1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Глобус

Марокко: конкурс красоты и исламские ценности

06.11.2002

Конкурс красоты – событие, как правило, яркое, зрелищное, привлекающее внимание миллионов телезрителей. Как правило. Конкурс красоты совсем иного рода прошел недавно в Марокко. Не удивляйтесь, если вы об этом ничего не слышали. Даже сами жители этой североафриканской страны понятия не имели о церемонии избрания «Мисс Марокко-2002». И это было вовсе не упущением организаторов конкурса, а их главной целью – скрыть всё происходящее от широкой общественности. В стране, где большинство населения исповедует ислам, мероприятия вроде конкурсов красоты вовсе не вызывают массового восхищения у граждан. Глеб Гаврик – с подробностями.

Вилла в фешенебельном районе марокканской столицы, сад, освещенный парой фонарей, звуки музыки, доносящиеся из-за деревьев... Случайные прохожие, оказавшиеся в этот вечер на одной из улиц Рабата, едва ли заметили что-либо необычное. Между тем, в этот вечер там происходило поистине историческое событие, пусть не всемирного, но национального масштаба: за оградой особняка впервые в истории страны выбирали «Мисс Марокко». Происходящее внутри здания тоже мало походило на те массовые красочные зрелища, в которые превратились конкурсы красоты на западе. В Рабате кроме жюри в зале находились лишь несколько родственников участвовавших в конкурсе 22 красавиц. Впрочем, объяснялось это вовсе не отсутствием интереса к конкурсу, а стремлением устроителей скрыть его проведение от широкой общественности. «Конкурс красоты в Марокко - это, прежде всего, политическое событие" - объясняет организатор «Мисс Марокко-2002» Анас Часули:

- Мы помним о горьком опыте конкурса «Мисс Рабат-99», проводившемся при большом стечении публики в столичном отеле "Хилтон". Исламские фундаменталисты, узнав о конкурсе, распространили в мечетях листовки с призывами к демонстрациям протеста. По их словам, организаторы являются сутенёрами, а девушки – проститутками. Мы, со своей стороны, попытались сделать всё, чтобы утихомирить взбудораженную толпу - однако везде, где бы ни проходили подобные мероприятия, перед зданием мы видели протестующих исламских фанатиков.

Итак, конкурс красоты за закрытыми дверями. Предварительные отборочные туры прошли 30 кандидаток, но не все из них смогли себе позволить поездку в Рабат. На оплату расходов у Анаса Часули денег больше нет. Из страха перед исламистами крупные фирмы отказались спонсировать конкурс. Найти кандидаток было тоже нелёгкой задачей. Часули потратил массу сил, объезжая на оборудованном громкоговорителями автомобиле самые отдаленные уголки страны:

- Сначала мы еще на улице объявляли о предстоящем конкурсе через громкоговорители, а затем заходили в дома и разговаривали с девушками. С ними у нас не было никаких проблем, большинство с радостью соглашались участвовать. Совсем другое дело - их родители. Поверьте, убедить родственников было задачей не из лёгких. Сначала нужно получить согласие отца семейства, затем соседей, затем – деревенских старейшин, а потом убедить всех их приехать в Рабат. Многие опасаются, что деревенским девушкам пойдёт во вред общение с якобы распущенными и не уважающими обычаи горожанками. Поэтому каждый раз нам приходилось повторять: «нет, нет, всё это не так, а выступать они будут только в длинных традиционных одеяниях».

В итоге девушки действительно дефилировали по сцене либо в повседневной, либо в традиционной марокканской одежде. А как насчёт купальника или мини-юбки? В мусульманской стране это перешло бы все рамки дозволенного и вызвало бы бурю негодования. По мнению Анаса Часули, до того момента, пока, наконец, его соотечественники «дозреют» до этого, пройдет как минимум три–четыре года. Устроители международного конкурса «Miss World» с пониманием отнеслись к проблемам марокканских коллег и потому в качестве исключения выдали им разрешение на отклонение от общепринятых критериев отбора. Вот и стоят девушки на сцене особняка в Рабате чинно одна за другой, в длинных традиционных одеяниях. Почти все они - студентки или ученицы старших классов школы. Говорит одна из участниц конкурса, восемнадцатилетняя Дойа Лахлу:

- Поначалу всё это было для меня не более чем развлечением. Летом, когда наступили каникулы, я спросила разрешения у родителей. Они согласились. Потом я подала заявку и победила на отборочном туре. Я готова сделать всё, что в моих силах, для того, чтобы поддержать общественную организацию, борющуюся за улучшение положения женщин в Марокко. Женщин, подвергшихся изнасилованию или отверженных мужьями. Конечно, немного популярности никому не повредит, но всё же я считаю, что самое важное – улучшить положение женщин в Марокко.

Дойа Лахлу и стала «Мисс Марокко-2002». Присутствующие в зале мама с папой делают фото на память. Никаких роскошных призов или выгодных контрактов победительница не получит. Да и для нынешней «Мисс Марокко» это, по ее словам, не так уж и важно.

- Моя мечта – оказать реальную поддержку марокканским благотворительным обществам, помогающим обездоленным детям. Это действительно моя самая большая мечта. Моя цель не стать звездой, а сделать всё, что в моих силах для того, чтобы дети когда-нибудь стали по-настоящему счастливыми, -

говорит сияющая победительница вечера. Судя по всему, обаяние и умение держаться на сцене у неё в крови: её мать профессиональная актриса, участвовавшая в своё время в показах мод. Дойе повезло. И не только из-за того, что победила, но и потому, что родители и родственники вообще пустили ее на конкурс. Одна из кандидаток не смогла приехать. Вроде и средства позволяли, да и родители были согласны. Вот только... брат был против. Накануне финала он жестоко избил её, сломал челюсть и выбил два зуба. Вечер конкурса красоты девушка провела в больнице.

Парадоксальным образом, и в другой стране Северной Африки недавно тоже состоялся конкурс красоты: в минувшие выходные гостей со всего мира принимала Ливия. Здесь конкурс также имел политическое значение – только совершенно иное, чем в Марокко. Целью устроителей было не скрыть конкурс от общественности, а наоборот рассказать о нем как можно большему числу людей – причем, не в самой Ливии (это не было приоритетом), а за ее пределами. Задача ставилась четко: конкурс должен способствовать изменению негативного образа Ливии и ее лидера Муамара Каддафи на международной арене. Соответственно и площадка для проведения конкурса была выбрана предельно демократичная и интернациональная – Интернет.

Ливия: американская красавица и ливийская революция

«Красота спасет мир» - такой (пусть и не очень оригинальный лозунг) был выбран для впервые состоявшегося в Ливии Интернет-конкурса красоты «Miss Net World». Не понятно, как насчет мира, но красота должна, по крайней мере, спасти имидж Ливии на международной арене. Вот уже много лет за этой страной – и ее лидером Муамаром Каддафи - держится имидж пособника международного терроризма. Окончательно этот имидж закрепился в 1988 году, после взрыва пассажирского самолета над шотландской деревушкой Локерби. Ответственность за этот страшный теракт, унесший жизни 270 человек, как решил недавно суд, лежит на представителях ливийских спецслужб. Готовность Каддафи выдать обвиняемых правосудию позволила снять часть международных санкций в отношении Ливии. Однако восстановить имидж страны решением суда невозможно – так что сейчас в Триполи не жалеют сил и средств на всякого рода крупные мероприятия, вроде международного конкурса красоты, позволяющего предстать и стране, и ее лидеру в новом свете.

Что касается средств, то на красавицах явно не экономили. Представительниц 21 страны – а также часть организаторов – доставили на минувшей неделе в Ливию специальными авиарейсами. Проживание в Триполи оплачивалось лидером ливийской революции и нынешним главой государства Муамаром Каддафи. Всё было обставлено красочно и празднично. Отличие от западных конкурсов, как подчеркивали устроители, состояло лишь в том, что обычный выход девушек в бикини был заменен на шоу в джинсах и футболках с изображением самого Каддафи.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении вовсе не различия в одежде оказываются наиболее важными. Потому что дело вовсе не в бикини, а в портрете Каддафи. А портрет этот появлялся на конкурсе далеко не только на уже упомянутых футболках. Достаточно посмотреть на интернет-сайт конкурса – через который пользователи сети, кстати, и решали, кто победил – чтобы понять, что Муамар Каддафи собственно и был главным действующим лицом всего происходящего. Ни одну из девушек фотографы и репортеры не сфотографировали столько раз, сколько они запечатлели и растиражировали в Интернете ливийского лидера.

Каддафи с одной участницей, Каддафи с устроителями, Каддафи со всеми красавицами вместе, Каддафи произносит приветственную речь, наконец, Каддафи, которого целует красавица из Соединенных Штатов Америки...

Кстати, встрече с американской красавицей было отведено особое значение. Американцы, которым и принадлежал взорванный над Локерби «боинг» и которые особенно последовательны и жёстки в смысле санкций против Ливии, и были одной из важной «целевых групп» для устроителей конкурса и идеологов из Триполи. А потому здесь красок не жалели. На встрече с 18-тилетней гражданкой США Текк Зэндик Каддафи признался, что «любит американцев». Он обнял девушку, назвал ее «послом мира» и даже предложил принять ливийское гражданство. Девушка расплакалась. Потом она была запечатлена в ходе визита в бывшую резиденцию ливийского лидера, разбомбленную в 1986 году американскими ВВС. Там она выпустила в небо белого голубя мира... На ней была всё та же футболка с изображением Каддафи.

Эти, а также другие трогательные и, в общем, уникальные фотографии пока можно лицезреть в Интернете на сайте конкурса - www.missNetworld.tv. Да, если это еще кого-то интересует: американка на конкурсе всё-таки не победила. Пользователи всемирной компьютерной сети отдали предпочтение британской участнице Люси Лэйтон. Впрочем, Триполи этот результат тоже на руку: ведь и Великобритания в последние годы занимала жесткую позицию по отношению к Каддафи. Так что ливийцы продолжают надеяться, что красота спасет и мир, и репутацию их страны.

Китай: товарищ Ху и китайские реформы

Ну что ж – теперь от конкурса красоты, а точнее от ливийского лидера перейдем к возможному будущему лидеру страны, которой прочат стать супердержавой нового века. Речь идет о Китае, где в эту пятницу открывается 16 съезд коммунистической партии страны. Съезд обещает стать судьбоносным: в частности, ожидается, что на нем с поста руководителя КПК подаст в отставку 76тилетний Цзян Цзэминь. Его преемником может стать Ху Цзиньтао. Если это действительно произойдет, то не исключено, что вскоре он станет преемником Цзян Цзэминя на других государственных постах – так что имя Ху Цзиньтао мы, вероятно, будем часто слышать в ближайшие годы. О самом Ху Цзиньтао известно мало. В Китае он имеет имидж «молодого реформатора». Что касается молодости, то отмечу, что ему почти 60. Для китайского государственного руководителя это действительно немного. О готовности проводить реформы и других чертах Ху Цзиньтао я попросил рассказать эксперта по странам Азии Сергея Строканя.

- Накануне этого очень важного съезда коммунистической партии Китая, который должен во многом ответить на вопрос, кто будет управлять страной в третьем тысячелетии, мировую прессу наводнили спекуляции по поводу того, что представляет собой товарищ Ху. Мы знаем, что он возглавлял партийную организацию в Тибете, мы знаем, насколько важен идеологически Тибет. Кроме того, он возглавлял партийную организацию в Гуанчжоу, это юг Китая, витрина китайских реформ. То есть находился на важных постах. Он работал в китайском комсомоле, и к 92 году, когда он вошел в китайское политбюро, он, в общем-то, имел за плечами довольно большой багаж. И, наконец, он сделал несколько важных заявлений. В частности, мы помним ситуацию 99 года, когда разбомбили китайское посольство в Белграде, он тоже сделал тогда заявление. Это позволяет в какой-то степени прогнозировать то, как он может себя вести – прогнозировать или спекулировать, я подчеркиваю, мы вынуждены оперировать здесь такими категориями, потому что сказать что-то четко нельзя, такова специфика китайской политики. Если ты будешь раскрывать свои карты, если ты будешь действовать с открытым забралом, то ты просто не станешь приемником. В китайской политике, где постоянно происходит драка под ковром, нужно выкладывать карты на стол только тогда, когда к этому приходит подходящий момент.

Сергей, Вы упомянули 99 год и ситуацию с бомбежкой китайского посольства в Белграде. Ху был тогда не просто тем человеком, который сделал заявление, но он даже, насколько известно, возглавлял штаб антиамериканских и антинатовских демонстраций. Кроме того, известно, что десятью годами раньше в Тибете Ху приказал кроваво подавить восстание. Значит, все-таки уже проявляется какой-то политический профиль.

- Вы знаете, на самом деле велик соблазн, ссылаясь на Тибет или на то, как действовал Ху в условиях кризиса с китайским посольством, делать вывод о том, что на смену Цзян Цзэминю идет сильный национальный лидер, который будет, с одной стороны, антизападником, с другой стороны, человеком, который будет закручивать гайки. Однако я бы предостерег от того, чтобы делать какие-то далеко идущие выводы. Я убежден, что каждый новый китайский руководитель обладает все меньшей свободой. И поэтому сделать разворот на 180 градусов сейчас будет не под силу ни ему, ни какому другому китайскому руководителю.

Но вместе с тем, учитывая, что Вы сейчас сказали, как Вы объясняете, что Ху Цзиньтао многие называют реформатором, ожидают от него каких-то радикальных шагов? Как Вы считаете, насколько оправданы такие ожидания, будет ли какой-то поворот?

- Что касается реформаторства, то товарища Ху назначил приемником Ден Сяопин. Часто комментаторы делают такую ошибку, говорят о том, что его назначил приемником Цзян Цзэминь. Это не так. На него указал своим перстом «отец китайских реформ» Ден Сяопин

и, в гроб сходя, его благословил. Ден Сяопин был известен как человек с абсолютным политическим чутьем. Тот факт, что его выбрал Ден, уже говорит о многом – значит, он увидел в нем действительно искру реформатора. Ну и потом, я уже говорил о том, что Ху был партийным лидером в Гуанчжоу – это такой полигон китайских реформ, то есть он уже смог обкатать там какие-то свои убеждения и это дает основание говорить о том, что он будет продолжать китайские реформы.