1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Коммунисты есть у нас, а у вас?

06.12.2007

Сегодня я хочу Вас познакомить с немецкими коммунистами.

default

Хотя кто ж его знает, кого сегодня ещё можно считать коммунистами, а кого нет. Коммунисты даже и между собой-то толком разобраться не могут. Поэтому в Германии и есть, с одной стороны, Германская коммунистическая партия, а, с другой, Коммунистическая партия Германии. Почувствуйте тонкую разницу! А есть ещё Марксистско-ленинская партия Германии, есть Революционный социалистический союз и кучка других ленинистских, маоистских и троцкистских кружков и группировок. И все претендуют на чистоту учения. Но с тех пор, как соцлагерь самораспустился и финансирование оттуда иссякло, правоверных коммунистов в Германии стало в разы меньше. Но социалистические идеалы живы. На роль их знаменосца претендует в Германии партия «Левые». Вот с ней-то мы сегодня и познакомимся:

«Левые» официально оформились в единую партию в середине этого года. Но так до сих пор и остаются очень разнородными по составу. Основной костяк - это Партия демократического социализма. Так назвали себя после объединения Германии бывшие ГДР-овские коммунисты. Долгое время они оставались региональной партией на востоке страны. Вот, чтобы выйти на общефедеральный уровень, они и объединились с так называемой «Избирательной инициативой за труд и социальную справедливость». Эту партию образовали три года тому назад в западной части Германии разочаровавшиеся социал-демократы и профсоюзные активисты. Объединившись, «Левые» сходу стали получать в опросах около 10 процентов голосов. И дело явно не только в том, что их лидеры Оскар Лафонтен и Грегор Гизи - прекрасные шоумены. Очевидно, левые идеи действительно ещё пользуются спросом в Германии. Поэтому давайте оставим в стороне лидеров партии: они профессиональные политики, поди, разберись, где у них убеждения, а где чисто карьерные соображения. Гораздо интереснее, кто же такие активисты «Левых» на местах, что привело их именно в эту партию?

«Я, прежде всего, добиваюсь прекращения этой неолиберальной политики, я добиваюсь сохранения социального государства. А единственная партия, которая отстаивает эти идеалы - это мы, левые».

Франку Ранаку - 39 лет, он - специалист по компьютерным технологиям, но сейчас как раз ищет работу. До недавних пор он был членом Социал-демократической партии Германии, но потом громко хлопнул дверью и переметнулся к «Левым». Вместе с Франком на партсобрание в актовом зале школы в западногерманском городе Дуйсбурге пришли около 40 «товарищей» - вы не ослышались, среди «левых» сохранилось это традиционное обращение друг к другу. «Товарищи» собрались старые и молодые, немцы и мигранты:

«Левые» - это такое собирательное название, которое объединяет разных людей. Есть коммунисты, а есть и такие, как я. Я бы себя назвал социал-либералом. Все другие партии настолько сместились вправо, в этот нео-либеральный тупик, что для социал-либерала вроде меня только и нашлось место, что в этой партии, которую многие называют социалистической или даже коммунистической».

Мы с Вами перенеслись в Магдебург - столицу федеральной земли Саксония-Ангальт на востоке Германии. Здесь на партсобрание в зале Дома профсоюзов собралось около 100 членов партии «Левые». Средний возраст местных «товарищей» - за 60. Одна их них - Адельхайд Гарц. Она была активисткой ГДР-овского комсомола, в 20 лет вступила в Социалистическую единую партию Германии - так назывались в ГДР коммунисты:

«Мы-то думали, что наши политики честно отстаивают наши интересы. Но они нас разочаровали. Все наши иллюзии и идеалы прахом пошли»

Адельхайд до сих пор не может смириться с самоликвидацией ГДР, с крахом социализма на немецкой земле. Но веры в социализм как таковой она не потеряла. Идея-то хорошая, считает Адельхайд, вот только на практике были допущены отклонения от норм и извращения, правильную идею неправильно воплощали в жизнь. Но ещё не всё потеряно. В федеральной земле Саксония-Ангальт бывшие коммунисты на прошлых парламентских выборах набрали 25 процентов голосов и даже обошли социал-демократов. Правда, в правительственную коалицию христианские демократы левых не взяли. Но в марте должны состояться выборы в городской совет Магдебурга. И вот тут-то левые надеются выиграть и провести своего кандидата на пост обербургомистра. Все шансы на это у них есть: в Магдебурге отлично работает партийная структура, есть большой опыт административной работы. Не надо ведь забывать, что Партия демократического социализма, восточное крыло нынешних левых, вышла из партии власти в бывшей ГДР. Это прекрасно понимает и социал-либерал из Дуйсбурга Франк Ранак:

«Они ведь уже входили или входят в правительственные коалиции во многих федеральных землях на востоке. Поэтому это восточное крыло «Левых» гораздо прагматичнее, чем мы тут на западе. Это я не сразу понял. Я-то думал, эти люди из ПДС, они такие упёртые леваки, почти коммунисты, а мы тут, на западе, всё-таки ближе к социал-демократам. А на практике всё наоборот. Они, например, в Берлине, сформировали правительство совместно с социал-демократами, а для нас коалиция с социал-демократами - это как красная тряпка для быка».

Тут дело даже не столько в идеологических различиях, сколько в личных антипатиях. Лидер «Левых» на Западе, Оскар Лафонтен, был в своё время председателем Социал-демократической партии Германии, министром финансов в правительстве Шрёдера. Потом он жестоко разругался с руководством партии, и снова возник на политической арене в роли защитника всех обиженных и угнетённых. А ренегатов не прощают. Но, если отвлечься от личностей, что же всё-таки объединяет таких разных леваков на западе и на востоке страны, идеалистов и прагматиков? Депутат парламента федеральной земли Саксония-Ангальт от партии «Левые» Ева фон Ангерн определяет это так:

«По моему, пока рано утверждать, что мы уже стали одной партией, но всё к этому идёт, потому что у нас одна общая цель: социальная справедливость. Я абсолютно уверена, что совместная борьба за социальную справедливость впервые сплотила все левые силы Германии в партию «Левых».

Вот тут бы и поставить точку, если бы только кто-то смог внятно и убедительно объяснить, что такое эта самая социальная справедливость и как её достичь. Пока все лозунги и требования «Левых» сводятся к старой коммунистической формуле: «отнять и поделить». Отнять, само собой разумеется, у богатых, поделить между бедными. То есть, экспроприировать экспроприаторов. И сколько раз ни проваливалась эта модель на практике во всём мире, она до сих пор сохраняет популярность и в немецком обществе. Вслушайтесь: социальная справедливость. Звучит-то как? Кто решится протестовать против «социальной справедливости, даже если и сам толком не знает, что это такое?

Социальная справедливость - что это такое? В Германии полным ходом идёт дискуссия на эту тему. Одни говорят, что это - более или менее равные условия жизни для всех. Другие возражают, что равенство условий жизни - это глупая и вредная утопия, потому что люди-то разные, одни умные, другие глупые, одни работящие, другие ленивые. А потому социальная справедливость - это равенство шансов, возможностей. Шансов получить образование, шансов сделать карьеру или просто найти работу. А уж как человек использует эти шансы, зависит в первую очередь, от него самого. Одни говорят, государство должно перераспределять доходы от богатых бедным, другие говорят, чем меньше государство вмешивается, тем богаче будут все. Каждый печётся о своём кармане. Но как только дело доходит до чужих заработков, тут уж все - от либералов до коммунистов - начинают взывать к социальной справедливости. Вот, например, если верить опросам, 85 процентов немцев считают, что зарплаты менеджеров крупнейших немецких концернов - это вопиющая социальная несправедливость.

Менеджеры - очень скромные люди, когда речь заходит об их доходах. Какие-то концерны публикуют отчёты о доходах членов правления, другие нет. Вот, например, глава правления «Дойче банк» Йозеф Аккерманн в прошлом году заработал больше 13 миллионов. И не рублей, не гривен и даже не долларов, а полновесных евро. Глава правления энергетического концерна «РВЕ» Гарри Рёльс - более 12 миллионов. Но оба они - нищие сиротки по сравнению с шефом автомобильного концерна «Порше» Венделином Видекингом: он огрёб целых 54 миллиона евро. Причём возмущают немцев не столько сами суммы - всё равно нормальному человеку фантазии не хватит, чтобы понять, зачем кому-то столько денег - сколько растущий разрыв между бедными и богатыми. Вот, например, рост зарплат в среднем в Германии составил от полутора до трёх процентов, а рост доходов членов правлений 30 крупнейших концернов - более 16 процентов. Тут уж не только упёртые леваки, но и консервативные политики забывают о сдержанности. Председатель комиссии Бундестага по труду и социальным вопросам Геральд Вайсс уверен, что простая человеческая зависть тут не при чём:

«Вся эта дискуссия, как я читаю, возникла не на почве зависти. Тут нарушен принцип соразмерности, симметрии в обществе, соотношение между реальными достижениями и их оплатой. Люди считают несправедливым, когда менеджер получает в тысячу раз больше, чем нормальный рабочий. И если бы это были только хорошие менеджеры, а то ведь сколько случаев, когда менеджеры доводят предприятие до разорения, и всё равно получат многомиллионные отступные. Это оскорбляет чувство справедливости. А зависть здесь не при чём».

Ну, положим Веделин Видекинг - потрясающе успешный менеджер. Он за годы своего правления поднял капитализацию концерна «Порше» с 300 миллионов евро до 25 миллиардов. И зарплату ему назначают владельцы «Порше». Кроме того, не остались в накладе и рабочие и служащие: они получают премиальные за успех всего предприятия. Но 5» миллиона в год - это черезчур. Тут даже Канцлер Германии Ангела Меркель на съезде своей Христианско-демократической партии не сдержалась:

«Если какой-то босс какого-то американского автоконцерна получает в тысячу раз больше рабочего, значит, и шефу немецкого концерна надо дать прибавку, да настолько, что своим сотрудникам он бы никогда её не дал. Я уж промолчу про успехи американских автоконцернов. Но я вот тут вычитала, что глава правления очень успешного японского концерна получает всего в двадцать раз больше рабочего. Это всего в два раза больше зарплаты канцлера в Германии, если, конечно, этот канцлер не проворачивает в Швейцарии сделки с русским газом».

Так и хочется вслед за госпожой Меркель возмутиться: где же тут социальная справедливость?

Аудио- и видеофайлы по теме