёнбом сейчас является одним из 15 обвиняемых турецкой Генпрокуратурой. В этой же роли находится и Ханс Шумахер, руководитель турецкого отделения Фонда имени Фридриха Эберта. Комментируя происходящее, он заявил в интервью НЕМЕЦКОЙ ВОЛНЕ

Турецкое правительство занимает вполне разумную позицию, подчеркивая, что оно не хочет и не может вмешиваться в судебный процесс. Представители руководства страны уже заявили, что они не поддерживают действия прокуратуры, но не могут ей помешать. Кстати, нужно отметить, что прокуратура в Турции действительно независима. А в данном конкретном случае я предполагаю, что она независима не только от правительства и других государственных органов, но иногда и от элементарной логики.

Брюссель воздерживается от комментариев

А как в руководящих структурах самого Евросоюза смотрят на судебный процесс против немецких фондов и какое влияние это окажет на присоединение Турции к ЕС? Подробности передает из Брюсселя корреспондент НЕМЕЦКОЙ ВОЛНЫ Леонид Сокольников.

Несмотря на рождественские каникулы, в Брюсселе оживленно комментируют события, связанные с процессом над представителями немецких фондов в Турции. Официальное руководство Евросоюза пока воздерживается от комментариев, тем более что, по имеющимся сообщениям, правительство Турции дистанцировалось от этого инцидента. Однако в кулуарах Еврокомиссии не сомневаются, что произошедшее - ни что иное, как ответный шаг Анкары на игнорирование ее настойчивых требований к прошедшему две недели назад копенгагенскому саммиту начать переговоры о вступлении Турецкой республики в Евросоюз уже в 2003-м году.

Особенное недовольство вызывает у Турции Франция. В печать попало содержание телефонного разговора турецкого премьер-министра Абдуллы Гюля с главой правительства Великобритании Тони Блером. В нем Абдулла Гюль заявил, что на одном из заседаний Евросоюза французский президент Жак Ширак якобы обвинил Турцию в шантаже. По словам турецкого премьера, Ширак оказывал давление на представителей стран-членов ЕС в решении оттянуть переговоры о рассмотрении кандидатуры Турции для вступления в ЕС на два года.

Нежелание реформ и "мусульманская опасность"

Однако наблюдатели в Брюсселе отмечают, что в отличие от других стран, желающих влиться в единую европейскую семью, Турция на протяжении всех предыдущих лет заявляла о том, что готова вступить в ЕС только на своих условиях. Настойчивые требования ЕС провести в стране ряд демократических реформ буквально до последнего времени наталкивались на жесткое сопротивление властей Анкары. И это при том, что экономические отношения между ЕС и Турцией неуклонно расширялись. Но нежелание урегулировать курдскую проблему, окончательно отменить смертную казнь, прекратить преследование за критику деятельности госучреждений являлись серьезным барьером на пути в объединенную Европу.

Кроме того, некоторые европейские политики видят главную опасность в том, что из 65 миллионного населения Турции более 90 процентов – мусульмане. Пустить их в европейский христианский клуб – не самая блестящая перспектива для политических консерваторов.

Жискар Д’Эстен, руководитель Конвента по выработке новой общеевропейской конституции даже заявил: "Вхождение Турции в ЕС было бы концом Европы. Это не европейская страна, если ее столица, ее население не находятся в Европе". Правда, буквально на следующий день руководящие деятели Еврокомисии и Европейского Парламента поспешили отмежеваться от слов Жискар Д’Эстена.

Надежды и сомнения

Кроме того, известно, что турецкие законодатели приняли в августе этого года пакет мер, которые предусматривают проведение в стране демократических реформ. В том числе разрешение на массовые демонстрации, радио- и телевещание на курдском языке, получение курдами полного образования и расширение прав немусульманских меньшинств. При этом не нужно забывать, что Турция – член НАТО, и ее активно поддерживают Соединенные Штаты. Белый Дом не раз заявлял, что он одобряет усилия нового правительства Турция, направленные на вступления в ЕС.

Тем не менее, последние события в Турции еще раз укрепили сомнения тех, кто не разделяет оптимизма по поводу расширения единой европейской семьи, и вновь поставили на повестку дня вопрос: "А нужен ли Евросоюзу "берег турецкий"?

Контекст

Также по теме