1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

История

Музей КГБ: мрачные тени рижской Лубянки

"Лубянка", "Большой дом", "Угловой дом" - у этих названий дурная слава. Но в бывшем управлении КГБ Латвийской ССР - так называемом "Угловом доме" в Риге - сегодня работает музей.

"Угловой дом" - так в Латвии с давних времен называют импозантное здание в стиле "модерн" на перекрестке рижских улиц Бривибас и Стабу. У этого дома мрачная слава. Здесь с 1940 года, со времени советской оккупации Латвии, и до перестройки, когда была восстановлена независимость, размещалось главное управление НКВД, а потом КГБ Латвийской ССР. Здание построил в 1912 году известный латышский архитектор Александр Ванаг, которого позже латышские коммунисты расстреляли как контрреволюционера.

Контекст

Сейчас в "Угловом доме", который несколько лет был попросту заброшенным, размещается музей КГБ. Первый этаж встречает посетителей (сюда приходят каждый год 90 тысяч человек) весьма впечатляюще: здание было построено в свое время как доходный дом с шикарными магазинами, потолок украшает лепнина.

Подозреваемые и обвиняемые

Попадавшие в рижскую Лубянку подозреваемые и обвиняемые (они же, по чекистскому обыкновению, уже практически и осужденные) этой красоты не видели. Парадным входом, как и еще двумя подъездами, могли пользоваться только чекисты. Все прочие доставлялись сюда в "воронках", а в сороковые годы - в кузовах грузовиков. Или, если были еще не арестованы, входили в здание КГБ через КПП (приемную) на углу. Тут же висел почтовый ящик для запросов, письменных заявлений и доносов.

Осенью 1940 года, после того, как НКВД Латвийской ССР заняло это здание, его сразу же стали перестраивать. Расширили въезд во внутренний двор (для того, чтобы могли проехать машины с арестованными), поставили решетки на окна, а самое главное - оборудовали в подвале камеры для заключенных. Сегодня внутренняя тюрьма КГБ стала частью экспозиции музея. Это 44 тесные камеры, железные кровати (раньше были нары), скудный свет из крошечного окошка... Всего - 175 "посадочных" мест. Но в 1940 году, после того, как Латвия была оккупирована, в камеры часто набивали по несколько десятков человек.

Одна из камер внутренней тюрьмы КГБ

Одна из камер внутренней тюрьмы КГБ

Арестовывали не только латышей, как подчеркивается на одном из стендов музея. "Брали", например, членов организаций русских эмигрантов. А среди чекистов были и латыши. Обратим внимание, что и эту информацию находишь на стендах музея. Она дана на трех языках: латышском, английском и русском. Музей "Угловой дом" - ни в коем случае не антирусский.

Те, кто после возвращения советской власти в Латвию воевал против нее с оружием в руках, названы здесь "национальными партизанами". Но воевали они не против русских, а против советской власти, против "коммунистического режима оккупации". Многие уходили в леса, спасаясь от повальных арестов, которые начались уже осенью 1944 года, и от всеобщей мобилизации. Репрессиям подвергались родственники, даже малолетние дети участников "бандформирований", как они именовались в чекистских документах. Их имена, краткие биографии, фотографии, а также ордера на арест, расстрельные списки, листы дактилоскопической экспертизы составляют сегодня часть экспозиции "Углового дома". А рядом - карточки, заведенные на "стукачей", их агентурные донесения...

Культура памяти

В картотеке КГБ Латвийской ССР - около 6 тысяч карточек, почти 5 тысяч из них заведены на агентуру. В Латвии все громче раздаются голоса тех, кто призывает обнародовать имена осведомителей - по крайней мере, тех, кто нанес реальный вред, по доносам которых людей сажали, увольняли с работы, выгоняи из институтов... Дискуссия по этому поводу уже давно идет в латвийском обществе.

Коридор внутренней тюрьмы КГБ

Коридор внутренней тюрьмы КГБ

Как бы ни решился этот вопрос, но музей, открытый в "Угловом доме", должен остаться. "Это часть нашей истории, - говорит рижская студентка Рута Ворпа. - Тяжело все это видеть, но так было... Я, кстати говоря, считаю правильным, что здесь напоминают и о том, как жертвами советских репрессий становились русскоговорящие жители Латвии…" Ей вторит Зигне Ирбе: "Нам, в Латвии, нужна культура памяти. И это место, где живут тени прошлого, необходимо сохранить".

Смотрите также:

Контекст