1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Минимальная заработная плата

03.05.2007

Минимальная зарплата - это благо или «сладкий яд»? Должно ли правительство устанавливать размер минимальной заработной платы для всей страны?

default

Вот об этом мы сегодня и поговорим. И посмотрим, как живётся семье с минимальными доходами. И ещё одна тема - мобильный телефон в руках детей и подростков. Как они им пользуются, что слушают, что смотрят? Но давайте начнём с основы основ - с зарплаты:

Экономика Германии на подъёме. Цифры прироста скромные - от 2 до 2,5 процентов. Но и этого уже достаточно, чтобы, наконец-то, сказаться и на рынке труда. В апреле число безработных впервые за много лет составило менее 4 миллионов человек. Но у каждой медали есть и оборотная сторона. За годы экономического застоя уровень зарплат во многих регионах и профессиях значительно снизился. А что делать? Когда работы нет, люди соглашаются и на нищенскую зарплату. Например, парикмахеры во многих федеральных землях получают чуть больше 3 евро в час. Не намного лучше положение сторожей и охранников. Вот так и получается, что более полумиллиона человек в Германии работают полный рабочий день, а зарабатывают так мало, что государство доплачивает им до прожиточного минимума. Вот на этом фоне в правительственной коалиции и разгорелись бурные споры: нужно ли в обязательном порядке вводить минимальный уровень заработной платы? Генеральный секретарь Социал-демократической партии Германии Губертус Гайль уверен, что да:

«Более полумиллиона человек работают полную рабочую неделю - с утра до вечера - и не могут прокормить семью. Такое положение недопустимо. Мы должны позаботиться о том, чтобы люди могли жить на зарплату. Поэтому в Германии надо ввести минимальный уровень заработной платы».

При этом социал-демократы ссылаются на опыт соседних стран. В Великобритании, Ирландии, Франции и Бельгии минимальная заработная плата составляет около 8 евро в час. На юге Европы уровень колеблется от 3 до 4 евро. А в восточноевропейских странах Евросоюза он и вовсе ниже 2 евро. Да и в самой Германии во многих отраслях уже введены минимальные почасовые ставки - именно для того, чтобы избежать конкуренции дешёвой рабочей силы с Востока. Минимальная зарплата строительных рабочих - 8 евро 95 центов в час на востоке Германии и 10 евро 36 центов на Западе. Совсем недавно были введены минимальные почасовые ставки для мойщиков окон и уборщиков помещений: 6 евро 36 центов на востоке и 7 евро 87 центов на западе. Вот социал-демократы и требуют ввести минимальную почасовую ставку для всех профессий. А профсоюзы уже называют конкретную цифру - 7 с половиной евро. Но старший партнёр по правительственной коалиции, христианские демократы пока категорически возражают против этих планов. Генеральный секретарь ХДС Рональд Пофалла уверен:

«Единая и обязательная для всех минимальная зарплата - это сладкий яд. Казалось бы, гарантировать минимальную зарплату - дело хорошее. Но для экономики это - яд, который уничтожит сотни тысяч рабочих мест».

Первый аргумент всё тот же - географический. Рядом - Польша, Чехия, Словакия. Введи в Восточной Германии минимальную зарплату, и многие фирмы тут же перенесут производство в эти страны, где ставки в несколько раз ниже. Второй довод: введение минимальной заработной платы только укрепит нелегальный рынок труда. Например, парикмахеры начнут стричь на дому, электромонтёры и сантехники - работать без квитанций. В результате государство не будет получать налогов, да ещё и будет вынуждено выплачивать пособия по безработице и медицинские страховки людям, которые на самом деле работают. Третий довод: в Германии профсоюзы и работодатели всегда сами договаривались о тарифах оплаты труда. И нечего государству в это вмешиваться. И, наконец, главный аргумент: основная масса безработных в Германии - это люди низкой квалификации или же вообще без профессиональной подготовки. При минимальной почасовой ставке в 7 с половиной евро их труд сегодня просто не окупается. Вот, возникнет нехватка рабочих рук, и ставки сами собой повысятся. Поэтому, говорят христианские демократы, надо продумать систему государственных доплат на переходный период. Ведь любая работа, даже плохо оплачиваемая, лучше, чем безработица.

А пока политики и эксперты с пеной у рта спорят о том, нужно ли государству вводить минимальный уровень заработной платы, давайте от теории перейдём к практике и посмотрим, как живёт семья с минимальными доходами:

«Работать, зарабатывать, самой зарабатывать себе на жизнь - это для любого человека самое важное. Во всяком случае, для меня. И какая бы работа ни была, она чего-то стоит, и надо за неё по-человечески платить».

Инне Хаух 40 лет. Она работает сторожем маленького музея при старинном замке в Эрфурте. А заодно и экскурсоводом. Правда, за это ей не доплачивают. Она работает по 50 часов в неделю. И получает на руки 3 евро 75 центов за час. Дело в том, что её работодатель - не сам музей, а охранная фирма, которая и сдаёт её, так сказать в аренду. Сколько получают эти посредники, она не знает, а вот у неё самой в месяц выходит 750 евро. Её муж Дитер очень плохо видит, и работать не может. Он получает пенсию по инвалидности - 790 евро. Вот и давайте посмотрим, как складывается семейный бюджет. Инна считает, что скрывать ей нечего, так что вот, пожалуйста, цифры на стол. Доход: 1540 евро в месяц. Теперь текущие расходы: 570 евро - за квартиру. 50 - за электричество, 40 - за телефон. 100 евро - страховки. Много денег съедает машина: 130 евро - бензин, 250 - выплата кредита. Но машина нужна, иначе Инне трудно было бы до работы добираться. Итого, на питание и одежду остаётся 400 евро в месяц на двоих. Если непредвиденных расходов не случается, то можно прожить, считает Инна. Но сильно не разгуляешься:

«Нормальные коронки на зубы не поставишь, это нам не по карману. С очками тоже плохо, больничная касса оплачивает только самые дешёвые модели и то раз в два года. На одежде экономим, покупаем только самые дешёвые вещи на сезонных распродажах».

Последний раз в отпуске Инна и Дитер были 6 лет тому назад. Тогда знакомые дали им ключи от своей дачи под Берлином. Бесплатно. С тех пор они так никогда из своего Эрфурта и не выбирались. А теперь Инна и за свою работу боится: появилась новая охранная фирма, которая предлагает свои услуги ещё дешевле. Поэтому Инна и надеется, что федеральное правительство в Берлине установит, наконец, минимальную заработную плату. Тогда ей не придётся опасаться конкуренции. Иногда, говорит Инна, можно от злости лопнуть, слушая разглагольствования этих политиков. С другой стороны:

«Если допустить, чтобы злость тебе душу разъела, так от жизни и вообще ничего не останется».

А теперь - совсем другая тема. Мобильные телефоны. И как только мы без них жили? Подростки так себе этого даже и представить не могут. Но если раньше они только бесконечно болтали, обменивались СМС-ками и хвастались новыми мелодиями, то теперь новые модели телефонов позволяют снимать фото и целые видеофильмы и обмениваться записями. Но что смотрят подростки на экранах своих мобильников, что у них хранится в памяти?

«Я у одного приятеля видел видео, так там они одного типа с ног сбили и распинали. Круто».

Вместо фотографий с вечеринки или видеоклипов из отпуска, подростки всё чаще обмениваются сценами насилия. Это нынче в моде на школьном дворе. А новые модели мобильных телефонов позволяют прямо на переменке, без всяких проводов, скачать видеоклип с одного телефона на другой. Например, сценку вот такого содержания:

«Да, я знаю одного парня, у него на мобиле казнь Саддама Хусейна записана, ну, как его повесили, как он дрыгается, как он потом на полу валяется, вот это всё».

Вы заметили, ребята говорят, что, мол, «у приятеля», «у одного знакомого». А на самом деле, если верить опросам, у каждого третьего подростка, включая и девочек, на мобильном телефоны уже были записаны порнографические видеоклипы или сцены насилия. Иногда это драка на школьная дворе, а иногда - совсем уж мерзкие сцены из Интернета. Как с этим бороться? Озаботились проблемой и политики. Депутат ландтага федеральной земли Северный Рейн - Вестфалия Томас Ярзомбек предлагает переложить ответственность на производителей мобильных телефонов, а ещё лучше - на провайдеров мобильной связи, которые в Германии и продают львиную долю телефонов:

«Мы себе это представляем так, чтобы родители могли с самого начала ввести в мобильные телефоны специальный код и запрограммировать фильтры, отсеивающие порнографию и насилие. Это уже возможно на компьютерах, на новых игровых приставках или на декодерах платных телеканалов. И тогда подростки не смогут смотреть все эти омерзительные сцены».

Провайдеры мобильной связи от такой ответственности открещиваются, как чёрт от ладана. Они, конечно, пытаются навязать своим клиентам разного рода нужные и ненужные услуги, но никакой порнографии или сцен насилия не распространяют. А то, что частные лица обмениваются частными видеоклипами, так это - проблема родителей. Можно, конечно, просто отключить на телефонах функцию «Блютус», то есть беспроводной передачи информации, чтобы подростки не могли обмениваться клипами. Но большинство родителей и без того уже гораздо хуже разбираются в современной электронной технике, чем их дети. Некоторые провайдеры мобильной связи даже ввели специальные телефонные службы, где родители могут получить консультацию. А подростки только смеются: какие коды, о чём разговор?

«Любой код можно взломать. Вот, говорят, драться нельзя, драться нехорошо. А все равно все дерутся. Это как с запретами на курение. Детям до 16 запрещено сигареты продавать. Но если я курить захочу, я всегда сигареты достану».

Остаётся только надеяться, что мода на сцены насилия на экранах мобильных телефонов рано или поздно сойдёт на нет:

«У меня было два таких видео. Одно чуть ли не на полчаса. Это уже чересчур. Я его стёр».

Вот и всё на сегодня. Передачу мне помогли подготовить Моника Ломюллер и Рафаэль Кремер.