1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мнения

Комментарий: Саммит "нормандской четверки", или "Дорожная карта" из бумаги

"Нормандской четверке" удалось достигнуть некоторых договоренностей по Донбассу. Но Владимир Путин не заинтересован в том, чтобы подкреплять их действиями, считает Кристиан Триппе.

Владимир Путин на пресс-конференции после встречи нормандской четверки в ночь на 20 октября в берлинском аэропорту Тегель

Владимир Путин на пресс-конференции после встречи "нормандской четверки" в ночь на 20 октября

Редко какой саммит бывал таким перегруженным, редко когда ожидания были настолько сдержанными. Ни один из четырех участников - канцлер Германии Ангела Меркель (Angela Merkel), президенты Франции, России и Украины Франсуа Олланд, Владимир Путина и Петр Порошенко - не надеялся на прорыв. В Берлине встречу вечером в среду, 19 октября, называли не более чем "оценкой событий без прикрас". В Кремле говорили, что она служит исключительно для "сверки часов".

Москву и Киев в самом деле разделяют вопросы времени, временной последовательности и подходящих моментов. В минских соглашениях, подписанных в феврале 2015 года при посредничестве Германии и Франции, был намечен план урегулирования конфликта в Донбассе. Политические, правовые и военные заявления о намерениях были изложены в тринадцати пунктах. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: в этих соглашениях не все гладко. Они не содержат никакого плана действий, ничего не говорят о том, что должно произойти в первую, а что во вторую очередь.

Кристиан Триппе

Кристиан Триппе

У каждого свои приоритеты

Киев и Москва прикрываются каждый своими приоритетами. Украинцы хотят сначала решить вопрос безопасности, а уже потом браться за политику. Россияне видят ситуацию с точностью до наоборот: сначала Киев должен выполнить свои политические обязательства, а потом уже можно говорить о военных вопросах.

В Киеве же любая политическая уступка считается "предательством" и "капитуляцией". В то же время российские власти со своей резкой риторикой так очевидно встали на сторону сепаратистов, что их обвинили бы в предательстве, если бы они допустили поражение последних. Трудно представить себе более тупиковую ситуацию.

Усилия Германии

Чтобы хоть как-то сдвинуть с мертвой точки процесс урегулирования в Донбассе, немецкие дипломаты в последние недели приложили немало усилий. Они все поставили на карту, изучая границы возможного для участников переговоров и для себя. Они сильно рисковали ударить лицом в грязь. В середине сентября министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier) был в Киеве. Тогда глава немецкого МИД во всеуслышание заявил: его российский коллега Сергей Лавров пообещал ему, что Кремль использует свое влияние на сепаратистов на востоке Украины, чтобы установить режим прекращения огня.

Контекст

Впрочем, Россия всегда, как заклинание, повторяла, что в принципе не имеет никакого отношения к конфликту. Скорее, правительство в Киеве, призывал Кремль, должно договориться с сепаратистами о прекращении "гражданской войны". Днем позже из Москвы последовало опровержение слов Штайнмайера: ничего подобного глава российского МИД вообще пообещать не мог. И тем не менее новая попытка установить режим прекращения огня - которая, впрочем, и на этот раз оказалась непрочной - дала возможность договориться о разведении войск от линии соприкосновения враждующих сторон.

Большой шаг вперед?

Теперь работа продолжилась. В переговорах о разведении войск и о согласовании конкретной "дорожной карты" - графика выполнения минских договоренностей - "нормандская четверка" сделала большой шаг вперед: канцлер Германии и президент Франции в качестве посредников; украинский президент, в чьей стране идет война, и российский президент, который теперь каким-то образом пустит в ход свое влияние на сепаратистов на востоке Украины.

В Берлине Путину пришлось выслушать немало о своей роли в конфликте в Донбассе и военных действиях России в Сирии. На стороне диктатора Башара Асада самолеты российских ВКС бомбят гражданское население в городе Алеппо. Французский президент назвал это военным преступлением. Канцлер Германии не исключила новых санкций в отношении Москвы.

Несмотря на это Путин приехал в Берлин. Потому что готов пойти на уступки? Потому что понимает, что зашел слишком далеко на востоке Украины и на Ближнем Востоке? Или потому что пытается противопоставить две свои войны - вторжение в Сирию и борьбу за долгосрочное влияние на Украине? Это борьба, в которой Путин точно не сдастся. Даже если берлинская встреча по Донбассу была больше, чем просто констатацией статуса-кво. Результаты есть, но пока только на бумаге.

Автор: Кристиан Триппе, глава бюро DW на Украине
Смотрите также:

Смотреть видео 01:41

"Нормандская четверка" в Берлине - трудный обмен мнениями (20.10.2016)

 

Аудио- и видеофайлы по теме