1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мосты

Немецкое село под Одессой

30.05.2002

Сегодня мы с вами побываем в немецком селе Петродолинское, которое десять лет назад по инициативе украинского и германского правительств начало возрождаться, обретать немецкий облик. Тогда еще по зову Кравчука казахстанские немцы, высланные из Украины во время второй мировой войны, стали возвращаться на родину – не в Германию, а в Украину. Не исключением стала и Одесская область. Сегодня в Одесской области существует шесть компактных поселений немцев. Большая часть жителей этих поселков – возвращенцы из бывших среднеазиатских республик Советского Союза – Казахстана, Киргизии. К старой части села Петродолинское ведут две новые улицы из комфортабельных домов. Этим домам от силы пять-восемь лет. У каждого дома приусадебный участок, ухоженный дворик. В этой же части Петродолинского недавно появился детский сад. Дети переселенцев из Казахстана говорят здесь по-немецки.

Воспитательница детского сада Елена Коновалова новая жительница Петродолиновки, он приехала в Одессу из Джамбульской области:

- Елена, как давно Вы живете в этом немецком селе?

- Мы переехали из Казахстана в 1992 году.

- Как пришла к Вам эта идея – переехать в Одесскую область?

- По телевидению мы услышали, что немецкое правительство помогает переехать и обосноваться в Одесской области, для того чтобы люде не возвращались в Германию. Здесь помогают построить дома, обустроиться. Сначала, первые четыре-пять лет, жили в вагончиках, как могли. Пока строили дома приходилось, конечно, тяжело. Начинать всегда тяжело, тем более что здесь не было абсолютно ничего. В голом поле мы выращивали помидоры, на пустом месте мы построили поселок.

- Дом, в котором Вы сейчас живете, принадлежит Вам, или он находится в собственности Германии, или Украины?

- Дело в том, что дома эти строил Украинско-немецкий фонд, и у нас существует договор, по которому мы имеем право по истечении 10 лет приватизировать дом, являясь гражданами Украины.

- А почему Вы из города Каратау не переселились сразу в Германию?

- Семья у нас смешанная. Страшно было ехать, потому что родители не владеют немецким. Связано это с тем, что пережили в свою очередь их родители. Папа у меня родился в трудармии в городе Норильске. До пяти лет он разговаривал только на немецком, но сейчас ему очень тяжело.

- Вы воспринимаете это село как свою родину, или для Вас осталось родиной Джамбульская область в Казахстане?

- Честно говоря, сначала я очень переживала, была ностальгия. Но сейчас все уже по-другому. Мы здесь живем одной семьей. Мы все друг друга знаем. Поселок у нас не большой. И все, кто к нам приезжают, удивляются. Мы живем общиной. Вместе нам интересно, вместе встречаем праздники. Есть церковь – ходим туда по религиозным праздники. Сами проводим различные мероприятия. Стараемся жить дружно.

- А для вас важно себя чувствовать себя немкой?

- Очень важно.

- А почему?

- У нас немецкая община и мы гордимся этим. Теперь уже можно этим гордится.

- У вас село разделено на две части: новая часть села и старая, которая существовала ранее. Можно ли сказать, что люди, которые живут в старых домах, завидуют тем, кто живет в хороших, красивых, новых домах? Не возникает ли на этой почве каких-то конфликтов?

- Эти люди видели, как мы жили все это время, до того, как мы стали жить в домах. У нас были в нашем вагончике гостях как-то друзья: «Ой, как у вас тут все красиво и хорошо!»

Мы им в ответ: «Хотите – поменяемся. Вы в наш красивый вагончик, а мы к вам – в дом?»

Они: «Да, нет».

Так что никто бы так не хотел жить. Я не думаю, что сейчас есть зависть. По крайней мере, нас никто сейчас не тревожит.

Елене Коноваловой жить в Петродолинском нравится и она не связывает своего будущего с Германией.

Так же, как и Элла Фогель, руководитель петродолинского немецкого культурного центра. Элла родилась и выросла в этом селе, и сегодня она помогает интегрироваться в Петродолинском новым его жителям – переселенцам из Казахстана. Элла свободно говорит на двух языках – русском и немецком.

- Элла, Вы родились в селе Петродолинское, которое раньше считалось немецким селом, а сегодня его снова восстановили. И в нем есть часть, в котором живут немцы из Казахстана и других регионов бывшего СССР. Можно ли сказать, что село снова становится немецким?

- Нет, этого сказать нельзя. У нас здесь проживает много людей различных национальностей. У нас есть немецкая община, скажем так, своя немецкая республика – что-то вроде немцев Поволжья. Конечно, немецкая культура и немецкий язык возрождаются. Мы прикладываем все усилия для того, чтобы вернуть немецкую культуру и язык в семьи. Это главная цель моей работы. Но сказать, что Петродолинское становится немецким селом, - этого сказать нельзя. Многие немцы, которые жили в Петродолинском не один год. Не те, которые приехали из Казахстана, а наши, свои немцы. У нас есть своя история. Так вот, многие немцы уехали в Германию, к сожалению. И остались буквально единицы.

- А те немцы, которые приехали из Казахстана по-немецки не говорят?

- Люди постарше говорят. Могут читать, писать литературным языком. Говорят на швабском диалекте. А те, кто помоложе – их дети, внуки – они не владеют языком. Тому, как Вы знаете, были свои причины.

- Элла, Вы говорили, что люди здесь прикладывают усилия для сохранения немецкой культуры, немецкого языка. Не проще ли уехать в Германию?

- В Германии я, может быть, не буду так на виду, как здесь. Для меня это имеет большое значение. Многие приезжают из Германии, общаются. Человеку всегда приятно, когда есть люди, которые владеют его языком. И тебе приятно, потому что можешь поддержать беседу. Появляются знакомства, завязываются связи. Мне моя работа нравится. Я познакомилась по своей культурной работе со многими людьми из Германии, с Украины. Я уже шесть лет этим занимаюсь. Культурный центр – мое детище. Моя была идея, и все свои стремления я вкладывала сюда. Люди бывают разные, кому-то это все и не надо. Но в основном людям интересно. Они с удовольствием приходят и участвуют в тех мероприятиях и праздниках, которые мы устраиваем.

- Вы думаете, что в Германии к Вам такого интереса не будет?

- Честно говоря, я думаю, что нет, конечно. Там все знают немецкий язык.

- И там Вам реализовать себя профессионально будет труднее?

- Конечно. Это самая главная причина. Если бы кто-то мог гарантировать, хотя бы процентов на 50, что я там смогу преподавать, пусть не немецкого языка, можно и переквалифицироваться, я бы еще бы подумала. Но у меня такой гарантии нет. Я знаю, что там хватает своих высокообразованных кадров, которые работают по немецкой методике. Мы знакомы с этой методикой, но у нас несколько разные методики на Украине и в Германии. Меня здесь, в принципе, ничего не держит. Все родственники у меня в Германии, все тети и дяди. Бабушка тоже там жила, но сейчас вот умерла, к сожалению. Сестры, братья – тоже там. Я коренная петродолиновка, я не приехала из Казахстана, но когда я оказалась перед тем фактом, что у меня нет жилья, то встал вопрос, а почему бы и нет? Я немка, занимаюсь немецким языком, я здесь работаю, почему я не могу получить здесь жилье? Я начала обращаться в разные инстанции, собирать документацию о том, что мои родственники тоже депортированы. Ходила в отдел эмиграции национальностей. Собрала всю документацию, и мне помогли.

- У Вас тут две части поселка. Одна новая часть, где дома построены на средства Германии и Украины, и старая часть села. Можно ли сказать, что люди, проживающие в старой части, завидуют переселенцам из Казахстана?

- Вы правы, такая завить есть. Когда мои знакомые приходят к нам в дом они видят, что у меня санузел и кухня в доме, центральное отопление. Конечно, немного зависти есть. Мол, люди приехали и им сразу дома построили.

- То есть это не имеет отношения к национальности?

-Нет.

- В этих домах живут и украинцы и русские?

- Да. Это абсолютно не имеет под собой национальной подоплеки. Это чисто человеческое чувство. Один завидует другому, который немножко лучше живет.

- Можно ли сказать, что в этом новом поселке нет чисто немецких семей, все семьи смешанные, и поэтому они не стремятся в Германию?

- Чисто немецких семей у нас нет. У нас все семьи смешанные. Это, конечно, одна из причин. Кто-то здесь неплохо устроился. У нас есть две семьи, которые вернулись из Германии. Один человек у нас занимается автобусным бизнесом, другой вернулся по каким-то своим идейным соображениям. Одному нужно одно, другому другое. Кому-то мало того, что есть, и он стремится туда, думая, что там лучше. Я согласна, что в Германии уровень жизни намного выше, чем у нас. Но обыденные проблемы остаются теми же самыми. Я знаю, что у немцев тоже проблемы с поиском работы, с зарплатой. И почему мы не можем сделать здесь у нас так же, как там, в Германии? В конце концов, это должно быть нашей целью. Почему нам приезжать на все готовое? Мы должны попытаться сделать это у нас. Другой вопрос, что у нас возможности ограничены.

- Вы здесь живете уже давно. Повлияла ли смена правительства Германии на объем помощи, который Вам оказывали?

- Раньше помощь была больше для депортированных немцев. Но тогда им и труднее жилось, жили люди в вагончиках. Им выдавали каждый месяц пайки.

- Вы говорите теперь о гуманитарной помощи. Строительство теперь уже прекратилось?

- Фактически, да. Одна улица еще не достроена, но строительство, по-моему, заморожено.

- Заморожено из-за отсутствия средств?

- По-моему, да. Но я не вникаю в эти вопросы, и не могу точно вам сказать. Похоже, что оно так. Ведь были бы средства, то достроили бы. Да и не для кого их достраивать. Больше немцев у нас уже нет. Все немцы у нас расселены. Все живут в домах.

Мы познакомили вас с жительницей немецкого села Петродолинское, переселенкой из Казахстана Еленой Коноваловой и Эллой Фогель, родившейся и выросшей в этом селе. Обе эти женщины называют это село своей родиной и в Германию переезжать не собираются. Есть в Петродолинском несколько семей, вернувшихся из Германии. С одной из них я познакомлю вас в следующем выпуске передачи «Мосты».