1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа и европейцы

Национальные меньшинства: эскимосы

19.03.2002

Нашу передачу сегодня мы посвятили рассказу о национальных меньшинствах. А начнем мы ее с эскимосов.

Коренные обитатели Арктики – эскимосы, или как они сами себя называют «инуиты» - живут на севере Канады, в Гренландии, на Аляске и в Сибири. В Гренландии уклад эскимосов начал резко меняться, когда этот остров сначала превратилась в колонию Дании, а затем – в одну из ее провинций. Коренные жители, которые многие столетия существовали в полной гармонии с природой, вынуждены привыкать ко всем удобствам и недостаткам европейской цивилизации. Сегодня в Гренландии насчитывается примерно 45 тысяч инуитов, многим из которых с трудом удается найти золотую середину между древними традициями и стремительными общественными изменениями. Для того чтобы оградить свою культуру и жизненный уклад от исчезновения и полной зависимости от милости центральных правительств разных стран эскимосы создали так называемую Циркумполярную конференцию инуитов – международную организацию по защите интересов эскимосов. Дагмар Рёллих побывала в столице Гренландии, городе Нук и встретилась там с одним из руководителей Циркумполярной конференции инуитов.

Нук – похожие на бараки приземистые дома с маленькими окошками и плоскими крышами жмутся к земле под ледяными ветрами из Арктики. С 1979 года Нук – это столица Гренландии и самый крупный населенный пункт гигантского острова, насчитывающий 13 с половиной тысяч жителей. Это – вполне современный город. Только в старой колониальной гавани статуя основателя первой христианской миссии в Гренландии Ханса Эгеде – задумчиво смотрит на небольшую группу старинных построек. В остальном же лицо города определяют безликие панельные дома. В этих домах живут инуиты, которых переселили из бескрайних просторов Гренландии в тесноту трехкомнатных квартир. На балконах до сих пор можно увидеть прикрепленные к стенкам черепа северных оленей, с которых клоками свисает свалявшаяся шерсть. Это – все что осталось инуитам от прежней жизни.

Традиционный гарпун, с которым эскимосы охотились раньше на нерпу и кита, висит на стене в кабинете Акалу Клинге: историческая реликвия мирно соседствует с современной компьютерной техникой и средствами коммуникации, в окружении которых работает официальный представитель эскимосов. Энергичный мужчина средних лет считает главной своей задачей – добиваться сохранения национальной идентичности инуитов. Нашу беседу он начинает так:

«Когда я был ребенком, в 50-х и 60-х годах, то летом можно было просто выйти на лодке в море и привезти свежей рыбы к обеду».

В те времена в море еще было полно трески, и мир инуитов был в полном порядке. Они жили рыбалкой и охотой. Но сегодня все это уже в прошлом. Сначала, в 70-х годах исчезла рыба. А потом....? Рассказывает Акалу Клинге:

«Многие тысячи лет инуиты традиционно кормились охотой на китов и тюленей. Кошмар для нас начался, когда «Гринпис» объявил войну массовому уничтожению тюленей на канадском побережье. «Гринпис» и Бриджит Бардо разрушили традиционную основу нашего существования – охоту на тюленей и обработку их шкур. Эта кампания была для нас сродни новой колонизации. Защитники животных почему-то совсем не думают о людях, которые живут в полярных регионах. Я считаю, что защитники природы совершают преступление, когда они заявляют, что хотят спасти диких животных, но при этом забывают о диких эскимосах».

Акалу помешивает ложечкой чай в своей чашке. Вмешательство европейцев и американцев, говорит он, уничтожило прежний общественный порядок. С тех пор, как существует народ инуитов, мужчины охотились на тюленей, а женщины обрабатывали шкуры. Сегодня эти шкуры почти невозможно продать. Только в Гренландии, где датское государство доплачивает за каждую шкуру по 560 крон, несколько семей еще живут по старинке. Но они полностью зависят помощи со стороны государства. В Канаде, на Аляске или в России, где такой поддержки нет, старинные традиции забываются.

Традиционному образу жизни угрожает и еще одна опасность, говорит Акалу:

«Повсюду - в Северной Америке и в Гренландии - все более заметными становятся изменения климата. Прежде всего, там, где в тундре началось таяние вечной мерзлоты. Кроме того, даже зимой лед на поверхности моря стал тоньше, поэтому мы уже не можем выезжать на охоту. И, наконец, погода очень быстро меняется. Старики больше не могут предсказывать погоду на следующий день, как они это делали раньше».

Акалу становится задумчивым, когда речь заходит об очевидных последствиях конфликта между двумя культурами. Он рассказывает, что по выходным дням в пешеходной зоне маленькой столицы Гренландии можно увидеть пьяных. Это – люди, которые никак не могут привыкнуть к новым временам. Алкоголизм превратился в одну из самых серьезных проблем общества инуитов, которым приходится бороться за сохранение своего национального самосознания. Сегодня, продолжает Акалу, эскимосы берут на охоту ружья и ездят на моторных лодках и снегоходах. А раньше они отправлялись за добычей на каяках или собачьих упряжках с копьем в руке. Применение современной техники изменило соотношение сил в природе. Многие виды птиц уже оказались на грани исчезновения. Даже местные защитники окружающей среды жалуются, что эскимосы отстреливают тюленей только радии премий, которые они получают от государства за шкуры. Мясо охотники выбрасывают. Современность диктует инуитам свои законы, вопреки их воле и желаниям.

Национальные меньшинства: геноцид армян в Османской империи

А теперь перенесемся в Турцию, где официальные власти до сих хранят упорное молчание о массовых убийствах армян, совершенных почти 90 лет назад в Османской империи.

По некоторым оценкам, жертвами расправ стали примерно полтора миллиона человек. В начале прошлого года Французский парламент принял специальную резолюцию, которая официально назвала массовые убийства армян геноцидом. С тех пор турецкая общественность постепенно начинает осмысливать эту тему, но официально правительство Турции по-прежнему отказывается признавать произошедшее геноцидом. Хотя Анкара все же пошла на создание совместной турецко-армянской комиссии примирения, однако до настоящего примирения еще очень далеко. О том, что думают о мрачной странице истории турецкие и армянские интеллигенты, рассказывает Павел Лось.

Очень не просто хотя бы ставить под сомнение это табу, не говоря уже о том, чтобы отменить его. Тем не менее, позитивные сдвиги есть: хотя табу все еще сохраняется, его постепенно подтачивают со всех сторон. К тому же это – не только армянская проблема, но и турецкая, ведь по ней можно судить о степени демократизации Турции. Пока табу сохраняется, никакой демократизации нет. А пока не начата демократизация, будет сохраняться и табу.

Иранч Динк является издателем армянской еженедельной газеты «Аргос». Это – приятный в общении мужчина средних лет. Его солидная внешность излучает юмор и силу. По словам Динка, он никогда не был за границей, у него даже никогда не было заграничного паспорта. Резолюции европейских парламентов, которые осуждают расправу над армянским народом в начале прошлого века, как геноцид, по его мнению, приносят мало пользы. Напротив, вмешательство извне лишь укрепляет позиции турецких ультра-националистов.

«Я не думаю, что резолюция французского парламента содействовала демократизации Турции. Впрочем, некоторые одобряют это решение. Вот уже целый год, говорят они, даже по телевидению спорят об армянском вопросе. Верно, об этом сейчас говорят. Однако, если участники спора не слушают друг друга, если диалог этот ведется под давлением, тогда подобные разговоры скорее вредны, ведь они ни к чему не приводят».

Армяне, которые раньше населяли обширные регионы Анатолии, в сегодняшней Турции составляют лишь незначительное национальное меньшинство. В Стамбуле, например, живет примерно 65 тысяч армян. А в Анатолии – несколько сотен. Им с трудом удается сохранять свои религию, язык и культуру. Учебные планы армянских школ проверяются и утверждаются турецкими ректорами. Преподавание религии запрещено. Реставрацию старинных зданий, принадлежащих немусульманским меньшинствам, можно проводить только с особого разрешения правительства в Анкаре. И армяне боятся, что другие государства могут воспользоваться трагедией прошлого для достижения собственных экономических и политических целей, говорит Иранч Динк.

«Геноцид – это историческая драма, пережитая нашим народом. Никому не позволительно использовать эту драму в собственных политических интересах – ни армянам, ни туркам, никому другому на этом свете. Это было бы величайшей бестактностью».

Эта позиция Иранча Динка не пользуется большой популярностью в армянской диаспоре. Живущие за рубежом армяне убеждены, что только с помощью международного давления можно заставить Турцию назвать события 1915 года геноцидом. Резолюции европейских парламентов оказали определенное воздействие, прежде всего на молодые поколения Турции, считает Карин Каракашли, которая работает редактором в армянской еженедельной газете «Аргос».

«Когда стало появляться все больше проектов резолюций по армянскому вопросу, эта тема попала в заголовки турецких газет, и турецкое общество вдруг стало задаваться вопросами о своем прошлом. Однако прежде, чем турки смогут назвать геноцид своим именем, они хотят осмыслить, что же произошло на самом деле».

Лишь очень немногие турки отваживаются, подобно супругам-издателям Зароколу, подвергать сомнениям официальную турецкую версию событий начала прошлого века. С начала 90-х годов Зароколу публикуют книги, посвященные армянскому вопросу. Вскоре после издания первой книги, в их издательстве взорвалась бомба. Зароколу много раз представали перед судом, тиражи некоторых книг были просто конфискованы. Айшену Зарогулу была приговорена к двум годам лишения свободы. Ее супруг Рагеб Зарогулу, тем не менее, не теряет уверенности в своей правоте:

«В прошлом даже оппозиционные левые группировки придерживались такого мнения по армянскому вопросу, которое во многом перекликалась с официальной турецкой версией. Это объяснялось плохой информированностью оппозиционеров: из-за многочисленных запретов у них просто не было возможности узнать правду. Поэтому, мне кажется, что благодаря нашим публикациям, удалось хотя бы немного приоткрыть дверь, ведущую к истине».

Национальные меньшинства: цыгане в Венгрии

Наш последний репортаж сегодня посвящен ситуации цыган в Венгрии.

Правительство в Будапеште при активном содействии Европейского союза проводит программы целенаправленной поддержки национальных меньшинств. В первую очередь власти стремятся устранить предубеждения против цыган, существующие у населения. И по сей день непропорционально большое число цыганских детей в Венгрии не может закончить даже среднюю школу: они не хотят учиться, потому что и их родители в свое время почти не посещали школу. В результате очень немногим цыганам удается подняться по социальной лестнице общества.

Именно этот перекос и стремится устранить созданный самими цыганами Дом культуры в Будапеште: он выплачивает стипендии молодым цыганам, посещающим школу или университет. И число таких стипендиатов постоянно растет. О доме культуры цыган в Будапеште рассказывает. Ефим Шуман.

Тихая улочка в предместье Будапешта. На небольшом здании красуется вывеска: «Романо киа. Дом цыган». Стены в вестибюле здания завешаны фотографиями: здесь 1.200 снимков. Это, пожалуй, самая большая в мире галерея цыганских портретов, говорит заместитель директора дома Жужа Мештер. Уже в самом начале беседы становится ясно, где проходит главное направление ее работы: надо устранить дефициты образования цыганских детей. Этого она добивается с большим энтузиазмом, несмотря на довольно скромные дотации, выделяемые государством. Самое главное, рассказывает госпожа Мештер, - это борьба с предрассудками. Ведь согласно социологическим опросам, 90 процентов венгерского населения относится к цыганам крайне негативно.

«К сожалению, такое отношение воспитывалось в людях столетиями. За последние 50 лет ситуация к лучшему не изменилась. Вместе с другими социальными проблемами, цыганский вопрос просто замалчивался. Теперь об этих проблемах стали говорить открыто, и у многих создается впечатление, что они возникли только сегодня. Хотя это совсем не так. Цыган тридцать лет назад не любили также сильно, просто об этом не разрешалось говорить.

Авторы новейшего социологического исследования об образовательном уровне венгерских цыган приходят к выводу, что социальное поведение цыган является исключительно продуктом бедной субкультуры, в которой они живут сейчас, а вовсе не их этнических или культурных традиций. Родители сами далеко не всегда посещали школу, поэтому трудно убеждать детей в необходимости регулярно ходить в школу. А это в свою очередь является главным препятствием на пути их успешной интеграции в общество. В результате цыганские дети чувствуют себя изолированными, они агрессивно реагируют на оскорбления и проявляют большую групповую солидарность, чем другие слои населения. Такое поведение подпитывает предубеждения против цыган. Примечательно, что главным среди них является вовсе не представление о ленивых цыганах, а - страх перед ними. Единственная возможность разорвать этот порочный круг, по убеждению Жужы Мештер, состоит в повышении образовательного уровня цыган. На это и делает ставку «Романо киа». В 1987 году он начал единственную в своем роде в Венгрии программу поддержки одаренных цыган, а сейчас уже становятся заметными первые ее результаты. Если поначалу она охватывала только 27 стипендиатов, то теперь их более трехсот. Из них – 80 студенты высших учебных заведений.

«Романо киа» предлагает помощь в определении профессиональной ориентации для выпускников школ. При этом сотрудники дома стремятся заинтересовать своих питомцев самыми разнообразными профессиями, ведь только так можно добиться их эффективной интеграции в венгерское общество. «Романо киа» организует также дополнительные занятия для неуспевающих учеников и курсы по изучению иностранных языков.

И здесь также проявляется давно уже отмеченная закономерность: чем выше образовательный уровень родителей, тем охотнее учатся их дети, и тем легче они воспринимают новое. Взять хотя бы музыкантов: из-за падения популярности цыганской музыки в последние годы, дети цыган все чаще изучают классическую музыку.

Но как вести себя стипендиатам «Романо киа» после окончания высших учебных заведений? Должны ли они помнить о своих цыганских корнях и содействовать интеграции в общество молодых поколений? Жужа Мештер считает так:

«Я не думаю, что это должно становиться главной задачей цыганских интеллигентов. Я считаю это задачей для всего венгерского общества. Мы уже шесть столетий живем бок о бок, и наши менталитеты не так уж различаются между собой, хотя часто можно услышать обратные утверждения. Просто каждый должен учиться понимать менталитет другого».