1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мнения

Комментарий: У Брюсселя нет рычагов воздействия на Лукашенко

Избиения и массовые аресты демонстрантов, обыски и допросы журналистов, выдворение группы американских дипломатов, обвинения в адрес группы белорусов в сотрудничестве с ФБР - события недели комментирует Виктор Агаев.

default

Russische Redaktion Hörfunk Victor Agaev

Виктор Агаев

"Действия официальных властей Беларуси совершенно неприемлемы, неожиданны для нас и абсолютно нам непонятны" - так отреагировал на обыски и допросы независимых белорусских журналистов, которые сотрудничают с западными СМИ, Яцек Протасевич, глава делегации Европарламента по связям с Белоруссией. Протасевич считает нынешние действия белорусских властей непонятными. А что тут, собственно, понимать? Для официального Минска подобный стиль поведения - обычная практика. В последний год, когда президент Лукашенко много рассуждал о нормализации отношений с Западом, масштаб и интенсивность репрессий против политической оппозиции и гражданского общества несколько уменьшились. На этом фоне жестокий разгон демонстрантов и обыски у журналистов действительно могут показаться неожиданными.

Константа - одна

Однако не стоит забывать, что все обещания, как и реальные поступки Лукашенко обусловлены единственной константой - стремлением укрепить и расширить свою власть в стране. Для достижения этой "священной" цели Лукашенко совершает или одобряет действия, противоречащие тому, что он торжественно заявляет. Если - из инстинкта самосохранения – Лукашенко сегодня выгодно дружить с Россией, он готов, по его выражению "встать на пути танков", движущихся, непонятно откуда, в сторону Москвы. Если же Кремль лишает Белоруссию миллиардных дотаций и ставит под вопрос так называемое "белорусское чудо", сотворенное Лукашенко, то Россия для него сразу же превращается в главную угрозу государственному суверенитету. Если лидеры оппозиции способны повлиять на настроения в обществе, их под надуманными предлогами отправляют за решетку. Если же Лукашенко чует шанс добиться от Европы уступок, он использует оппозиционеров как заложников, как разменную монету.

При этом амплитуда колебаний политической конъюнктуры никоим образом не затрагивает внутреннюю логику режима - Лукашенко правит, по сути, самодержавно. В Белоруссии все зависит только от него. Все будет так, как он решит. Никто – ни в самой стране, ни за рубежом, ни оппозиция, ни пресса, ни Брюссель, ни Москва - не вправе влиять на ход политического процесса.

Цена партнерства

Но вся эпопея с налаживанием сотрудничества с Евросоюзом завершилась безрезультатно. Прежде всего потому, что белорусскому лидеру стало ясно: демократические принципы для Брюсселя - все-таки не пустой звук, без серьезных изменений внутри страны партнерства с Европой не будет. Но такие изменения автоматически означают радикальный слом режима - появляются новые игроки, центры влияния, необходимость согласования интересов. И спрашивается, ради чего - ведь ЕС отнюдь не собирается вместо России спонсировать белорусскую экономику, спасать Лукашенко. Поэтому-то либерализация, о которой так много говорили, закончилась столь стремительно. Поэтому и экс-кандидат в президенты Александр Козулин, несмотря на все протесты европейских политиков и правозащитников, остается в тюрьме.

Как ни печально, у Брюсселя сейчас нет рычагов влияния на Лукашенко. Введение новых экономических санкций и политическая изоляция страны едва ли увеличат в Белоруссии число сторонников демократических перемен. Так что единственное, что сейчас может и должен сделать Запад - это попытаться помочь развитию структур гражданского общества, ведь только это способствует росту активности населения. И еще – как никогда важной становится сейчас поддержка независимых журналистов в самой Белоруссии и независимых СМИ, вещающих из-за рубежа. Ведь только от них люди могут узнать и понять, что на самом деле происходит в стране и в мире. Именно поэтому сейчас Лукашенко попытался нанести по ним свой упреждающий удар. К сожалению, Евросоюз именно этого еще не понял.

Виктор Агаев, сотрудник белорусской редакции Deutsche Welle