1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Книги

Немецкие открытия: ''правильный'' Хармс и ''дерзкий'' Гришковец

Среди изданных в последнее время в Германии русских авторов есть два, по поводу которых немецкие критики особенно часто говорят о "сюрпризах" и "открытиях".

Чуть ли не всю газетную страницу посвятило немецкому собранию сочинений Даниила Хармса литературное приложение к газете Welt. Подзаголовок совершенно нетипичен для газеты и удивительно эмоционален для немецких рецензентов: "Наконец-то вышло полное собрание!.." Это четыре томика: проза, стихи, пьесы, эссе, письма и дневники. Перевели Хармса частично Беате Рауш (Beate Rausch) и частично - Александр Ницберг. Переводы так хороши, так конгениальны, что рецензент радиостанции Deutschlandradio Kultur (опять-таки с непривычным в таких случаях пафосом) воскликнул: "Теперь у нас есть "правильный" Хармс!"

Любовь к хаосу

Ясно, что автора, столь виртуозно жонглировавшего словами и смыслами, передать средствами другого языка очень непросто. Хармса переводили на немецкий язык более десятка разных переводчиков. Самым уважаемым среди них считался до недавнего времени Петер Урбан (Peter Urban). Но Ницберг весьма нелестно, в очень полемичном тоне, отзывается о его переводах. "Не надо пересказывать стихи Хармса, пусть они сами говорят за себя!" - подчеркивает Ницберг. Новые переводы (особенно стихов) действительно очень хороши. Эксцентричность, бурлеск и абсурдистский блеск Хармса они передают, так сказать, объемно, не только по смыслу, но и в фонетике, ритме и рифме.

Евгений Гришковец

Евгений Гришковец

Единственное, что ставит под сомнение рецензент газеты Welt Клаус-Ульрих Билефельд (Claus-Ulrich Bielefeld), - общую структуру собрания произведений Хармса. Ницберг, который был и одним из составителей собрания, расположил, в частности, стихи не в хронологическом порядке, а разбив их по своеобразным "тематическим" группам: стихи для детей, философские стихи, эротические стихи и так далее. Но возможно ли, надо ли таким образом систематизировать, упорядочивать творчество, для которого характерна любовь к хаосу? Тем не менее и Билефельд признает, что составителям сборника удалось представить творчество Хармса как Gesamtkunstwerk - "универсальное произведение искусства". Прекрасным дополнением к этому "произведению искусства" являются вышедшие одновременно с последним томом собрания в том же издательстве Galiani воспоминания Марины Дурново "Моя жизнь с Даниилом Хармсом" (в русском варианте книга называется "Мой муж Даниил Хармс").

Обложка книги Марины Дурново

Обложка книги Марины Дурново

Привлекательная небрежность

Выход собрания сочинений Даниила Хармса на немецком языке растянулся фактически на несколько лет. Зато и восхищаются критики этим изданием уже на протяжении, как минимум, двух лет. "Наконец-то!" рецензента газеты Welt - лишь, так сказать, заключительный мажорный аккорд. Много написано уже и о немецком издании повести Евгения Гришковца "Реки".

Рецензентку Frankfurter Allgemeine, очарованную "дерзким", как она выражается, стилем Гришковца, больше всего, похоже, поразило то, что, описывая жизнь в СССР семидесятых и начала восьмидесятых годов, автор ухитряется обходить идеологию, пионерские сборы, ГУЛАГ и тому подобное. Причем иронию Сабины Беркинг (Sabine Berking) вызывает здесь не только homo sovieticus, но и среднестатистический западный обыватель, слишком однобоко воспринимавший тогда грозного восточного соседа.

Как бы там ни было, но "советско-сибирское детство" в интерпретации Гришковца и то, что застойное время представляется с высоты сегодняшних дней раем стабильности, оказывается для немецкого критика сюрпризом.

Ее коллегу Юдит Ляйстер (Judith Leister) из Neue Zürcher Zeitung впечатлило не столько содержание, сколько манера повествования. Она считает Гришковца интеллигентным и очень пристрастным рассказчиком. Критику особенно понравилась "привлекательная небрежность" его стиля, то, как автор описывает и обдумывает, прежде всего, "неизвестное, непонятное, шаткое".

В статье Frankfurter Rundschau идет речь о "субъективности Сибири", увиденной Евгением Гришковцом, о его монологичности, а также, естественно, и о нем самом. Яркая личность, писатель, драматург, певец, актер, человек-оркестр, конечно, не может не привлекать немецких рецензентов, издателей и театральных режиссеров. "Реки" - не первая книга Гришковца, переведенная на немецкий, и явно не последняя.

Автор: Ефим Шуман
Редактор: Татьяна Вайнман

Daniil Charms.
Werke in vier Bänden.
Galiani, Berlin

Jewgenij Grischkowez.
"Flüsse".
Ammann Verlag, Zürich