Можно ли верить официальному Ташкенту? | Центральная Азия - события и оценки | DW | 16.05.2005
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Центральная Азия

Можно ли верить официальному Ташкенту?

Возникает еще одна, чисто финансовая версия того, что лежит в основе этого бунта.

"В целом ситуация в республике, а в частности - в Андижанской области, стабильная, ситуация под контролем", - это сообщение в понедельник со ссылкой на источник в узбекском МВД распространило российское информационное агентство "Новости".
"Мы не комментируем слухи касательно обстановки в Пахта-Абаде о том, что там якобы творятся беспорядки, и в этом задействованы правоохранительные органы", - передало слова источника агентство.

В свою очередь, как сообщил "НВ" в понедельник наш корреспондент Юрий Черногаев:

ЮЧ: Понедельник в Узбекистане начался с новых тревожных сообщений – огонь народного возмущения перекинулся на небольшой город Пахта-Абад в 30 километрах от Андижана. Связь с городом отсутствует, и, по неподтвержденным сообщениям, там прошла по улицам толпа, которая громила все на своем пути. Официальных зданий люди не трогали, но на одной из площадей идет митинг.

Тем временем реальная ситуация в Андижане станет в среду, возможно, достоянием общественности Узбекистана уже не только с помощью зарубежных СМИ. Впервые за четыре дня после кровавой пятницы в Андижан разрешили выехать корреспондентам Общенационального канала Узбекского телевидения. Правда, журналисты совершенно ясно отдают себе отчет, что их материал пройдет через цензуру.

Дозирование информации о событиях в Андижане идет многими способами: в том числе, например, на пресс-конференцию президента не были допущены журналисты из Прибалтики и Азербайджана. По-прежнему блокируются сайты и новостные зарубежные телеканалы. Зато возрос интерес к иновещанию, в частности, к «Немецкой волне».

Видимо, в эти дни перед экспертами стоят два главных вопроса: кто виноват в огромном числе жертв и что будет дальше? Власти, уверяя, что положение в Андижане стабильное, продолжают стягивать в Ферганскую долину войска, и твердо придерживаются версии, согласно которой вина за сотни погибших и тысячи раненных (такие цифры в понедельник назывались в западных СМИ) лежит исключительно на исламских экстремистах из секты "Акромия", которые подняли антигосударственный мятеж. Власти указывают на связи "Акромии" с "Талибаном", "Хизб-ут-Тахрир" и так далее. На первый взгляд, эту версию подтверждает в интервью "НВ" председатель андижанского отделения Международного общества прав человека Кадыр Иргашев:

КИ: С 13 на 14 мая в 12 часов ночи ко мне домой позвонил обвиняемый, который сидел в тюрьме, Урман Исмаилов, и сообщил, что на тюрьму напали вооруженные люди, освободили их и заставили выйти из тюрьмы примерно около тысячи человек подследственных, акромийцев. Ворота тюрьмы были открыты. При выходе стояли машины с автоматами, гранатами. Тем, кто выходил из тюрьмы, раздавали оружие. Наш подзащитный не взял автомат, приехал домой и сразу мне позвонил. Сейчас он находится у нас в офисе. Чтобы самому убедиться, насколько реальна эта история, я рано утром поехал туда и увидел, что около ворот действительно лежат трупы и в домах напротив тюрьмы идет перестрелка. Чтобы получить более точную информацию, я со своим юристом-экспертом Рахматом Ортегали поехали по городу. По обочине в нескольких местах мы видели трупы людей, среди которых были подростки и дети. Когда дошли до областного акимиата, то там было очень много народу, и проводился митинг сторонников акромийцев. Они призывали народ к активным действиям против государственной власти. Здание акимиата было оцеплено. Потом оттуда вышел акромист Шарифжон Шакиров. Выяснив цель нашего приезда, он под дулом автомата отобрал у нас документы, сотовые телефоны, ремень, ключи от автомашины. Потом нам сзади связали руки и поставили к стенке. При этом сказали, что нас будут проверять. Пока мы ждали, акромийцы приводили с улицы подозрительных, по их мнению, людей и предавали группе боевиков. Я так понял, что у них своя спецслужба там существует. Примерно через три часа к нам подошел Шакиров и сказал, что они были вынуждены идти на такой шаг от безысходности, потому что власти в отношении нас не справедливо поступают. Потом он разрешил нам покинуть здание, но подошел незнакомый человек с автоматом и сказал Шакирову, что в случае штурма здания использует нас в качестве заложников. Около 18 часов началась перестрелка. Тогда нас всех собрали в фойе, привязали нас друг к другу вокруг шеи веревкой и повели на окраину города как живой щит, по бокам шли боевики. Один из них прострелил заложнику ногу, тот не смог идти и в результате у нас у всех затянулась веревка на шеи. Чтобы нас тоже не пристрелили, мы сами несли раненых. Впереди стоявшие солдаты с БТР предупредили, чтобы люди дальше не двигались, а боевики-акромийцы заставляли нас идти вперед и сзади стали стрелять в нас. Тогда мы легли на асфальт, чтобы спасти свою жизнь. В это время началась перестрелка между фанатами-акромийцами и солдатами спецлужб. В результате погибли все заложники, кроме меня и еще троих раненых. Там где произошла перестрелка, кроме заложников погибло и много акромийцев, человек 200-220. Там погиб и мой заместитель Рахмат Ортегали. По последним данным акромийцы сейчас разделились на три направления и разбежались. Многие пошли в сторону Киргизии. Сегодня не одного выстрела не слышно. После восьми часов вообще никого нет, только солдаты, которые патрулируют на машинах. А так как раньше -милиция и ГАИ работают в прежнем режиме.

Однако, как уже сообщала "НВ" со ссылкой на источник в узбекских спецслужбах, еще в субботу у Ислама Каримова не было никаких доказательств связи акромийцев с радикальными исламскими группировками типа ИДУ или "Талибана". Об этом сам президент оповестил руководителей спецслужб, потребовав от них усилить работу по поиску этих доказательств. Если анализировать причины событий, произошедших в Андижане, можно ли соглашаться с версией официального Ташкента? Этот вопрос "НВ" обращает к эксперту Московского центра Карнеги Аркадию Дубнову:

АД: Попытки анализа того бунта, который произошел в Андижане, наталкиваются на серьезные трудности по причине отсутствия информации о происходившем или происходящем до сих пор. Узбекские власти сделали все возможное, чтобы независимых источников информации из Андижана не могло быть. Приходится сопоставлять официозные сообщения о том, что происходит в этой части Ферганской долины, с теми отрывочными сообщениями свидетелей, очевидцев и даже журналистов, которые оттуда все-таки могли что-то сообщать. Складывается картина, которая выглядит так: то, что произошло в ночь на 13 мая, было отнюдь не мирным. Люди, поднявшие оружие против государственных органов власти, знали, на что они пошли. Это может быть следствием того, что все мирные формы протеста оказались безрезультатными и не находили никакого отклика со стороны власти, в том числе и судебной. Затем ситуация развивалась по внутренним законам, которые предопределяли невозможность остановиться, после того как была пролита первая кровь, которая "повязала" тех, кто ее пролил. В этой ситуации власть должна была реагировать достаточно жестко. И тут проблема с оценкой ситуации. То, что реакция была чудовищно неадекватной, то, что стрельба велась, выражаясь военной терминологией, "по площадям" – это очевидно. Когда гибнут сотни жителей (теперь об этом можно говорить с уверенностью), в ответ на вылазку нескольких десятков людей, которых можно называть как угодно: экстремистами, повстанцами, радикальными элементами, это говорит о том, что власть не была готова к такому развитию событий, несмотря на то, что в Ташкенте знали, что зреют зерна сопротивления именно в Ферганской долине и даже в соседней Киргизии, как на то указывает Ислам Каримов. Мне кажется подозрительным, что узбекская пропаганда настойчиво не дают возможности проверить на месте, насколько следы, идущие к организаторам этих событий, идут из таких идеологических центров, как "Хизб-ут-Тахрир, как "Талибан", как центры сопротивления в Киргизии. Это меня еще раз убеждает в том, что сегодня у Ташкента есть ответы, к которым надо подогнать аргументы.

Восстанию в Андижане предшествовали митинги в Ташкенте, носившие в основном, экономический характер, а затем, в самом Андижане, родственники бизнесменов, обвиняемых в причастности к движению "Акромия", несколько дней требовали восстановить справедливость по отношению к своим кормильцам. И узбекские спецслужбы не оценивали эти акции как потенциально "террористические". Можно не сомневаться, что если бы на нечто подобное решились представители "Хизб-ут-Тахрир", их действия были бы пресечены немедленно и жестко. Аркадий, можно ли допустить, что узбекские силовики просто "проспали" сотни вооруженных боевиков-акромийцев, о которых сейчас, как мы слышали, шла речь?

АД: Я не располагаю сведениями, как работают аналитические центры в узбекских спецслужбах. Но понятно, что когда надо доложить начальству, кто стоит за действиями вооруженных людей, то нужно назвать конкретные структуры и имена, чтобы решить, кто виноват. И, я думаю, эту ситуацию для аналитиков облегчило нападение на тюрьму, в результате которого были освобождены 23 человека, обвиняемые в принадлежности к так называемой секте "Акромия". Поэтому, я думаю, "Акромия" – это та самая точка опоры, которая позволила указать на объект заговора. Но если говорить шире, то власть уже на уровне подготовки суда над представителями секты "Акромия" стала опасаться той власти над умами и влияния на андижанцев этих людей, которые, будучи истовыми мусульманами, занимались благотворительной деятельностью и обеспечивали себе таким образом очень высокий авторитет и уважение среди местного населения. Это напоминает мне ситуацию с партией "Адалат", которая была создана в начале 90-х годов в Намангане, которая наводила порядок на гребне первых месяцев независимости Узбекистана и фактически заменила собой официальную власть. И это привело к полному падению престижа власти, что напугало Ислама Каримова, который был вынужден положить этому конец. Точно так же и здесь. Другое дело, что сегодня ситуация вышла из-под контроля властей раньше, чем они попытались справиться с влиянием секты. Я уже не говорю об интересах по перераспределению бизнеса в пользу представителей власти. Если правильны сообщения о том, что преследования секты "Акромия" начались после того, как в Андижане был назначен новый хяким области, который решил прибрать их бизнес к своим рукам, то возникает еще одна, чисто финансовая версия того, что лежит в основе этого бунта.

К словам Аркадия Дубнова необходимо добавить, что сами представители "Акромии" не отрицают того, что пошли на насилие в отношении представителей власти, добиваясь освобождения 23 бизнесменов – членов их организации. Но категорически отрицают связь с экстремистскими мусульманскими группировками и настаивают на том, что старались объединить в своих рядах на основе специфической трактовки ислама ряд предпринимателей, готовых оказывать безвозмездную помощь бедствующему местному населению. Далее, еще до событий в Андижане правозащитники в Узбекистане сообщали о том, что несколько групп молодых бизнесменов, причем не только в этом городе, подверглись притеснениям со стороны спецслужб, сотрудники которых заставляли их признаваться в причастности к секте "Акромия". В случае отказа молодым людям, в числе прочего, грозили надругаться над их женами! Знание этих фактов, которые "НВ" сообщала еще в начале мая, возможно, поможет точнее определиться в вопросе о том, кто же виноват в насилии и обилии жертв в Андижане.

Однако кризис в Узбекистане определяется не только положением в Андижане. Вот что передает Юрий Черногаев о положении на узбекско-киргизской границе:

ЮЧ: Что касается ситуации на границе Узбекистана и Киргизии в районе города Карасу, то главная новость – снова открыт пропускной пункт. Как сообщил корреспонденту «Немецкой волны» главный редактор местной газеты «Карасу Тонги» Сирожитдин Хасанов, за те 2 часа, что он утром провел на КПП, границу пересекло не меньше тысячи человек. Было видно, что люди покидали страну в спешке, пока есть возможность – многие имели при себе только личные вещи. Поскольку горотдел милиции Карасу сгорел вместе со всей документацией еще два дня назад, и узбекские, и киргизские пограничники не требовали никаких виз – достаточно любого документа с фотографией.

Сирожитдин Хасанов говорит, что границу с узбекской стороны власти открыли по ходатайству главы местной администрации Абдумалика Касымова, который уже просто не ручался за контроль над толпой в несколько тысяч человек, которые рвались в Киргизию. Когда границу открыли, местные общественные лидеры Бахтияр Рахимов и Дильмурад Мамаджанов заявили главе администрации, что прекращают митинг, который шел на протяжении двух последних суток.

Эти два дня были для Карасу очень непростыми: на границе скопилось много беженцев и люди просто занялись мародерством. В частности, из редакции «Карасу Тонги» на глазах журналистов унесли все компьютеры, телефоны и даже столовую посуду. Так что редактор Хасанов, как и многие жители Карасу, вздохнул с облегчением, когда эта толпа ринулась в Киргизию.

И в заключение – информация из Туркмении. Как сообщает наш корреспондент Ораз Сарыев, Эта республика усиливает охрану границы с Узбекистаном. По некоторым данным, Туркменбаши, будучи крайне озабоченным тем, что присходит у сесодей, стягивает в приграничье войска.