1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Немецкая печать

Кремль перешел красную черту

В центре внимания немецкой печати - проходящий в Брюсселе чрезвычайный саммит Евросоюза по Кавказу.

default

Газета Frankfurter Allgemeine пишет:

В медлительности в связи с кавказским конфликтом Евросоюз не упрекнешь. Российское наступление еще шло полным ходом, когда Саркози, президент страны председательствующей в ЕС, прибыл в Москву в качестве посредника. Французская дипломатия вдохновленная, по всей видимости, духом Олимпийских игр, действовала согласно девизу - кто быстрее прибудет на место событий, тот и получит лавровую ветвь миротворца. Однако пользы делу это не принесло. Соглашение, которое привез Саркози, было в большей части продиктовано Россией. Тем не менее, Москва не соблюла даже буквы, не говоря уже о духе этого документа.

Реакцией стал чрезвычайный саммит Евросоюза в этот понедельник. В прошедшие дни позиции стран ЕС прояснились. Политика Москвы будет единогласно признана неприемлемой, поскольку территориальная целостность Грузии нарушена военной силой. Поспешно признав сепаратистские регионы Южную Осетию и Абхазию, Кремль перешагнул красную черту. Евросоюз не может проигнорировать этот поступок, не потеряв самоуважения. Однако в настоящий момент ЕС откажется от санкций. Восточноевропейские государства, высказавшиеся за жесткие меры, присоединятся к большинству, выступающему против санкций. Так и должно быть, потому что Евросоюз может оказать влияние на мировую политику только в том случае, если он будет говорить одним голосом.

Лидеры европейских государств надеются, что московская элита вскоре осознает, какой вред наносит оккупация Грузии экономике и имиджу России в мире. Практически неприкрытый отпор, который Медведев получил во время заседания Шанхайской организации сотрудничества от Китая и азиатских автократов, усиливают эти надежды. В противном случае Европа прибегнет к двойной стратегии, согласно которой военная сила и готовность к переговорам являются двумя сторонами одной медали.

Тему продолжает газета Handelsblatt:

О чем только думают Дмитрий Медведев с Владимиром Путиным? Зачем именно сейчас, после долгих лет открытия России, в период расцвета экономических связей между Востоком и Западом, преднамеренно способствовать наступлению новых холодов? Неужели старый лис с молодым волком недооценили реакцию, которую вызовет выстрел из пушки по - чего уж греха таить - дерзкому грузинскому воробью? Или захват земель на Кавказе является лишь началом большого российского плана, предусматривающего также отделение Крыма от Украины? Чтобы понять ход мыслей российского руководства, необходимо вспомнить, как в Кремле интерпретируют историю.

Для Путина развал Советского Союза стал величайшей геополитической катастрофой XX столетия. Можно не соглашаться с такой оценкой исторического прошлого, а в свете событий второй мировой войны эта оценка может и вовсе не выдержать критики, и, тем не менее, она многое объясняет. С одной стороны, она отражает глубоко засевшую боль - сверхдержава СССР сократилась до размеров бедной и отсталой России. С другой стороны, по словам Путина можно догадаться, насколько глубоко унижение, испытываемое российской элитой от потери частей государства и зон влияния. К тому же НАТО использовало слабость пошатнувшегося российского колосса для расширения западного военного альянса на Восток. Признание Косово, вопреки категорическим протестам Москвы, убедило многих в Кремле в том, что пора вернуться к политике силы, чтобы иметь возможность хоть что-то противопоставить бесцеремонному поведению США.

Случай оказался удобным. Россия разбогатела на торговле полезными ископаемыми. Поставки нефти и газа в Европу дали в руки Москвы стратегический инструмент шантажа. В США идет предвыборная гонка, значительная часть американских вооруженных сил связана в Ираке. Путин с Медведевым, похоже, не слишком опасаются администрации Буша, время пребывания которой у власти заканчивается. Это относится и к Европейскому Союзу, 27 государств-членов которого в этот понедельник прибыли на саммит в Брюссель для выработки единой позиции.

Москве известно, что единства в рядах европейцев нет. Поэтому многое будет зависеть от того, сможет ли Европа выступить единым фронтом, или России удастся вбить клин между новыми и старыми членами союза. Сложнее будет, если Россия пойдет на провокацию и откажется отозвать своих солдат. Что тогда? Разразится ли в этом случае роковой спор о введении санкций?

Подготовил Владимир Тарасов

Контекст