1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Наука и техника

Международной космической станции – 10 лет

01.12.2008

Проектам, которые с самого начала превозносят до небес, приходится нелегко. С этой точки зрения, исходная позиция у Международной космической станции была изначально весьма неблагоприятная. Как только ее не называли: и "восьмое чудо света нового тысячелетия", и "величайшее начинание со времен египетских пирамид", и даже "научный городок во вселенной". Когда же десять лет назад, 20 ноября 1998 года, в космос был запущен первый модуль Международной космической станции, политики, видные деятели культуры и экономические гуру во всем мире заговорили об историческом событии.

Однако со временем блеск новизны потускнел. И сегодня, по прошествии десяти лет, строительство космического конгломерата все еще не завершено. Расходы на реализацию этого крупнейшего в истории человечества международного совместного проекта давно перевалили за 100 миллиардов долларов. Некогда любимейший проект американского космического агентства превратился в нелюбимого пасынка.

Но давайте по порядку. Американцам с самого начала было ясно, что первым делом нужно построить космический корабль, способный доставлять грузы на орбиту, и лишь затем космическую станцию. В 1981 году в космос впервые поднялся шаттл Columbia. Через три года американский космический флот насчитывал уже четыре космических челнока. В 1984 году президент США Рональд Рейган задал американскому космическому ведомству новую цель:

"Для закрепления достигнутых успехов в пилотируемом космоплавании НАСА надлежит в течение ближайшего десятилетия разработать проект постоянной пилотируемой космической станции на околоземной орбите".

Freedom - "Свобода" так называлась проект, который NASA намеривалось противопоставить российской орбитальной станции "Мир". Время, выделенное Рейганом, прошло, но американское космическое агентство и через 10 лет так и не смогло построить ни одного элемента будущей космической станции и уж тем более запустить его в космос. Десять лет ушло на планирование и проведение переговоров с новыми партнерами - Канадой, Европой и Японией. За это время стоимость проекта сильно возросла, в десятки раз превысив первоначальную смету. И, в конце концов, чисто американский проект Freedom превратился в международный проект Alpha. Таково было рабочее название несколько урезанной из-за недостатка финансовых средств версии космической станции. Однако и этому проекту не суждено было перейти в стадию реализации, поскольку в конце 80-х годов закончилась эпоха "холодной войны".

"Сегодня мы переживаем многообещающий момент. Вместо переноса гонки вооружений в космос, российские ученые помогут нам построить на околоземной орбите Международную космическую станцию", - заявил американский президент Бил Клинтон в 1992 году.

"Тем не менее, для реализации этого получившего одобрение политиков проекта необходимо было преодолеть многие технические проблемы. Ведь русские привыкли делать свои конструкции более громоздкими и массивными", - отмечает Ханс-Дитер Тсаго (Hans-Dieter Zago), наблюдавший по поручению Немецкого аэрокосмического ведомства за ходом переговоров в Вашингтоне.

И действительно, для строительства Международной космической станции русские вновь решили использовать уже имевшиеся в наличии массивные модули, предназначавшиеся изначально для сборки орбитальной станции Мир-2.

20 ноября 1998 года стартовавшая с космодрома в Байконуре российская ракета "Протон" доставила на околоземную орбиту тринадцатиметровый контрольный модуль Международной космической станции, получивший название "Заря". Два года спустя, в октябре 2000 к новой станции полетел первый экипаж - один американец и два русских космонавта. Несмотря на трехлетний перерыв в строительстве, вызванный катастрофой шаттла Columbia, сборка Международной космической станции продолжилась. Помимо российского и американского модулей на орбиту были доставлены японский экспериментальный модуль КИБО и европейская лаборатория Columbus. В будущем 2009 году экипаж станции будет увеличен до шести астронавтов.

И, тем не менее, научных прорывов, о которых мечтали политики, так и не произошло. Да и откуда им взяться, если времени на проведения исследований у космонавтов практически не остается? Согласно первоначальным планам, астронавты должны были посвящать научной работе 27 часов в неделю. На самом же деле, по расчетам информационного агентства Рейтер, на науку уходило не более 2,5 часов в неделю. В то время как на техобслуживание систем жизнеобеспечения уходит в 10 раз больше запланированного времени.

Тем не менее, Томас Райтер (Thomas Reiter) - астронавт и член правления Немецкого центра аэрокосмических исследований - убежден в научной ценности МКС:

"Я не знаю, откуда информационные агентства берут эти данные. На самом деле цифры существенно выше. В настоящий момент примерно 20-30 часов в неделю отводится на эксперименты. Тем не менее, надо признаться, что когда на орбите находятся всего лишь три члена экипажа, имеются фазы, когда на ремонтные работы действительно уходит больше времени. Но после того как во второй половине следующего года на экипаж Международной космической станции увеличится до шести человек, объем научной работы резко возрастет".

Основным препятствием для научной работы астронавтов стала задержка строительства МКС. По идее, станция должна была быть уже давно готова. Однако после катастрофы шаттла "Колумбия" пять лет назад план строительства пришлось радикально пересмотреть. Новый жилой модуль будет состыкован с космической станцией не ранее августа 2009 года. Только тогда шесть астронавтов смогут постоянно жить и работать на орбите. Поскольку до той поры у экипажа практически не будет времени для научных исследований, эксперименты будут проводиться в автоматическом режиме. Это косвенно свидетельствует о том, что для осуществления исследований присутствие астронавтов в космосе вовсе не обязательно. Эксперименты доставляются на орбиту в стандартизированных боксах. Астронавту нужно лишь нажать на кнопку. За ходом практически всех экспериментов можно наблюдать и даже управлять дистанционно с Земли. Поэтому большой нужды в астронавтах-ученых нет. Даже более-менее продвинутый робот может справиться с этой задачей, по крайне мере до тех пор, пока не возникло непреодолимых препятствий. Какие же открытия ученые надеются сделать в космосе?

"Пока что, к сожалению, нам не удалось получить нобелевской премии за сделанные на орбите открытия", - признает Томас Райтер (Thomas Reiter) – астронавт и член правления Немецкого центра аэрокосмических исследований: "Тем не менее, я убежден, что они стали важными камешками в мозаичной картине мира. Эти открытия используются в исследованиях в области материаловедения или медицины, например для понимания того, как функционирует наша иммунная система. Мы проводили медицинские опыты с целью изучения работы сердца и функционирования нашей кровеносной системы. При попадании человека в состояние невесомости соотношение потоков в сердечнососудистой системе изменяется. Таким образом, в состоянии невесомости можно выявить новые параметры, выделение которых в земных условиях невозможно из-за воздействия силы тяжести".

Тем временем, члены "Немецкого физического общества " считают, практически любые исследования, за исключением экспериментов, объектом которых является человек, можно гораздо точнее и дешевле проводить на Земле. Представитель немецкого общества физиков Маркус Найтцерт (Markus Neitzert) убежден, что научная и техническая отдача от космической станции невелика, учитывая вложенные в ее строительство и эксплуатацию средства.

В то время как Немецкий центр аэрокосмических исследований надеется расширить горизонты физики при помощи новаторских исследований в области материаловедения, американское космическое ведомство NASA потихоньку сворачивает планы по эксплуатации Международной космической станции. Инициированная президентом Бушем программа по исследованию Луны поглотила львиную долю выделенных конгрессом средств. Так что NASA пришлось более чем на половину сократить бюджет Международной космической станции. Многие честолюбивые проекты, в том числе строительство центрифуги для создания искусственного тяготения в условиях невесомости, были приостановлены.

Складывается такое впечатление, что американское космическое ведомство, по крайней мере, в настоящий момент несколько дистанцировалось от работ на Международной космической станции. Может быть, сама идея строительства орбитальной станции была с самого начала шагом в ложном направлении?

"Я так не думаю", - говорит Томас Райтер (Thomas Reiter) – астронавт и член правления Немецкого центра аэрокосмических исследований: "американские ученые из самых различных отраслей знания с нетерпением ожидают окончания строительства Международной космической станции и надеются ее использовать в научных целях. То, что шеф NASA определил новую цель для агентства, вовсе не означает, что американцы намерены вовсе прекратить проводить исследования в состоянии невесомости. Это значит, что у них есть другая, интересная цель, а эксплуатацию Международной космической станции они будут продолжать, по крайней мере, до 2020 года. Следовательно, мы в Европе тоже будем иметь возможность в течение 10 лет работать на орбите".

Европейские страны инвестировали в создание МКС около 5 миллиардов евро. Аэрокосмическая промышленность полна энтузиазма. Тем временем другие отрасли не скрывают своего равнодушия. Пока что на МКС был проведен один единственный эксперимент по заказу немецких промышленников. Первоначально же планировалось, что 30 процентов научного потенциала Международной космической станции будет использоваться частными компаниями. Однако этого не произошло. В чем же дело?

А дело в том, что в отличие от ученых, занимающихся фундаментальной наукой, коммерческие фирмы не могут себе позволить долго ждать результатов заказанного прикладного исследования. Обычно для проведения эксперимента на МКС требуется от полутора до двух лет. Этот срок слишком велик для частных компаний, которые предпочитают покупать для своих экспериментов несколько минут невесомости, возникающей при полете самолетов по параболе. Иногда достаточно нескольких секунд или минут невесомости для получения желаемого результата.

Все это вызывает беспокойство Жан-Жака Дордена, генерального директора Европейского космического агентства ESA. Ведь вслед за американцами многие европейские страны также решили снизить свою активность на орбите. Тем временем, для полноценной эксплуатация Международной космической станции необходимы финансовые средства, как государственные, так и частные.

Жан-Жак Дорден:

"Мне бы не хотелось, чтобы возникло такое впечатление, что отныне работа ESA по изучению планет Солнечной системы заменит работу на Международной комической станции. Было бы безумием именно сейчас, когда наконец-то пришла пора пожинать плоды наших прошлых инвестиций, отказаться от работы на орбитальной станции или сократить финансирование этой программы".

Тем не менее, Франция на завершившейся в 26 ноября 2008 года встрече министров стран-членов ESA в Гааге настояла на сокращении средств на эксплуатацию орбитальной станции. Французы, которые и ране практически не участвовали в строительстве космической лаборатории Columbus, сегодня не прочь переложить эксплуатационные расходы на плечи Германии.

Тем временем Майкл Гриффин – шеф американского космического агентства NASA не скрывает, что сегодня, он ни за что не стал бы строить МКС. По его словам, для скорейшего завершения строительства орбитальной станции необходимо свести к минимуму научные и технологические исследования на орбите. Однако в этом случае космическая станция грозит превратиться в дорогостоящую орбитальную коммунальную квартиру, расположенную в 360 километрах над поверхностью Земли.

Вместо проведения исследований в области аэрогидродинамики или материаловедения американцы теперь хотят ограничиться изучением влияния космических условий на организм человека. Эти знания необходимы для отправки пилотируемых миссий на Луну и на Марс.

Астронавты сегодня используются в качестве подопытных кроликов. Предметом изучения становятся межпланетные почечные камни, мышечная атрофия или влияние космического излучения на организм человека. Но и в этой области знания достижения науки весьма неудовлетворительны. В то время как на Земле в медицинских исследованиях участвуют сотни и даже тысячи людей, в условия невесомости попадает лишь горсточка избранных. Кроме того NASA, защищая право астронавтов на личную тайну, отказывается предоставить данные о стоянии их здоровья исследователям.

Американский научно-исследовательский модуль Destiny представляет собой печальную картину. В нем достаточно места для 13 полок с научными экспериментами. Но поскольку американцы в обмен за доставку европейской лаборатории на орбиту получи право использования научно-исследовательского модуля Columbus, теперь американский модуль Destiny простаивает без дела, и используется разве что в качестве склада, туалета или спальни.

Конечно, участвующим в космических исследованиях ученым лестно, что их эксперименты осуществляются на орбите. Однако цитируются результаты такого рода исследований слишком редко, что является показателем невысокой научной ценности полученной информации. Таким образом, результаты опытов не оправдывают расходов на их проведение.

Надежда на то, что Международная космическая станция осчастливит человечество полезными побочными продуктами научной деятельности на орбите - также невелика. Список, представленный американским космическим агентством НАСА в интернете - жидковат: водяной фильтр, гайка прижимного действия, которую не надо закручивать, да клюшка для гольфа с особым амортизационным покрытием.

Может быть сегодня, после десяти лет нахождения искусственного спутника Земли на орбите, пришла пора вспомнить историю создания МКС. Международная космическая станция никогда не планировалась в качестве исследовательского объекта. Рональд Рейган, призывая в 1984 году к ее созданию, хотел лишь перещеголять Советский Союз. Бил Клинтон, пригласивший в 90-е годы к сотрудничеству Россию, хотел помешать тому, чтобы эксперты в области космоплавания эмигрировали во враждебные Америке государства. Таким образом, орбитальная станция всю историю своего существования была лишь фишкой в глобальной борьбе за власть.

Однако в области политики орбитальная станция действительно сыграла свою положительную роль. 16 стран объединили свои усилия в деле освоения космоса, продумали технологическую концепцию и создали правовые рамки для осуществления проекта. Несмотря на многочисленные проблемы, участники продолжали работу. Это беспримерный образец для подражания для будущего международного сотрудничества.