Людмила Улицкая: ″Наши правители - они такие идиоты или такие умные?″ | Что читают в Германии | DW | 13.03.2013
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Книги

Людмила Улицкая: "Наши правители - они такие идиоты или такие умные?"

В рамках фестиваля Lit.Cologne с немецкими читателями должны были встретиться Светлана Алексиевич и Людмила Улицкая. Но разговор получился не совсем таким, как ожидалось.

Вечер встречи с двумя женщинами-прозаиками, которых особенно охотно переводят с русского на немецкий язык, начался с огорчительного сообщения ведущего. Выяснилось, что Светлана Алексиевич на фестиваль Lit.Cologne не приехала: она заболела и лежит в больнице в Минске.

Так что вместо ее диалога с Людмилой Улицкой о "красном человеке" разговор шел только о книге Улицкой "Зеленый шатер", вышедшей недавно по-немецки в издательстве Hanser Verlag. Забитый до отказа зал замер в настороженном ожидании: ведь именно книга Алексиевич "Время секонд-хенд: конец красного человека" должна была стать отправной точкой дискуссии.

Эпохальная летопись

Но разочаровываться не пришлось: и тему не пришлось менять, и Улицкая оказалась абсолютно самодостаточной. Вообще, как кажется, изначально было ошибкой организаторов фестиваля втискивать в один вечер двух столь значимых в литературном и общественном смысле личностей. Будем надеяться на то, что Светлана Алексиевич скоро выздоровеет и приедет на выступление в Кельн, причем тоже "сольное".

Обложка немецкого издания романа Зеленый шатер

Обложка немецкого издания романа "Зеленый шатер"

Что касается "Зеленого шатра", то у многих из пришедших на вечер эта книга была в руках. Роман получил в Германии очень хорошую критику. Газета Frankfurter Allgemeine, например, написала о нем как о "картине нравов толстовского масштаба". Другой рецензент назвал роман "эпохальной летописью советской интеллигенции". В центре этой панорамы эпохи, действие которой начинается со смерти Сталина в 1953 году и кончается развалом Советского Союза, - история трех друзей, их жен, время от времени меняющихся, и их родителей. В романе невероятно большое количество персонажей.

Кстати, чтобы немецкий читатель мог ориентироваться во всех этих сложных для него именах (Петр Петрович, Афанасий Михайлович, Василий Иннокентиевич, Анна Александровна, Светлана Сергеевна, Василиса Травникова, Тоня, Сима, Витька, Миха, Елена, Надежда, - и это только из одной главы!), немецкое издательство приложило к каждому экземпляру что-то вроде широкой закладки с именами персонажей и краткой аннотацией.

Роман о диссидентах

Главное в романе - диссидентская среда. Это - роман о диссидентах. Прототипы одних легко угадываются (скажем, генерал Петр Григоренко в образе генерала Петра Ничипорука), другие - Андрей Сахаров, Юлий Даниэль, Андрей Синявский - названы своими именами, третьи - собирательные образы. Улицкая вложила в роман и собственный жизненный опыт. Она тоже принадлежала к этой среде и печатала самиздат, хотя, как подчеркнула на встрече в Кельне, была скорее его потребителем, чем активным деятелем диссидентского движения. Впрочем, именно за это ее "ушли" в 1970 году из Института общей генетики Академии наук.

Контекст

"Сегодня к диссидентам часто относятся снисходительно и даже отрицательно, зло, но они внесли немного свободы в абсолютно порабощенную страну", - подчеркнула Людмила Улицкая, выступая перед своими немецкими читателями. Ее очень тревожит нынешняя ситуация в России, когда государство все время испытывает общество: а можно так? стерпят ли? до какой степени можно давить? на что общество соглашается? "А общество, - говорит Улицкая, - соглашается на многие довольно подлые вещи". По ее словам, идет процесс сталинизации, возврата к имперским идеям, от которых история, казалось бы, уже отказалась. Советский миф восстанавливается и продолжает работать. Конец "красного человека"? Об этом и говорить не приходится, убеждена Улицкая: "Происходит всего лишь переформатирование".

Разговор то и дело переходил с книги на "политику". Из зала даже крикнули ведущему, известному журналисту Клаусу Беднарцу (Klaus Bednarz), работавшему в свое время и корреспондентом в Москве: "Говорите больше о книге!" "Мы все время говорим о книге", - парировал Беднарц. Ведь "Зеленый шатер" для Улицкой - это не только попытка заново осмыслить 1960-70-е годы и рассказать о первом "глотке свободы", но и свидетельство того, как власть ломает людей.

Символ примирения

Подобные тенденции определяют и общественную активность Улицкой. "Я никоим образом не считаю себя политическим деятелем, - сказала она на встрече в Кельне, - но в нашей стране порой возникают ситуации, когда надо сказать "да" или "нет".

Твердую позицию заняла Людмила Улицкая и в так называемом деле Pussy Riot. Она пыталась, кстати, выступить на суде, но ей не дали. "Процесс был абсолютно безобразный, непристойный, ничтожный, и поскольку я сидела в зале, то имела возможность сама в этом убедиться, - сказала она, выступая перед немецкими читателями. – И приговор оказался чрезвычайно жестоким, несоразмерным. Вообще меня уже давно занимает вопрос: наши правители - они такие идиоты или такие умные? Если задачей властей было оттянуть общественный интерес к актуальным проблемам, связанным с выборами, с большим недовольством тем, что происходит со страной, то это им вполне удалось. Но никакой консолидации общества не произошло, наоборот: в результате процесса общество оказалось еще более расколотым".

Издательство Hanser Verlag представляло Людмилу Улицкую на Франкфуртской книжной ярмарке как одного из своих ведущих авторов

Издательство Hanser Verlag представляло Людмилу Улицкую на Франкфуртской книжной ярмарке как одного из своих ведущих авторов



О расколе и о возможном примирении идет речь и в "Зеленом шатре". Собственно, зеленый шатер из предсмертного видения одной из героинь - это и есть символ примирения. " За 70 лет советской власти страна превратилась в лагерь, в котором половина людей сидела, а половина их охраняла, - говорит Улицкая. - Столько ненависти накопилось, взаимной нетерпимости, агрессии... Мне хотелось показать картину изживания зла, признания его в себе, хоть какого-то примирения мучительных противоречий, которыми жил советский человек в 20-м веке".

Культура и стиль жизни