1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Хроника дня

Молодежь Нагорного Карабаха помнит о войне, но не хочет о ней думать

Особого выбора в развлечениях в Степанакерте нет: ни театров, ни концертов, кино – только по пятницам. На мой вопрос о том, помнят ли Лусине и Марут о карабахской войне, оба отвечают утвердительно. Репортаж.

default

Сейчас из азербайджанского меньшинства в Нагорном Карабахе почти никого не осталось. Если армяне и встречаются с азербайджанцами, то где-нибудь в России или в соседней Грузии. И, как признались мне герои этого репортажа, дело часто заканчивается спорами о Карабахе. Армянам вести эти споры легче, в конце концов, они взяли верх в кровопролитной войне, поэтому-то, признались Лусине и Марут, они хотели бы, чтобы всё осталось так, как есть.

Symbolbild Diskothek

Со студенткой Лусине и компьютерщиком Марутом я договорился встретиться в одном из лучших, по их мнению, баров Степанакерта - «Фламинго». С десяток столов, громкая русская поп-музыка.

- Здесь немного дорого, но очень хорошо чувствует себя молодёжь...

Особого выбора в развлечениях в 50-тысячном Степанакерте нет: ни театров, ни концертов, кино – только раз в неделю по пятницам. И на мой первый вопрос о том, помнят ли Лусине, которой сейчас 21 год, и 24-летний Марут о карабахской войне, оба отвечают утвердительно:

- Мне было лет шесть-семь, но я очень хорошо помню эту войну. Мы жили рядом с госпиталем, и я очень хорошо помню, как там всё было.

С этим соглашается и Марут:

- Конечно, это всё не забывается, но ты привыкаешь к другой жизни. Однако когда в интернете задаёшь в поиске «Нагорный Карабах», там всё про войну. Но мне кажется, после войны очень много изменилось. И пора забыть это всё.

Вряд ли с такой точкой зрения могут согласиться десятки тысяч азербайджанских беженцев, да и официальный Баку не собирается признавать независимость Карабаха. Для Лусине и Марута вопрос со статусом «… решён. Может быть, когда мир признает независимость Нагорного Карабаха, может быть, будут изменения», говорит Лусине.

Однако Лусине не возлагает на это больших надежд. Мы, говорит она, как ходили отдыхать в это кафе или учиться, так и будем дальше делать это, независимо от признания статуса Нагорного Карабаха. Молодых людей волнуют другие проблемы. Большинство из них до сих пор живут в квартире родителей, и найти собственное жилье «…очень трудно. Хотя пока ты студент и тебе помогают родители, то это очень даже хорошо. Но когда замуж выходишь или женишься, то очень приходится трудно, особенно парням», рассуждает Лусине.

Марут жениться пока не собирается:

- Мы живём с братом, с отцом и матерью, и одна сестра у нас. Она скоро выйдет замуж, и одна комната освободится. Но я не думаю, что уживусь с братом под одной крышей пусть и четырёхкомнатной квартиры.

На меньшую площадь поменяла свою большую квартиру семья Лусине. Разницу вложили в бизнес – комиссионный магазин. Но мечтает Лусине о другом:

- … о большом магазине одежды, но не «секонд-хэнд», а фирменных вещей.

Я уезжал из Степанакерта на следующее утро после нашей встречи. Из-за снегопада заехать в расположенный в десяти километрах от столицы Нагорного Карабаха город Шуша мне не удалось. В этом городе раньше жили преимущественно азербайджанцы. Уверен, что они рассказали бы мне совсем другие истории. Но эта уже тема другой поездки. Пока же из Карабаха в Азербайджан можно попасть либо через Тбилиси, либо через Москву.

Репортаж из Степанакерта подготовил боннский журналист Андрей Бреннер

Контекст