1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Немецкая печать

Нестабильность и бесправие – столпы "лукашизма"

Немецкая печать широко комментирует итоги президентских выборов в Белоруссии. По мнению журналистов, легенда о несвободных, но любящих своего "батьку" белорусах призвана служить оправданием диктатуры.

default

Газета S ü ddeutsche Zeitung , в частности, пишет:

Итоги выборов должны были показать, насколько сильно белорусский народ любит Лукашенко. На самом деле выяснилось, насколько сильно Лукашенко боится своего народа. Такая, с позволения сказать, "сокрушительная" победа не легитимирует белорусского диктатора, а выставляет его самого и его режим на посмешище.

Легенда о несвободных, но все-таки счастливых и любящих своего "батьку" белорусах призвана служить оправданием жестокой диктатуры. Однако опорой "лукашизму" служит не социальная стабильность, а скорее, наоборот – абсолютная нестабильность и бесправие. С помощью краткосрочных трудовых договоров людей в Белоруссии с ее командной экономикой держат в вечном страхе – они боятся потерять свое рабочее место.

Западу следует ввести против Лукашенко и его окружения целенаправленные, хорошо продуманные санкции. Одной из таких мер может быть запрет на въезд в Евросоюз для всех представителей режима.

Совсем иной точки зрения придерживается газета Handelsblatt :

Нет сомнений в том, что большинство белорусских избирателей проголосовало за своего "батьку". Ведь при президенте Александре Лукашенко материальное положение крестьян и пенсионеров зачастую лучше, чем в России или на Украине. Однако очевидно также, что почти 83 процента голосов, которые набрал Лукашенко – это результат серьезных подтасовок. У кандидата от оппозиции Александра Милинкевича не было никаких шансов. Но это и не удивительно. Ведь еще до голосования было ясно, что результаты выборов будут сфальсифицированы.

Однако на этот раз махинации власти были чрезвычайно наглыми. Это - новый феномен. И свидетельство того, что Лукашенко не намерен отдавать власть. Президент хочет унизить оппозицию. Лукашенко, очевидно, извлек урок из демократических революций в бывших республиках Советского Союза, особенно в Украине.

Как Евросоюз должен обходиться с последним диктатором Европы? Покуда Лукашенко не прибегает к этническим чисткам по примеру сербского тирана Слободана Милошевича, европейским политикам следует действовать предельно осторожно. Демократию нельзя насадить извне, народ должен добиться ее сам. Но европейцы могут этому помочь. Нужно, не вмешиваясь во внутренние дела Белоруссии, продемонстрировать готовность к диалогу. Европа должна предложить Минску углубленное политическое и экономическое сотрудничество. И только тогда станут возможны перемены.

Газета Tagespiegel пишет об ошибках, которые, по мнению газеты, допустила белорусская оппозиция:

Население слабо поддерживает оппозицию. И это объясняется не только жестокостью власти. Внутренние раздоры, ничем не оправданный "вождизм" безликих лидеров, отсутствие четких политических программ – все это тоже сказалось на популярности представителей оппозиции.

Сыграли свою роль и тактические ошибки. В частности Александр Милинкевич позиционировал себя как главный кандидат от оппозиции. Однако важные оппозиционные группы выдвинули собственных кандидатов. Оппозиция заговорила о фальсификациях еще до того, как стали известны первые итоги выборов. Такие действия тоже нельзя отнести к грамотной тактике.

Газета Frankfurter Allgemeine Zeitung пишет на ту же тему :

Демократическим силам Белоруссии предвыборная кампания предоставила шанс сплотиться и мобилизовать своих сторонников. Этот шанс демократические силы использовали: сейчас, после долгого периода раздоров, у оппозиции появился единый кандидат - Александр Милинкевич.

Выборы дали еще один положительный результат. Запад пристально следит за развитием ситуации в Белоруссии. Слишком долго Запад безучастно взирал на то, как Лукашенко устанавливал свой репрессивный режим, по сравнению с которым даже Сербия времен Слободана Милошевича представляется едва ли не либеральным государством.

Контекст